ФИНАЛ
Случается когда печальное явленье,
То горестный финал отнюдь не за горами:
Отправишься хоть раз вампирам в услуженье,
Растерзан будешь вмиг их острыми клыками.
Уходят близкие нам люди,
Лишь холмики земли и фото на кресте,
А мы по прежнему их любим,
И облик сохраняем бережно в душе.
Непрощенный, к моим непростившим губам
Возвращаться не смей! Запрещаю!
Я не верить клялась ни святым, ни Богам,
Ни болтливому юному маю…
Несогревший, на мой недогретый порог
Точки доступа нет… Перекрыли…
Мы на разных концах молчаливых дорог,
Запорошены грудами пыли…
Незовущий, не жди зазывающих глаз -
Я ослепла и света не вижу…
Все молитвы теперь не о нас, не за нас -
К тишине подползаю всё ближе…
Нелюбивший, на мой недолюбленный след
Не ступай… Затираю границы…
Ты туманом залёг среди брошенных лет
И дождями слетел на страницы.
Несказавший, моих недосказанных слов
Ты не жди… Онемела от боли…
Обнулю сотни строк из вчерашних стихов -
Из оков отпускаю на волю.
Непрощенный к моим непростившим губам
Возвращаться не смей! Не просила…
Не пит-стоп - это финиш - он мне по зубам,
Я себя от тебя отучила.
С некоторыми людьми встреча в этой жизни, бывает иногда лишней.
Говорят, человек на четыре пятых состоит из воды,
а кто на три четверти состоит из еды?
Дома, как и люди, бывают пустыми,
Бывают с печатью грядущих потерь, -
Лишь ржавый замок, чужой и постылый,
Один стережет забытую дверь.
(Николай ЛЯТОШИНСКИЙ)
Природа в марте кажется холстом
минималиста. Кажется наброском
того, что станет царствием потом
цветов, оттенков - по июльски броско.
Весенняя пустынность этих мест,
их голубая тонкая прозрачность,
как тело, не имеющее вес,
стремится вверх и падает обратно.
Стремится вверх и, кажется, несет
тебя под руки - словно сильный ангел
с лицом реки, с глазами талых вод
и с грудью голых веток, птиц и влаги.
Вот ты летишь. Природа этих мест
по сути небо, вставшее с колена.
Ты в нем летишь и каждый новый жест,
как взмах крыла - огромно откровенный.
Природа ожидания тепла,
лишь ожидания, до оклика, досрочно,
природа ждать. И если толковать
ее - она природа одиночеств.
Но ты стоишь. И будто не одна,
и будто бы сама сейчас крылата,
а за спиной, пускай дрожит спина,
стоит уже просторный ангел марта.
Где ж ты всё бродишь
Великое…
Мудрое…
Совесть вселенская
Жизнью обутая…
С кем ты заводишь
Интриги…
Романсики…
Люди устали
От этой геральдики…
Ты ж неподкупная
Вечная…
Истина…
Сколько искать тебя?
Совесть… у пристава…
Зима была тёплая, к тому же заканчивалась. А дома было и вовсе жарко
из-за отопления. Поэтому Михалыч сидел за компьютером почти голый.
Читал почту и завтракал.
Позвонили в дверь. Михалыч крикнул «открыто!». Пришла Лиза, их лаборантка и многодетная мать.
- Привет, Михалыч! Я часы перепутала на час. У Маши родительское собрание,
школа рядом, перекантуюсь у тебя. Не против?
Она раздевалась, пока говорила. Потом вошла в комнату.
- Какая жарища у тебя! - и совсем разделась.
Ну, почти совсем.
И села на подлокотник к Михалычу. Михалыч посмотрел на часы в мониторе
и сказал:
- Ты в профиль вылитая леди Винтер! Давай сделаем, будто я Д’Aртаньян.
- Не успеем, Михалыч. Давай: пусть Д’Aртаньян скачет и сражается до пятницы.
И с нетерпением ждёт.
- Мадам, у нас больше получаса, мадам…
- Месье, мы оба знаем Ваш стиль и Ваш темп. А Его преосвященство не выносит
меня взъерошенную и рассеянную.
- Какое ещё преосвященство? Тогда отсядь! Не соблазняй и не отвлекай.
Иди, вон, полежи.
В комнате кроме компьютерного стола и кресла был ещё только один предмет
мебели - двухспальная кровать светлого дерева. Лиза сказала:
- Наконец-то распаковал мой подарок! Я тебе это бельё ещё на День артиллерии
подарила. Шведское, между прочим… А почему одеяло просто лежит поверх
пододеяльника?
