Зимой, в подъезде у окна
Стояла девушка, одна
Водила пальцем по стеклу,
Писала: «Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ!»
Хотел вопрос задать я ей:
«Какое слово тут важней?
ЛЮБЛЮ? ТЕБЯ? А может, Я?»
Увы, сапожками скрипя,
Она ушла в густую мглу.
А я приблизился к стеклу.
Чтобы сквозь фразу на стекле
Увидеть девушку во мгле.
Боже мой! Зачем же столько пафоса?
Может быть с небес на землю грешную?
Да уж! Ты хорош с любого ракурса!
Глупая улыбка белоснежная,
Галстук - «Ллойд», костюм - «Том Форд», часы - «Тиссот»,
Туфли - «Гуччи» - «Нам без этого никак!»
Три луча с- класс - до счастья довезёт!
В жесте барственном застывшая рука:
«Социальный статус - это наше всё!»
Твердо эта истина усвоена.
Ты ведь это вслух и «веруя» несёшь! -
«Есть достойные и недостойные!»
Каждый день в постель подружку новую -
Имидж мачо, на расправу скорого.
Мальчик мой! Понты всегда дешёвые!
Даже если стоят очень дорого.
Боже мой! Откуда ж столько пафоса?
А когда-то был простым и искренним,
Добрым, светлым. И куда пропало всё?
И откуда этот взгляд бессмысленный?
И давясь «Баккарди» (ненавидишь ведь!),
Пьяным языком сплетая фортели,
Будешь бормотать опять какой-то бред -
«Это бабы всё меня испортили!»
© Таша Калита
Мой друг.
Тебе, мой друг, дарю я эти строки.
Ты не подумай, что хочу польстить.
Ты просто знай, что в мире мы не одиноки,
пока в сердцах есть силы чтоб любить.
Когда есть тот, чье слово много значит,
Кто в трудный час готов помочь тебе,
Кто за тебя готов всегда дать сдачи-
Не упадешь и не споткнешься в темноте.
Кто в скорбный день всегда плечо подставит,
И если вдруг что- просто за руку возьмет,
И в одиночестве тебя кто не оставит,
С тобою вместе кто всю землю обойдет,
Тот будет другом-верным и хорошим,
И в сердце место для тебя всегда найдет.
Он будет другом-не простым прохожим,
а тем, кто дорог, кто всегда поймет…
Если у вас заболело что-то в груди, не беспокойтесь, это ломается ваша ГОРДОСТЬ… обойдется без серьёзного хирургического вмешательства…
- Мало ли на свете людей, похожих друг на друга. - Да, но есть лица, которые никогда не забываются!
Если человек состоит на 80% из воды, то без мечты и желаний, он всего лишь вертикальная лужа…
Здравствуйте - желаю Вам здоровья!
В слове этом - мудрость, доброта,
Что всегда соседствуют с любовью,
И души славянской красота!
Почему у нас в ходу «привет»?
Полагаю, сколько не ищите,
Всё равно, не сыщите ответ.
На «Привет» - «Пока» и «Извините».
Вовсе не в «Привете» дело, нет!
Просто в радость - человека встретить,
«Сколько зим!» - воскликнуть - «сколько лет!»
И улыбкой на «Привет!» ответить.
Если с вами повстречаюсь вновь я,
Знайте, что «Привет» мой - ерунда.
Я хочу вам пожелать здоровья -
Здравствуйте! Сейчас и навсегда!
Каждый день, выходя из дома, мы одеваем в броню свои чувства, накладываем грим на свои эмоции. - Так привыкли. Так проще. И даже любящим и близким мы не позволяем, порой, увидеть нас, истинных…
© Таша Калита
Многие люди думают: «Вот я куплю себе квартиру и буду счастлив». После этого они работают как проклятые на квартиру, покупают её, и… а счастья нет. Некоторые мечтают о машине. «Вот когда я пересяду с метро за руль моей собственной машины, я буду счастлив». Купив её, покатавшись три дня, они выходят во двор и спрашивают себя: «Вот она моя машина, а счастье где?»
Ошибка многих людей в том, что они путают комфорт со счастьем. Комфорт никогда не был счастьем и не станет им. Мы даже иногда удивляемся рассказам о миллионерах, которые впадают в депрессию. Наше удивление строится на том же ошибочном мировоззрении, что комфорт равен счастью. Это не так. Удивляться здесь нечему.
Моменты счастья скорее случаются под проливным дождем, чем на теплом мягком кресле. Стремиться к комфорту надо, но надо изначально знать, чего ожидать, когда мы его получим. Будет тепло и хорошо, но счастья не будет. Счастье надо найти в себе самому.
Он убегал… в него стреляли люди…
Проваливаясь лапой в рыхлый снег, Волк
твёрдо знал: спасения не будет… И зверя нет
страшней, чем ЧЕЛОВЕК… А в этот миг за сотни
километров, Был в исполненье смертный
приговор… Девчонка малолетняя там где-то Уже четвёртый делала аборт… Малыш кричал!
