…Когда мы юны, тянет к тем, кто старше.
Когда стареем, тянет к тем, кто юн,
и все-таки, чтобы понять себя,
ровесника, ровесницу нам надо.
Мы все сначала - дети превосходства
властительного опыта чужого,
а после опыт наш - отец невольный
неопытности, им усыновленной.
Но вместе две неопытности - опыт,
прекрасный тем, что нет в нем превосходства
ни над одной душой, ни над второй.
Энрике шел по городскому саду
однажды утром, собирая листья
с прожилками, которые, казалось,
вибрируют, живут в его руках,
и вдруг увидел: по аллее рыжей,
по листьям, по обрывкам прокламаций,
по кружевным теням и по окуркам
с лицом серьезным девушка бежит,
могучая, во взмокшей белой майке,
где надпись «Universidad de Chile»,
в лохматых шортах джинсовых и кедах,
невидимое что-то от себя
отталкивая сильными локтями,
а лбами исцарапанных коленок
невидимое что-то ударяя,
дыша сосредоточенно, спортивно,
как будто от спортивных результатов
зависит вся история страны.
И девушка подпрыгнула с разбега
и сорвала дубовый лист осенний.
Взяла его за веточку зубами,
вмиг раскрутив, как золотой пропеллер,
и продолжала свой серьезный бег.
Надежная, скуластая, большая,
она была чуть-чуть великовата,
но даже этим тоже хороша.
Не знал Энрике, что с ним риключилось,
но повернулся, побежал за ней,
сначала видя только ее спину,
где сквозь прозрачность белоснежной майки
волнисто проступали позвонки.
Роняя гребни, волосы летели
вдогонку за просторным крепким телом,
как будто за лошадкой патагонской
несется ее черный жесткий хвост.
Старался перепрыгивать Энрике
с каким-то непонятным суеверьем
ее следы на утренней аллее,
где оставался от подошв рифленых
узорно отформованный песок.
Казалось, был внутри следа любого
песчаный хрупкий город расположен,
который было страшно разрушать.
Потом Энрике поравнялся с ней,
с ее крутым плечом, почти борцовским,
с тугой щекой, где родинка прилипла,
как будто бы кофейное зерно,
с горбинкой независимого носа,
с обветренными крупными губами,
внутри которых каждый зуб сверкал,
как белый свежевымытый младенец.
Хотел Энрике ей взглянуть в глаза,
но не сумел он заглянуть за профиль,
и только правый глаз ее увидел,
на родинку ее точь-в-точь похожий,
но с выраженьем легкого презренья,
что родинкам, по счастью, не дано.
«Не тяжело в костюме и ботинках?» -
она спросила, не замедлив бега.
«Немножко тяжело», - ей, задыхаясь,
распаренный Энрике отвечал.
«Еще осталось десять километров», -
она его, смеясь, предупредила.
«Я добегу, - ответил ей Энрике. -
А что в конце пути?» …
Не помню сколько долгих лет
Натянутые нервы.
В конце тонеля яркий свет,
Я должен быть там первым.
И нет, расслабиться нельзя
На пятки наступают.
Все быть там первыми хотят,
Но почему не знают.
А может стоит бег прервать
По темному тонелю
И направленье поменять,
Я в свет уже не верю.
К нему пусть рвутся чудаки
Что тьму считают злою.
Забыли видимо они,
Что свет рожден был мглою.
Не будет радости без бед.
Хоть верьте, хоть не верьте,
Без боли наслажденья нет,
И жизни нет без смерти.
Но мы с усердием ослов
Хотим сожрать морковку,
Чтоб объяснить не хватит слов -
Нет в вечной жизни толку.
Какой-то скот придумал рай
И вечное блаженство.
Построил для овец сарай,
Чтобы на них нагреться.
Его нельзя разоблаичить -
Отара помешает.
Так хочется им вечно жить,
А шерсть пусть состригают.
В конце тонеля яркий свет.
И рай должно быть это.
Но если рая вовсе нет,
То там тонель из света.
Однажды на лесной глухой тропе
Мне путник повстречался, стар и сед,
С тяжёлым посохом, одет во всё отрепье.
