Добрый человек после несчастья становится ещё добрее, негодяй - ещё подлее. Горе не изменяет людей в основах, оно лишь проявляет их.
Если бы в моих силах было сделать тебя счастливым, -
я бы сделала это не задумываясь…
Господни заповеди так понятны и просты. Пересказать их может каждый, а вот исполнить вряд ли…
Стоит только найти удобное положение, чтобы нести свой крест… как тут же появляются пассажиры, которые мечтают о поездке в рай на чужом горбу…
Бывает так, что в мужском молчаливом сердце больше чувств, чем в женских криках о любви.
А, в принципе, хотелось бы вкусно пожить еще до «стакана воды». Кормить его на завтрак блинами, ждать каждый вечер у окна с работы… а по ночам замирать от счастья и по-детски сопеть в его плечо…
Никто не станет карабкаться вверх, если все лучшее останется внизу. Никто не станет красть, если самое дорогое станет доступно всем.
…И топали девки к ручью за пригорком пО воду, босыми ногами по травам шагали весело.
Валяясь во ржи, я думал - гудели оводы, а это гудели за линией неба мессеры.
Наш попик церковный, рыдая, читал Евангелий. Я рядом был.
Взрыв.
Нас отбросило аж за просеку.
Мои открывают глаза цвета хаки ангелы, вручают мне связку гранат и святую мосинку.
«Служивый, служи! - повернули лицом к Лукавому. - Туда и стреляй. О потерях - не беспокоиться!
Ты будешь весь в белом в конце и овеян славою; такие, как ты, нужны нам в небесном воинстве.
Тебе мы дадим паёк и конягу верного, не хочешь коня - бери танк. Мы оплатим хлопоты.»
Что толку писать о днях и ночах инферного? Горела земля, даже небо все было в копоти.
Вручили звезду, награждали меня наградами… Не помню. А помню, как брел сапогами рваными
По мертвому полю, по лужам солярки-радуги, и фрица тащил на себе чуть живого, с ранами,
Ему говорил - «Нихт штербен, держись, пожалуйста. Зашью тебя, им на зло!». И сорвал звезду мою.
Пускай наверху они сами не знают жалости. Но я-то не ангел, и слава Христу, я думаю.
Сюда они приводят свои тела, чтобы починить их. Они считают это безопасным местом, однако чаще всего люди, называющие себя врачами, убивают их именно здесь. И никого это не напрягает. Я не шучу.
Относись к людям бережно. Ведь они всегда могут пригодиться.
Люди. Людей надо любить. Люди достойны восхищения. Сейчас меня вырвет наизнанку.
И каждый раз, прикасаясь к этому счастью, ты в сотый раз понимаешь, вот оно самое-пресамое главное в жизни. Тот самый смысл, который все ищут с азартом Шерлока Холмса. И то, что было «до» - эти игры в успешность, туфли в пол зарплаты, сравнения в обертке чужих историй - все это херня на фоне обычных спагетти, приготовленных любимыми руками.
Жизнь учит одному правилу: Ничему не удивляйся, принимай всё либо с улыбкой, либо с ухмылкой …
Система выбирает подходящих.