Мы не можем вторично полюбить тех, кого однажды действительно разлюбили. (Ларошфуко)
У нас дома появилось домашнее животное!
- и какое?
- мой муж тал стал скотиной!
Если любишь - дай мне знать… Ненавидишь - дай понять… Ты скучаешь - позвони… А играешь - уходи…
Никогда не буду оглядываться. Слишком это больно, слишком терзает сердце, так что потом ты уже не на что не способен - все и будешь смотреть назад… Вот что получается, когда оглядываешься назад - на то время, когда ты был счастлив, - одна боль, душевная мука и досада
Я никогда не принадлежал к числу тех, кто терпеливо собирает обломки, склеивает их, а потом говорит себе, что починенная вещь ничуть не хуже новой. Что разбито, то разбито. И уж лучше я буду вспоминать о том, как это выглядело, когда было целым, чем склею, а потом до конца жизни буду лицезреть трещины.
Я однажды приду в твою жизнь навсегда,
Только ты мне скажи, что нужна тебе… очень.
Может быть, ты не звал, да и я не ждала,
Затерявшись средь слов и чужих многоточий…
Я однажды приду, как приходит весна,
Напоив до краев тебя свежестью ранней,
Прикоснувшись к губам отголосками сна,
И надежду вдохнув в твою душу израненную.
Я однажды приду… ты узнай по шагам,
По дыханью родному, такому спокойному,
По открытым навстречу зеленым глазам,
И по запаху прядей знакомому… вольному.
Я однажды приду, так чтоб ты захмелел,
Утопая в любви и безудержной нежности,
Чтоб от счастья летал и от радости пел,
Отпустив всё былое в шкатулку для вечности.
Не только плохие воспоминания заставляют грустить, но и самые лучшие,
когда знаешь, что они не повторятся…
А я жду пока ты сорвёшься и напишешь мне:" Прости дебила. Давай встретимся"…
Респектабельный муж:
- Где у вас продается книга «Мужчина - повелитель женщин»?
Продавщица:
Мужчина, фантастика в другом отделе.
Женщины порой как кошки - кто их ласкает, тому они и мурлыкают)
На самом деле мне нравилась только ты,
мой идеал и мое мерило.
Во всех моих женщинах были твои черты,
и это с ними меня мирило.
Пока ты там, покорна своим страстям,
летаешь между Орсе и Прадо, -
я, можно сказать, собрал тебя по частям.
Звучит ужасно, но это правда.
Одна курноса, другая с родинкой на спине,
третья умеет все принимать как данность.
Одна не чает души в себе, другая - во мне
(вместе больше не попадалось).
Одна, как ты, со лба отдувает прядь,
другая вечно ключи теряет,
а что я ни разу не мог в одно все это собрать -
так Бог ошибок не повторяет.
И даже твоя душа, до которой ты допустила меня раза три через все препоны, -
осталась тут, воплотившись во все живые цветы
и все неисправные телефоны.
А ты боялась, что я тут буду скучать,
подачки сам себе предлагая.
А ливни, а цены, а эти шахиды, а роспечать?
Бог с тобой, ты со мной, моя дорогая.
порой поражает плотность мудаков, приходящихся на душу женского населения…
Чем меньше знают о тебе, тем больше шансов для маневра.
Падает снег, падает снег -
Тысячи белых ежат…
А по дороге идет человек,
И губы его дрожат.
Мороз под шагами хрустит, как соль,
Лицо человека - обида и боль,
В зрачках два черных тревожных флажка
Выбросила тоска.
Измена? Мечты ли разбитой звон?
Друг ли с подлой душой?
Знает об этом только он Да кто-то еще другой.
Случись катастрофа, пожар, беда -
Звонки тишину встревожат.
У нас милиция есть всегда
И «Скорая помощь» тоже.
А если просто: падает снег
И тормоза не визжат,
А если просто идет человек
И губы его дрожат?
А если в глазах у него тоска -
Два горьких черных флажка?
Какие звонки и сигналы есть,
Чтоб подали людям весть?!
И разве тут может в расчет идти
Какой-то там этикет,
Удобно иль нет к нему подойти,
Знаком ты с ним или нет?
Падает снег, падает снег,
По стеклам шуршит узорным.
А сквозь метель идет человек,
И снег ему кажется черным…
И если встретишь его в пути,
Пусть вздрогнет в душе звонок,
Рванись к нему сквозь людской поток.
Останови! Подойди!