Основная проблема дела всей жизни в том, что оно начинает приносить пользу после твоей жизни.
Батюшки светы! — мамаша кричала,
Кто Светин папа, упорно искала.
С этим и этим встречалась давно,
Батюшку Светы найти не дано!
Батюшки дочки исчезли моментом,
Сдуло опаской, платить алименты!
Говорят: беда лиха —
Я не верила…
Далеко ли до греха —
Я не мерила.
Высоко ли до небес —
Не заглядывала.
Дождик будет или снег —
Не загадывала.
Говорили: с милым рай —
Я не ведала.
Говорили: выбирай —
А я медлила…
Немцы поняли — для того, шоп покорить Россию, не танки нужны, а Mercedes.
При Ленине ликвидировали безграмотность для того, шоп при Сталине грамотно писали доносы.
Дырка, вот вроде как пустое место, а её и проколупать можно, и протереть там да, и отодрать.
Четвертая власть вторая из древнейших!
Древнейшие профессии придуманы таки самым древнейшим народом.
Детей, не познавших материнской любви и тепла, вряд ли согреет судьба.
Возвращаюсь недавно с работы из Москвы к себе домой в Подмосковье. Еду на экспрессе, автобус идет в крайнем левом ряду.
Сзади раздается характерное верещание — кто-то, типа, крутой требует уступить дорогу. Однако сразу выполнить этот маневр не удается — справа все наглухо забито машинами.
Наконец перестраиваемся. Нас обгоняют ментовская машина с включенными мигалками и членовоз с правительственными номерами. Во время обгона из мусоровоза раздается недовольное ворчание по матюгальнику, типа, быстрее дорогу освобождать надо.
Я сидел недалеко от водителя и поэтому ясно слышал его ответ:
— Я-то, блядь, народ везу, а ты, блядь, его слуг. Так какого хуя я тебе дорогу уступать должен?
Ну, почему у водителей автобусов нет громкой связи?
Руки матери — живая колыбель.
Под себя окружающих менять, только зря время терять.
Молчи…
Молчи и обними меня крепче, сожми меня до хруста… Я превратилась в воду, не чувствую границ…
Дай мне почувствовать твоё тепло, молчи… Придай мне снова форму, я рассыпалась… Собери меня по кусочкам, по крупиночкам… как конструктор… Только без слов, я умоляю не произноси ни слова… Просто дыши со мной… дыши одним воздухом… Поцелуй меня… заставь мою боль замолчать… Хочу забыться… Прокуси мне губу… Сожми меня крепко, я не чувствую тела… Переливаюсь в твоих руках, словно ты обнял океан, где только что закончился страшный шторм. Я без сил, пережила, но какой ценой? Теперь, вот, не знаю, кто я есть. Должна обрести твёрдую форму… Я рассыпалась, расплылась, меня расковыряли, разобрали, искромсали, надругались над моей верой в лучшее… Очень уязвима… Напомни мне мой беззаботный смех… Это теперь мне только сниться… Я так больше не умею…
«Бабочки в животе» — верный показатель того, что ты еще жив!
Мера человеконенавистничества исчисляется в тротиловом эквиваленте.