Я поздоровался, и он кивнул в ответ.
Присели отдохнуть, я хлебом поделился,
Спросил его - откуда путь держал?
Тот вытер слёзы и перекрестился,
Историю свою мне рассказал.
Что за тремя морями и пустыней
Стоит гора, упёршись в небосвод,
И что на самом острие вершины
Цветок один единственный растёт.
Сорвавшему его - исполнит все желанья.
Любые, стоит только загадать.
И странник мой, поверивший преданию,
Решил отправиться и счастья попытать.
Полжизни шёл и плыл, и лез горами
И, наконец, нашёл он тот цветок
И лишь хотел сорвать, шепнуть желание,
Услышал тихий, нежный голосок:
«Ты не спеши, а то себя накажешь.
Желанье я исполню лишь одно,
Да и не то, которое ты скажешь,
А то, что в сущности твоей заключено.
Исполнится лишь то, что ты подспудно
Вынашивал в себе, держа внутри.
Получишь всё сполна, мне ведь не трудно,
А нужно ли тебе? Ты сам смотри".
Три дня мой странник жил в сплошном смятении.
Он и цветок на горной круче той,
А на четвёртый - принял он решение.
Спустился вниз и пошагал домой.
Закончив свой рассказ, он слёзы вытер,
За хлеб и воду руку мне пожал.
Прощальный жест и, повернувшись быстро,
Домой лесной тропою пошагал.
И я в задумчивости путь продолжил.
Всё размышлял: сорвал бы или нет?
Хоть много лет прошло, к тому вопросу
Я так и не могу найти ответ.
Обратите внимание, люди!
Сколько есть удивительных слов.
Если кто-то по-прежнему любит,
Пусть подарит сегодня любовь!
Я тебе назначаю свиданье,
Наряжайся, сюрпризы готовь!
Что нас ждет?
Приключение, тайна?
Мы подарим друг другу любовь.
Просто сделайте праздничным утро,
А предлог выбирайте любой.
Быть счастливым, поверьте, не трудно.
Подарите любимым любовь!
Что подарить тебе 8-го марта,
Любимая, хорошая моя?
Мне кажется, любых признаний мало,
Но я уверен - ты поймешь меня!
Спасибо за любовь твою и нежность,
За теплый дом, за страсть и за детей,
За наших чувств негаснущую свежесть -
С годами я люблю тебя сильней.
Ты отразишься в праздничном букете,
Который я несу сейчас домой.
Мой самый близкий человек на свете!
Благодарю судьбу, что ты со мной!
Я видел ночью, как пришла Весна,
Как ей луна дорогу освещала.
Ее зима за руку привела,
Зеленое накинув одеяло.
И тот, кто в этот поздний час не спал,
Встречал ее, как юную принцессу.
Ей в марте предстоит весенний бал -
Она очаровательно прелестна!
Три месяца без отдыха и сна
Ей предстоит командовать Землею.
Как справится изящная Весна
С обязанностью важною такою?
Ее заждались реки и леса
И города ее заждались тоже.
А я заметил - юная Весна
Улыбкой очень на тебя похожа!
Я видел ночью, как пришла Весна…
В любом языке есть слово «улыбка» -
это не чудо, и не ошибка.
Весомо значение малого слова,
произношу его снова и снова.
Я вижу вам грустно, нет настроения?
В пропасть свернула дорожка везения…
Прыгать не надо, не оступитесь!
Вы лишь обрыву слегка улыбнитесь.
Тогда я ручаюсь своей головой,
Легко вы найдете путь обходной!!!
Господь, прошу, не пожалей огня
Для тех, кто замерзает на дороге…
Возьми тепло из сердца у меня,
Но не оставь их в ледяной тревоге…
Не пожалей ты ласки и любви
Для тех, кто плачет тёмными ночами…
Если не хватит, у меня возьми…
И не забудь… могу помочь стихами…
Живой водой я строчки орошу
И капельками брошу их на Души…
Люби их, Боже, я тебя прошу…
И дай им время… чтоб стихи послушать…
Люби, Господь, всех нищих и больных…
Сынов и дочерей своих заблудших…
Я помогу… любовью строк своих
Люби их всех, не только самых лучших…
Я по ошибке выкурил с ментолом
Твоих печальных глаз ультрамарин.