- Не вставилось оно. Да, и какая разница? - Михалыч развернул кресло к ней.
- Ну, ты даёшь, Михалыч! Что значит «какая разница»? Совсем уже с мезонами
своими…
- Я-то как раз абсолютно конструктивен. Иди сюда. Смотри.
У пододеяльника два слоя? Два! - и напечатал на мониторе:
«О П П П О П».
- Коммутативный закон. От перестановки слагаемых… «О» - означает одеяло.
«П» означает один слой пододеяльника.
- Не согласна, Михалыч. Вот, допустим, мы с тобой слагаемые…
- Похоже, мы только по пятницам слагаемые, - пробурчал Михалыч.
- … И если тебя приставить к компьютеру, а меня к постели… И наоборот:
меня к компьютеру, а тебя к постели - выйдут совершенно разные результаты!
Смотри!
Она потянула молнию, и на пододеяльнике образовалась необходимая щель.
- Ничего себе! Откуда я знал, что там замок?
Немного подумал и добавил:
- Да, и сейчас одеяло не влезет. Дырка очень маленькая. Туда даже ты не влезешь. Несмотря на красоту и миниатюрность. Как мадам Буанассье.
- Ты говорил, леди Винтер.
- Тем более, Винтер. И поправилась за зиму. Особенно в верхней части!
Девушка наклонилась к постели, быстро вставила всю свою верхнюю часть
в пододеяльник, оперлась на локти и сказала оттуда:
- Сам ты поправился, Михалыч! Видишь теперь?
- Просто потрясающе! Детка, ты просто…
В дверь позвонили. Вся Лиза занырнула в пододеяльник. Михалыч закрыл за ней молнию. Поводил сверху ладонями.
- Ты настолько спортивная и привлекательная, что тебя совсем не видно в этом
шведском белье. Лежи тихо. Пойду открою.
Лиза отползла к стене и замерла внутри.
- Привет, Семёныч! Проходи, не раздевайся.
Семёныч прошёл.
- Это ты одевайся, Михалыч. Пойдём контакты прозванивать. Надо, чтобы кто-то
кричал цифры с дальнего конца. Договорился с Лизкой, а она отпросилась
на школьное собрание очередное. Хуже нет - многодетная мать в напарницах.
- Ты иди, Семёныч. Она придет скоро.
- Придёт? Что, звонила тебе?
Семёныч присел на край кровати.
- Давно не был у тебя. Кровать новая. Шикарная! Большущая, прямо шведско-
семейная какая-то. Можно полежать попробовать?
Семёныч прилёг. Лиза ойкнула.
- Хорошая! Скрипит только. Почём брал?
- Дорого. Она реально шведская. Не функционально, а по стране-производителю.
Семёныч снова сел.
- Михалыч, вот ты учёный с мировым именем…
Михалыч подумал, что Лиза слышит, и приосанился.
- …а теперь с этой кроватью хочешь стать ловеласом с мировым именем.
Местного секс-рейтинга тебе уже мало.
- Какого рейтинга? Семёныч, давай, иди, чини контакты! Видишь, я занят!
- А это не я. Это бабы в отделе про твой рейтинг. И про твои кин-дза-дза
с Лизкой.
Дальше Михалыч стал тщательно подбирать слова.
- Во-первых, не бабы, а дамы, Семёныч. А во-вторых - Елизавета Георгиевна.
Полная тёзка английской королевы. Может, слыхал - Елизавета II и папа её Георг VI? Нет? Вот и топай. А я, может быть, жениться собираюсь.
Лиза ойкнула. Семёныч встал.
- Это на … королеве, что ли?
- А хоть бы и так, - Михалыч спасал ближайшую пятницу изо всех сил.
- Ну-ну. А представь, её мальчик вырастет… и поколотит тебя.
Со мной такое было.
«И ещё будет! Он вырастет, и тебя, дурака, поколотит!» -
это Михалыч ясно расслышал страстный шёпот пододеяльника…
В прихожей Семеныч спросил:
- Так ты не шутил-таки про королеву? Мне, что, теперь «Ваше Величество» шуметь
ей в микрофон на работе?
Михалыч расстегнул молнию. Появилась раскрасневшаяся верхняя часть Лизы.
Ничуть не располневшая. Даже похудевшая. C*75. И обняла его.
- Ты настоящий мушкетёр, Михалыч!
И привлекла к себе.
- Детка, а собрание?
- Ну его, собрание. Мои дети отличники. Их никогда не ругают. И очень
воспитанные. Ты не думай…
- А я и не думаю, детка. И ты про рейтинг не думай. Сплетни это.
