Как хорошо, когда не ждешь
Уже не ждешь… уже устала,
Не раздражает даже дождь,
Как было с самого начала.
Когда-то нить разорвалАсь,
Погасли тлеющие свечи,
Он сделал все, чтоб не сбылась
Моя мечта о нашей встрече.
Я в одиночество уйду,
Сотку из грусти покрывало
А я его уже не жду,
Уже не жду… уже устала.
Теперь боюсь я одного,
Что во Вселенной путь намечен
Я перестала ждать его,
А он захочет нашей встречи.
А это будет, господА,
Жизнь столько в нас перемешала
Вот что сказать ему тогда
Когда уже и ждать устала.
…НЕ те слова произнесешь,
И на душе не станет чище,
И встретишь, ведь когда не ждешь
И обретешь не то, что ищешь.
***
Знаю, как далеки мы друг от друга,
Но тесен мир, мы встретимся, даст бог.
Мне дорога с тобою каждая минута,
Где самой сильной болью я болеть бы смог.
Ищу тебя в скоплении своих воспоминаний.
Ищу тебя и тороплюсь найти.
Найти мгновение, когда мы танцевали,
Будто на век пересеклись наши пути.
Пойми, ты стала для меня чуть ближе,
Как странно это, за короткий срок.
Ты стимул мне даешь быть выше
И веру, чтоб не сбиться с ног.
Мне не нужны все блага неземные,
А нужен человек, что полюбился мне.
Кто виноват, что мы вдруг полюбили?
Кто виноват? Но здесь виновных нет…
Как мало можно выразить словами,
Как много вновь останется у нас.
Я сердце отдаю тебе на память,
Но жаль, что не при виде твоих глаз.
Не знаю, долго ли еще осталось…
То сердце, что я отдал сохрани.
Я буду умирать людям на радость,
Но знайте, что я умер от любви!
Я - в вечности готовый раствориться,
Не выложив к ней звездную тропу.
Как просто выйти за границы!
Но как я в них потом войду?
Знаю, как далеки мы друг от друга.
Как блажен миг, что в ожидании встреч.
Мне дорога с тобою каждая минута,
И как бы я хотел ее сберечь…
Плывёт над головой небесная волна.
В ней -- миллионы звёзд, и лишь одна Луна.
Все звёзды превзошла сияньем без границ
Любимая жена -- царица всех цариц.
Ты -- верности, тепла и нежности исток.
Любимая жена -- святой любви цветок.
Невинна как дитя, и так же весела.
И в счастье, и в беде разумна и светла.
Божественно добра, божественно проста.
Чиста как свет небес, и в доме -- чистота.
Воспитывать детей -- её священный долг.
Так муж ей приказал, а муж ей -- словно Бог.
Он воин, он герой, и он непобедим.
А ты слаба, нежна -- и управляешь им.
Есть много в небе звёзд, но лишь одна Луна.
Царица всех цариц -- любимая жена.
Предать и изменить -- подобно смерти ей.
Муж для неё как Бог, как Солнце что над ней.
Как Богу изменить? Без Бога жизни нет.
Как мужу изменить, предав святой обет?
Сиянием любви и прелести полна,
И в мыслях, и в делах всегда ему верна.
Ни роскошью даров, ни лестью похвалы
Не обретёт другой её святой любви.
В года былых эпох, в век Сатьи* Золотой,
И жизнь, и смерть жены всегда была святой.
И, если муж умрёт -- с улыбкой на устах
Входила с ним в огонь, презрев и боль, и страх.
Входила с ним в костёр, а на устах -- заря.
Зачем царице жизнь, где нет её царя?
Есть много в небе звёзд, но лишь одна Луна.
Царица всех цариц -- любимая жена.
Остаться без царя -- подобно смерти ей.
Муж для неё как Бог, как Солнце что над ней.
О преданной жене известно Небесам,
И путь её лежит к Божественным мирам.
Дома, где женщин чтут -- садами расцветут.
А где не ценят их -- в бесплодьи пропадут.