Но крик никто не слушал… Он звал на помощь:
«МАМОЧКА, ПОСТОЙ! Ты дай мне шанс, чтобы
тебе быть нужным! Дай мне возможность
жить! Ведь я живой!» А волк бежал… собаки
глотку рвали… Кричали люди пьяные в лесу… Его уже почти совсем догнали… Волк вскинул
морду и смахнул слезу… Малыш кричал,
слезами заливаясь… Как страшно НЕ
РОДИВШИСЬ УМЕРЕТЬ! И от железки спрятаться
пытаясь, Мечтал в глаза он маме посмотреть.
Вот только «маме» этого не нужно… Не МОДНО стало, видите ль, рожать… Она на глупость
тратит свою душу… Своих детей «не в падлу»
убивать… А волк упал без сил… так было
надо… Он от волчицы ВАРВАРОВ увёл… Одна
она с волчатами осталась, Когда он на себя
взял приговор… Собаки рвали в клочья его тело! Но только душу волчью не порвать!
Душа его счастливой мчалась в небо! РАДИ
ДЕТЕЙ ЕСТЬ СМЫСЛ УМИРАТЬ! И кто, скажите,
зверь на самом деле? И почему противен этот
век? А просто ЧЕЛОВЕЧНЕЕ НАС ЗВЕРИ… И зверя
нет страшней, чем ЧЕЛОВЕК!
Наверное, людям стоит научится смотреть своей совести в глаза…
«Не все и не везде существует для нас»
.
Вы ищете во мне грязь, а я смеюсь над вами.
Ведь что вы ищете во мне, тем полны вы сами.
Мои бабушка и дедушка были женаты более половины века. С самой первой их встречи они играли в одну особую, их собственную игру. Смысл ее заключался в том, чтобы написать слово «SHMILY» в каком-нибудь неожиданном месте и чтобы другой обнаружил его. Они по очереди писали «SHMILY» по всему дому и как только один из них обнаруживал слово, они менялись, и наставала очередь другого прятать его.
Они случайно вытягивали «SHMILY» из сахарницы, контейнера с мукой в знак заботы о том, кто готовил еду. Они писали его на запотевших окнах.
«SHMILY» обнаруживалось на зеркале после горячей ванны, где оно проявлялось после нового купания. Однажды, моя бабушка использовала целый рулон туалетной бумаги, чтобы написать «SHMILY» на каждом ее листе.
Не было конца местам, где могло вдруг появиться это слово. Наспех написанная записка со «SHMILY» появлялась в ящике с инструментами, в автомобильных сиденьях или привязанная ленточкой к рулю. Записки засовывали в обувь и оставляли под подушками. «SHMILY» писалось на запылившейся полке и выводилось по пеплу в камине. Это загадочное слово было частью обстановки в доме моих бабушки и дедушки.
Мне потребовалось немало времени, чтобы до конца понять и оценить их игру. Скептическое отношение мешало мне поверить в истинную любовь, чистую и бессмертную. Но, не смотря на это я никогда не сомневался в близких взаимоотношениях этих людей. Их любовь была очень крепкой. Она была намного больше этой маленькой кокетливой игры; она была дорогой в их жизни. Их родство было основано на полном посвящении и привязанности, что достигалось совместным опытом.
Бабушка и дедушка держались за руки в каждый возможный момент. Они тайком целовались, когда сталкивались друг с другом в их крошечной кухне. Они заканчивали фразы друг друга, каждый день совместно отгадывали кроссворды и ребусы. Моя бабушка по секрету рассказала мне о том, каким находчивым и проницательным был мой дедушка, каким обходительным. Перед каждым приемом пищи они склоняли свои головы и благодарили Бога, восхищаясь тем, что Он дал им: чудесную семью, прекрасную судьбу и друг друга.
Но была мрачная тень в жизни моих родственников: у бабушки был рак груди. Болезнь впервые обнаружили 10 лет назад. Как всегда, дедушка был рядом с женой на каждом шаге пути. Он подбадривал ее в их желтой комнатке, разукрашивал этот путь таким образом, что она всегда была окружена солнечным сиянием, даже когда была настолько больна, что не могла выходить из комнаты.
Теперь рак снова атаковал ее тело. С помощью трости и крепкой руки дедушки они ходили в церковь каждое утро. Но состояние бабушки постепенно ухудшалось, и она уже не могла покидать дом. Дедушке пришлось одному ходить в церковь, моля Господа исцелить его жену. Но однажды, то, чего мы все так опасались, наконец, произошло. Бабушка умерла.
«SHMILY» - было небрежно написано желтым цветом на розовых лентах траурного букета моей бабушки. Когда толпа поредела и последний присутствующий на похоронах развернулся, чтобы уйти, мои тети, дяди, кузены и другие члены семьи подошли и окружили бабушку в последний раз.
Дедушка подошел к могиле и, прерывисто набрав воздуха, он начал петь ей. Песня пришла через его горе и слезы, глубоким и хриплым голосом он пел колыбельную.
Я никогда не забуду этот момент. Знаю, что хотя я не мог постичь глубину их любви, у меня была привилегия быть свидетелем ее несравнимой красоты.
S-H-M-I-L-Y: See How Much I Love You. - Посмотри как сильно я тебя люблю.