Предупреждали ведь, измучивая довод:
Мол, так опасен для здоровья никотин.
Я по ошибке выкурил с ментолом!
И в лёгких ты. И там, где быть нельзя!
И задыхаясь, прошепчу четыре слова:
Я по ошибке выкурил тебя.
Что бы со мной ни произошло,
И каким бы «боком» нам это ни вышло,
Никогда не впрягайся в ярмо и дышло.
И просто веди себя хорошо.
Перечитай все мысли Ошо,
Избавляйся от всех ненужных и лишних,
Почаще ешь варенье из вишни.
Постарайся, чтоб это в привычку вошло.
Сегодня ТАК Солнце зашло!
Совсем незаметно и абсолютно неслышно…
Как мастер-пловец оно спрыгнуло с крыши.
И стало не холодно, но свежо.
Быть счастливыми нам время пришло.
Как веток узорами небосвод вышит!
Ты рядом со мною, ты мною дышишь! -
Мне роптать на судьбу просто грешно.
У нас что ни факт - то фарс,
предательство и подлог.
Но каждый, конечно, честен, смешлив и чист.
С тобой говорит Декарт,
со мной - Набоков и Блок.
Нам есть, что ответить, но мы обычно молчим.
Молчим о бесценной хрупкости, смерти и красоте,
о точных значениях слов
и о силе снов.
Молчим увлеченно, впрок,
за себя и за тех, что множат смыслы,
как в тигров красят слонов.
Мы немы и холодны: ни утюг, ни коньяк
не в силах нас разогреть и разговорить.
Мы как мешки с динамитом,
собственные друзья,
и те не рискуют смотреть, что у нас внутри.
Гордиться нечем. Пора
начать говорить слова.
Учусь: через кашель, удушье и тошноту.
Я чувствую свой прогресс, я знаю «уйди», «давай»,
«прости»,
«мне без сахара»,
«некогда»,
«завтра штурм».
В любви нет ответа на этот вопрос!
Просто запах родной, голос мурчащий,
Нежность улыбки, касание к шелку волос
Вызывают трепет в груди настоящий!
Замирает дыханье от искорок взгляда,
И притяжение рук сильнее земного.
Просто он есть, просто он рядом!
Единственный! Не существует другого!
Просто влюбленные души слились,
И друг без друга уже невозможно!
Просто единую чувствуешь жизнь!
Просто любишь… до онемения и до дрожи!
(Rina_M)
У меня не на шутку болит живот
С той поры, как сказала Ему «прощай».
Даже врач причины не разберет.
Он спросил, добавляю ли мяту в чай.
Понимаете, врач, я опять одна.
В одиночку чай непривычно пить.
Я была к Нему одному нежна.
Я была. Я ушла. Я порвала нить.
Все равно Он приходит ко мне во снах.
Говорит, что всю жизнь меня будет ждать.
Я на струнах души Его, словно Бах,
Как никто, умудрилась любовь сыграть.
Мне от голоса этого - лишь неметь.
Без Него моим бабочкам нет житья.
Его именем назван был мой медведь.
У Него моим именем - только я.
Понимаете, врач, когда так болит,
Умирают бабочки в животе.
Им не выжить под слоем бетонных плит
Из июльских дней и моих обид
В этой страшной, обманчивой темноте.
Они знают, что Он по ночам не спит.
Чтоб всё трепло мужского рода - в карантин,
Не обойтись нам без иронии-селекции -
Пусть отбраковывает сплетников-мужчин,
Язык которых - в состоянии эрекции.)
А тебе всё равно, что морщинками кожа отмечена.
Что в причёске предательской сетью сквозит седина…
Мальчик мой, для тебя я- всего лишь…
любимая женщина,
и поэтому вечно прекрасна и вечно юна.
Смотрят юные девочки в спину пытливыми взглядами: расцвела- не узнать,
но не видят цветенью причин.
Красота создаётся не красками и не нарядами…
Красота создаётся глазами. влюблённых мужчин…