Сияет счастьем дом, где счастлива она --
Царица всех цариц, любимая жена.
А если обижать жену, сестру и дочь,
То в доме будет мрак, и воцарится ночь.
Блаженствуют дома, где их боготворят.
И рушится семья, где женщины скорбят.
Ты женщину всегда обязан защищать.
Она мужчине -- дочь, жена, сестра и мать.
Храни жену и мать, что народила нас!
Всех женщин почитай! И Бог тебе воздаст.
Есть много в небе звёзд, но лишь одна Луна.
Царица всех цариц -- любимая жена.
этой осенью мы укутываемся в слова.
этой осенью нас греют лишь фразы
и это, видимо, совсем не та глава
в которой счастье нам откроется сразу
мы в словах часто находим приют
зарываемся в песни, где прячется память
и пусть не в сердце они, а в душу поют
но я верю, лишь песни останутся с нами
осень ложится невидимым грузом во сне
пока мы сгораем невидимо, что же это случается, и, видимо, мне
память о днях тех намного дороже
там кто-то питается строками
другие ждут пока согреет их автор
ведь людям холодно быть одинокими
в толпе ожидающих то самое «завтра»
им говорят, для добра не нужны поводы
и многих уже объятия не греют
но почему в вас столько холода,
люди?
обнимайтесь теплее
и все те слова, что бегут позади
пусть навсегда останутся в лете
прохладная осень и дремлющий мир
чувство, будто мы все еще
дети.
я ушёл навсегда
не хочу бормотать словами
и к тебе быть может вернусь
ветерком что подую устами
если вспомнишь меня
ты вдруг
Сегодня хочется дождя,
Чтоб он пролился шумным небом.
Сегодня хочется тебя,
Зарывшись под пушистым пледом.
Сегодня хочется тепла,
Чтоб навсегда, чтоб не сломалось.
Сегодня хочется дотла
Сгореть в тебе и встретить старость.
Сегодня хочется навек
Отдаться нежности мгновений.
Скажи, что может человек,
Когда на грани вдохновений?
Скажи, что может там душа?
Когда легчайшей белой тенью
Она стремится в небеса,
Но вновь приходит к опустенью?
Скажи, как жить не зная боли
И вновь, взмывая высоко,
Не падать, быстро по неволе
Когда опять ты далеко?
Сегодня хочется вдвоем,
Обнявшись, до утра повздорить,
Сегодня хочется теплом
Тебя, безумный, успокоить.
я как прежде люблю…
хотя больше чем прежде…
и о встрече молю…
засыпая в надежде…
поцелуй вспоминая…
на горячих губах…
как вдвоём улетая…
ты шепнёшь тихо-ах…
ничего не забыл…
это и невозможно…
лишь с тобой счастлив был…
почему всё так сложно…
осень нашей любви…
это встреча стобою…
просто так, се ля ви…
но секрет я открою…
раз сентябрь проказник…
ткал нам «встреч покрывало»…
не разлучит нас осень…
осень НАШЕ НАЧАЛО…
я горел и горел закат,
полыхали дома и лица,
и, пытаясь тебе присниться.
я как будто бы шел назад.
и терзало мое нутро,
твои волосы и касанья,
я растил это расстоянье,
чтобы было чуждо твое.
чтобы тошно от этих рук,
и от голоса чарованья,
и родное твое дыханье,
стало в тягость как громкий звук.
я сжигал каждый сердца стук,
я горел, как горят знамена,
наблюдая заворожено,
как замкнулся порочный круг.
но когда мой огонь потух,
и смешались дымы с эфиром,
я в тебе обнаружил дыры,
о которых не молвят вслух.
я горел и горел закат,
мой огонь разжигали пуще,
не жалела засохших прутьев,
та, что мне не давала спать.
Мы многого друг другу не сказали,
Любовь слепила счастием глаза,
Сегодня здесь, а завтра там бывали,
А по ночам кутили до утра.
Я был влюблён, и слеп, как-то бывает:
Душа песнь пела от родных очей,
От запаха, что тело источает,
От бёдер складных, от сосков грудей.
