Некоторые мужчины способны достать даже звезду с неба…
А некоторые женщины способны достать даже звезду на небе
жизнь прекрасна, когда чей-то щеке нужен твой нос.
Мы боимся не потому, что нам трудно; нам трудно именно потому, что мы боимся.
Жизнь - часы, люди - механизмы. Есть большие и маленькие, но лишних нет.
В душе обиды все копить - какого толка? И козни строить, тоже впрочем, ерунда… А я упрямая, терплю я о-о-очень долго… Но коль пошлю кого - то раз и навсегда!
Страх приходит и уходит… А трусость остаётся.
В конечном итоге мы все стремимся к счастью… только оно у каждого свое- кто-то счастлив от детских улыбок, а другому для своего"счастья" необходимо причинять боль!
Чего ты ждешь? Возьми и изменись!
Порви давно бессмысленные связи
И в быстром ритме жизни закружись.
Очисти сердце, мысли, дом от грязи.
Дана тебе душа и голова.
Душой живи, умом решай умело.
Не слушай шум. Всегда шумит молва,
То облик твой не нравится, то тело.
Иди вперед, не бойся. Будет день
И ты поймешь, как много поменялось.
Что от проблем осталась только тень,
А лучше, чтоб и тени не осталось.
Пускай кричат, что так нельзя идти,
А ты не слушай их. Пускай болтают.
Не бойся доверять себе в пути.
Чего ты ждешь? Двух жизней не бывает.
(Амина Новак)
- Это немыслимо!
- Думаете?
- Размышляю…
- Не берите в голову…
- Я подумаю…
- Даже не раздумывайте…
- Хорошая мысль!
Жаль, но для меня теперь «французский поцелуй» подразумевает касание только однополых языков…
Люди - это боги, которые не хотят ими быть…
Со временем люди испортились и стали не такими, какими их создал Бог.
Столько уже разных пород существует и у кошек, и у собак. Даже у пчёл есть породы. Люди, с чем ни столкнутся, сразу породы начинают придумывать. Вот и сами люди разных пород тоже. Зачем только? Жизнь ведь гораздо проще, чем кажется. И мы не настолько сложны… мы просто постоянно всё усложняем. Сами. Говорим: в силу обстоятельств. Хотя в каких-либо обстоятельствах мы пребываем постоянно от начала времён. Но не они нас меняют, а мы САМИ меняемся в зависимости от принимаемых решений и результатов этих решений… и все эти изменения обычно непринципиального характера. Это примерно как шлифовать камень - кардинально он ни габариты, ни форму не поменяет, внешне, правда, станет более гладким или даже блестящим… но останется тем же камнем. Тем самым, который когда-то создал Бог по своему образу и подобию.
Корень всех проблем кроется только в нас самих. Мы сами придУМываем себе проблемы, и сами их решаем… Ох, уж этот злодейский ум… не даёт просто спокойно жить… Может быть, если жить сердцем, то нам станет легче? Судьба постоянно испытывает нас, подкидывая проблемы и прокладывая тёмные полосы в нашей жизни. Может смысл испытаний как раз в том, чтобы не умничать, не обозляться, прощать всем сердцем? И хоть нас ведёт по жизни путеводная звезда - наша судьба, мы идём сами, своими ногами. И куда идти выбираем все же мы - путём лукавого многоумия или добродетельной сердечности.
Не учите - мы учёные, наше кредо - первым бей!
Мы синицы прирученные, что рядились в журавлей.
Мы грешим не для забавы, и наивны неспроста:
Слева за плечом - лукавый, а за правым… Пустота!
Говорить все надо вовремя или вообще никогда.
У cтарушки Эминовой и старухи Лапко практически общее прошлое.
В доисторические времена Эминова вышла замуж за Григория.
Григорий оказался на удивление мобилен: через полгода ушёл к Лапко, правда, надолго не задержался и поменял Лапко на эту крашеную выдру из бухгалтерии.
