Ловлю неловкими пальцами быстрые мысли,
Понять бы еще надо, сколько в них смысла,
Осознать, как обжечься, сколько в них боли,
Наспех штопанное сердце стремится на волю…
По живому рвет заплатки на стареньком счастье,
Льдинкой талой скользит гладко: надо бы прощаться,
Ни секунды не удержишь - время беспощадно,
Под ногами не Голгофа, всего лишь брусчатка.
Да и в сердце просто стигмы - веры слишком много,
Все по граблям. Сотворяю кумира, не бога,
Как-то наспех, неправильно - пол коня за царство,
На разрыв мехов гармони - кураж и гусарство.
Стойкость французских духов - ничто, по сравнению со стойкостью духа русских женщин.
Люблю слова сплетать я в рифму
И вкладывать эмоции свои.
Не профи я, но что-то в этом смыслю,
Раз душ касаются стихи мои.
И как приятно слышать мне о том,
Что строки эти, даруют людям радость.
С утра готов я заливаться соловьем,
Чтоб души ваши наполняла сладость.
Купаюсь в море женского внимания,
Кому же не понравится такая жизнь?
Но в этом мире, все дается нам для понимания,
Сказала жизнь:"Не возгордись, приличия держись"
И понял я, что дар исходит нам от Бога,
Кому-то дар писать, кому-то рисовать.
У каждого есть выбор и своя дорога,
Талант чтоб приумножить, иль лучше закопать?
Эмоции нужны для вдохновения,
Я стал знакомиться с людьми, чтоб лучше их понять,
И в рифмы складывать их лучшие мгновения,
И плачь души, ведь боль разлуки не унять.
Я знаю, у меня проблемы с техникой стихосложения,
И не соответствие в размере строф,
Я не научен этому, скажу без сожаления,
Кому понятен я, всегда служить готов.
У человека может быть все. Но если нет хотя бы одного человека, который этому позавидует - то это «все» не будет иметь никакой ценности. Таков человек.
Из этого можно было бы сделать вывод, что последний человек на планете вряд ли будет проявлять интерес к роскоши.
Кто-нибудь задумывался, например, о том, как, возможно, специфична судьба, ну, например, гравировщика? Ведь гравировщик - это вам не таксист. или музыкант. который завтра, может быть, станет таксистом, а послезавтра сантехником. Нет - это особая история. Наверняка эти люди профессию не меняют, и это чем-нибудь да обусловлено. И обусловленность эта диктуется наверняка не простой привычкой к насиженному месту или нежеланию перемен, нет…
Вот о чем в минуты умственного бездействия можно было бы, не без пользы для понимания этого мира, задуматься.
Разбегаются, катятся волны,
Манят пропастью глубины.
Северный ветер поет им и гонит
На скалы Кольской гряды.
Над морем волны разносят
Веру в удачу, обрывки слов.
А снизу, из плена стальных отсеков
Смотрят на мир глаза моряков.
Атомный крейсер,
Раскрутив турбинами лопасти винтов,
Проложил экипажу дорогу, курс - вечность,
На грунт тишины, покоя и снов.
Морским узлом судьба связала
Жизнь корабля с правотой мужчин.
За краем конец - не бывает начала
Для тех, кто погиб среди северных льдин.
Август 2000 г. К-141.
Русские - настолько крутая нация, что конфеты для нас делает сам президент Украины!
Я успокоилась так, что «плевать» стало статусом века.
Если мне нравится вещь, я плачУ ее цену вперед.
Я понимаю бродячих котов. Но никак не пойму человека.
Стеклянные глаза, трясущиеся руки,
Синюшное лицо, нетвёрдая походка,
И мысли: «Что украсть?»
Ведь цель у них одна,
И летом и зимой
ВОДКА.
А в прошлом, может быть у каждого семья
Родители, жена, племянники и тётка,
Но ценностей уж нет
И нет желанья жить
Сломала всё она
ВОДКА.
А начиналось просто- весёлые друзья,
И полон дом гостей, и на столе селёдка,
Картошечка, салаты,
И может быть икра,
А может и не быть,
Но непременно -
ВОДКА.
Я что хочу сказать:"Да, я не пью совсем,
Решила для себя- чётко!"
И выбор есть у всех
Что пить ты сам решай-
Чай, кофе, молоко
ВОДКА…
Не верю я людям - героям парадов,
А в жизни и дружбе - восторженность слов.
Открыты ведь души для лжи и снарядов,
Висят прейскуранты на хлеб и любовь.
Лето, жарко, где-то плюс тридцать,
И льняная неба безбрежность.
А внутри острый иней искрится,
Безнадежно-отчаянна снежность.
Лето пьет ледяной мохито,
Лето нежиться в сладкой истоме,
У меня виза в ад открыта
С приговором: «Пожизненно помнить»
Ночь в индиговом крепдешине
В звездном вальсе с чашей луны.
Ну, а мне бы на крылья шины,
Что-нибудь, чтоб не видеть сны.
Лето - радуг цветных охапка
После страстного танго гроз.
Мне пылиться тоненькой папкой
С заголовком «Озеро слез».
Лето, жарко, где-то плюс тридцать,
У меня абсолютный ноль.
С ежедневным в ж. пу круизом -
Вот такой вот пердимонокль
- Я дурак, Господи? - Да, дурак.
- Почему, Господи? - Знаешь сам.
- Объясни, Господи! - Что не так?
- Ждать чего, Господи? - Аз воздам.
- Не бросай, Господи! - Да не в жисть.
- Помоги, Господи! - Да уже.
- Я плохой, Господи? - Не смеши.
- А какой, Господи? - Классный же.
- Снишься мне, Господи? - Сам решишь.
- Не могу, Господи! - А смоги.
- Я смогу, Господи! - Вот те шиш!
- Шутишь штоль, Господи? - Дураки,
Сын мой, вечно правые, что орут:
«Бог не шутит шутками, всех любя».
А не веришь в юмор мой, баламут -
посмотри-ка в зеркало на себя.
Есть люди, как солнышко: где бы они ни появлялись, от них всегда веет теплом.Но., к сожалению, встречаются и такие, от каждого соприкосновения с которыми - не важно какого, где, когда и как -бросает в дрожь… Мне повезло- «солнечных» людей в моей жизни было намного больше.
1. Золушка не была бедной, её отец Королевский Лесничий, а это как минимум титул барона.
2. Принца не смогла бы заинтересовать необразованная девушка, следовательно Золушку обучали.
3.А, вот тот антураж, который создан вокруг неё, рассчитан на необразованных «дурочек», которые считают, что принц может прельститься их симпатичным личиком и фигуркой.
Не ищи меня в прошлой роли,
Да и в сердце своем не ищи -
Я, сегодняшний, ветром в поле,
Тихим шепотом счастья в тиши.
Не ищи ты меня в виртуале
В оцифрованной вязи ночей,
Вновь рассвет полыхнул алым,
Он такой же как я - ничей.
Не ищи меня в сумраке улиц,
В раскаленности площадей.
Ночь целует небритость скулы,
И играет на струнах дождей.
Я ушел и искать не надо -
Ветра брат я и друг дождя.
Я покинул пределы ада,
Бросив прошлому боли медяк.