в каком-нибудь очень близком земном раю
я встречу всё то, о чём постоянно пою
красивых женщин, пьющих абрау дюрсо
источающих самый сладкий жизненный сок
одиноких мужчин с горбатыми греческими носами
приглашающих разгоряченных леди плясать
это не какие-нибудь там божественные чудеса
это не из засаленных книг про горы и облака
там цветущая девочка, у которой до пола коса
сидит на троне и ждёт не принца, так лесника
и в каждом из этих людей я себя узнаю
я и девочка, и аристократ, попивающий брют
постукивающий тростью по паркетному полу
там уже победил, если жив, прекрасен и молод
я не здесь, в комнате с голыми стенами и окном
я не в городе, в котором не знаю вообще никого
я не рою себе могилу, и мимо не идут горожане
я уверенна, что однажды проснулась и отсюда сбежала
в очень близкий рай, который где-нибудь по соседству
там от смерти знают проверенное веками средство
заниматься любовью пьяными под мелодии фолка
и прикармливать страстью внутреннего степного волка
я всегда догадывалась, что перепутала координаты
потому что все эти люди мне неудобны и маловаты
воздух здешний меня состаривает и травит
я надеюсь, что очень дотошный с небес куратор
меня заметит и всё исправит,
и всё
исправит.
Оглянешься назад - там лица, лица, лица…
Как много разных их прошло сквозь жизнь мою!
И каждого из них во мне живет частица.
Я памятью своей их всех благодарю.
Не шестери и не пресмыкайся. Друзей не предавай. Человека не ломай. Отвечай за себя и заботься об общем. Не будь жалким попрошайкой. Не верь. Не бойся. Не проси. Не жди. Не надейся. Пребывай в своей сущностной природе, и от нее отталкивайся во всех действиях жизни".
Не помнят люди в наше время добрые дела… Чем больше помощи… тем меньше благодарности… Взамен попросишь что-то, скажут «НАПРЯГЛА «…Сама откажешь… обвинят в коварности!
Есть то, что цепляет меня за живое.
Меня цепляет искренность. Та личная истина, которой нет сравнений, как и нет предела ее ценности, какой бы она не была. Искренность равна правде. Я люблю правду. Но не ту, что исходит из злости и мелководности души, а ту, которая с самокритикой. Когда человек осознанно и не боясь, озвучивает все подводные камни своего нрава, но имеет смелость «разложить по полкам», что он хочет оставить в себе, а что нет и может оценить степень глобальности последствий своих поступков на судьбы других. Правда цепляет всегда, хотя бы по той причине, что какой бы она не была, ты чувствуешь уважение к себе, ведь тебе не лгут.
Меня цепляют чувства и эмоции, но совсем немногих людей, лишь тех, чья энергия на момент переживания настолько сильная, что можно ощутить ее на себе и прочувствовать на долю секунды состояние, которое испытывает человек. Странное сравнение, но я чувствую, что они Живы. Что они борются и что в них есть то, чего нет у других - Сила Духа. Только от таких душ идет поток. Я не перебираю их по принципу «хорошие» и «плохие», так как впитываю в себя все, чтобы сохранить баланс внутри. Свой баланс светлого и темного, для более глубокого познания человеческой души и своей в том числе и для понимания того, как я могу помочь и могу ли вообще.
Меня цепляет улыбка на всю ширину распахнутой души, когда воодушевленность исходит такими особенными волнами, что чувствуется даже на расстоянии в несколько метров от человека; блаженство от награды за томительное ожидание и адские труды, что привели к ней; грусть, что оставила следы, еле заметными каплями слез в уголках глаз, в морщинах вокруг них, та грусть, при виде которой на чужих лицах появляется такая глубина, до этого неизвестная им, что остается только догадываться, какой опыт пережил человек.
То, что цепляет меня, открывает меня еще больше через других, ведь я сохраняю в себе Сострадание, умение сопереживать и радоваться от всего сердца за кого-то. И неважно, близкий это человек, или чужой. Возле таких я чувствую, что я тоже Жива и что мое Сердце еще не стало куском льда.
люби меня как любят только раз…
люби азартно дерзко и невинно
из слов сплетая белый флердоранж
дай опьянеть легко, необратимо
дай пригубить нектар счастливых глаз
и пить любовь до самого предела, -
разлиться медом на хмельных губах
и первой дрожью на твоих колЕнах
запечатлеть шальным сплетеньем рук,
взаимный шторм на точке невозврата
и удержать меж пальцев теплый звук
прорвавший стон, безудержным стаккатто
так безрассудно пали кружева…
и в лунном море закружились свечи
люби меня как любят только раз…
чтобы потом об этом помнить вечность…