Эминова с Лапко не разговаривали две пятилетки, но потом им дали квартиры в одном подъезде, так что как-то рассосалось.
Скелет в шкафу изредка оживает, и тогда старушка Эминова язвит напропалую, а старуха Лапко каменеет лицом и становится похожа на истукана с острова Пасхи.
Назавтра обе успокаиваются, вспоминают, что делить-то уже поздновато, и дружно мечут ядовитые стрелы в крашеную выдру.
Ежели выдра ещё жива, то качественная икота ей обеспечена надолго, ежели нет, то пусть повертится в гробу, гадюка.
Григорию тоже достаётся, но в меньшем объёме.
Старушка Эминова живёт на втором этаже, старуха Лапко на четвёртом, а между ними, на третьем - переводчица Катя с Тимошей.
Катя (итальянский, испанский, французский) работает, подрабатывает где только можно, потому что крохотная однушка куплена в кредит, потому что у Тимоши неладно со здоровьем, нужен бассейн, лечебная физкультура, логопед, потому что няня Майя Мартыновна - человек надёжный, но не бесплатный.
У Кати отличный итальянский синхрон, её приглашают на переговоры, иногда они затягиваются допоздна, и если Майя Мартыновна занята, то у старушки Эминовой и старухи Лапко праздник: Катя просит их взять Тимошу к себе на вечер, а если повезёт, то и с вечера до утра.
В чьей квартире будет Тимоша - тут строго по очереди, хотя старушка Эминова и пытается смухлевать, но старуху Лапко на кривой козе не объедешь, у неё всё записано.
У старушки Эминовой есть древний проигрыватель и стопка пластинок. Почти караоке. Они с Тимошей поют про два берега у одной реки, а старуха Лапко, которой бог не дал ни слуха ни голоса, ревнует и завидует.
Зато Лапко много лет собирала открытки с видами, три коробки накопилось, Тимоша любит их рассматривать, и теперь уже Эминовой приходится делать вид «подумаешь!».
В прошлом ноябре старушка Эминова и старуха Лапко вызнали, что у Тимоши нету большого плюшевого медведя, отправились в игрушечный магазин и там ахнули - достойный медведь с их пенсиями не монтировался. Старуха Лапко расстроилась до того, что пришлось усаживать на стул и отпаивать валерьянкой. Старушка Эминова битый час разглядывала медведя со всех сторон, доведя охранника и продавщицу до безмолвной истерики. А дома достала из комода свой свадебный подарок - аккуратно завёрнутую в пергамент невозможной красоты гэдээровскую плюшевую скатерть дивного шоколадного цвета, по центру и по краям узор из голубых незабудок. Пока кроили и шили, раз десять переругались смертельно. Медведь получился малость кривобокий, с незабудками на попе, но Тимоша полюбил его сразу и навсегда, назвал Медведем и из рук не выпускает.
Август, ночь, за окном над клёнами плывёт оранжевая луна, старушка Эминова и старуха Лапко не спят - вдруг дитяти приснится плохое, испугается, да мало ли что, всё равно бессонница.
Впереди у них целый день, Катя приедет из Вильнюса только к вечеру.
Старушка Эминова думает, что утром доберётся потихоньку до базара, купит вишни, ну как можно - ребёнку пять лет, а он ни разу не пробовал пенки от вишнёвого варенья.
Старуха Лапко думает, что вдруг Катя полюбит какого-нибудь итальянца и уедет вместе с Тимошей в эту его Италию, что ж делать, лишь бы человек был хороший, ответственный, не какой-нибудь григорий.
В пятнадцатиметровой комнате застыли тишина и время.
В потёртых креслах сидят ровно полтора века, стерегут сон маленьких пяти лет, чуть слышно сопящих на диване в обнимку с медведем Медведем.
У каждого есть свой человек. Кому-то стоит дождаться его, а кому-то беречь.