Я часто ночью сонной наслаждался
В кромешной самой, непроглядной тьме,
Как малый мальчик с локоном игрался,
Шептал на ушко всё, что на уме.
Слова и… время! Вас мне не хватает -
Всего бы сделать шаг один назад,
Напомнить сердцу как любовь пылает,
Как живописен сказочный закат.
И под луной под отзвуки гитары,
Под чутким гласом музы и светил
Спеть серенаду для любимой дамы…
Чего себе я позже не простил.
Ты - ветер, я знаю, безжалостный ветер,
Рисующий дрожью по бархату кожи…
Густых поцелуев летающий пепел
Развей, если можешь…
Ты - хаос, классически в сердце мне вросший,
Где всё упорядочил в свитки сомнений…
Ты будешь терновым насколько возможно,
Так легче, мой гений…
Ты - демон со светлым пророческим ликом,
А мне бы души твоей черные дыры
Измерить любовью и выскользнуть тихо
К зовущему миру…
Наталия Шелегова
Густеют сумерки в ночи!
Ложится мгла над миром вечным,
И ветерок летит беспечный,
В просторе музыкой звучит!
То запоет на голоса…
То вмиг затихнет ненароком!
Молчанье выглядит упреком,
И вдруг исчезнет в небесах!
Припев:
Боль невыносимая,
Жжет в моей груди!
Ты моя красивая…
Ран не береди!
Вновь назначь свидание,
И приди скорей,
Трепетным дыханием…
Сердце мне согрей!
Твои небесные глаза,
Мне душу всю разбередили,
Мое сознание пленили,
Они горят, как бирюза!
Сквозь дымку вижу образ твой!
Немного кажется печальным…
За горизонтом, где - то дальним,
Ты исчезаешь стороной!
Припев:
Боль невыносимая,
Жжет в моей груди!
Ты моя красивая…
Ран не береди!
Вновь назначь свидание,
И приди скорей,
Трепетным дыханием…
Сердце мне согрей!
Copyright: Татьяна Куташева 3, 2016
Свидетельство о публикации 116 041 310 609
есть слова, что куда ужаснее страшных мук,
точно стая псов, голодавших десятки лет,
я тебе писал, не жалея уставших рук,
представляя в мыслях сражающий твой ответ.
я ломал графиты, под натиском горьких дум,
превращая в крошки, надуманный мной сюжет,
и чем дальше шел в чащу, тем больше я тонул,
различая в потемках еле заметный свет.
а потом он исчез и исчезло все вокруг,
превратился город в пустынную праздность чувств,
утекла вода, осушился мой акведук,
под ногами раздался звучный, надломный хруст.
я шагал по застывшим когда-то останкам душ,
мимо до невозможности постных и горьких лиц,
наступая на трещины грязных, замерзших луж,
позволяя сути спуститься куда-то вниз.
и когда мне остался почти что последний шаг,
(я так явственно видел финал в конце письма),
ты раскрыла объятья, как может лишь ад и рай,
бесконечностью боли и блага своей маня.
свет заставит Морфия броситься наутек,
(разве в праве кто-то его у себя держать?)
я бежал за тобой столько лет не жалея ног,
вот и утро не сможет тебя у меня отнять.
посыпались глыбы камней под движеньем земли,
проснулся вулкан после сотен бездействия лет,
и тучи над городом хмуро и злостно плыли,
сполна заслоняя для жителей солнечный свет.
ты видел как наши планеты слетели с орбит?
и жизнь прекратилась в мгновенье на каждой из них,
как был наш последний носитель надежды забит,
который однажды был так невозможно велик.
ты видел как в дрему впадало земное тепло?
и как злое пламя сжигало лилейности лес,
как все, что моря наполняло вовек утекло,
как будто над нами смеялся неистовый бес.
ты слышал беззвучный, терзаемый, жалостный стон?
когда надломилась подкорка у крепкой земли,
как будто разрушился нами построенный дом,
в котором хранились запасы минувшей любви.
я будто не чувствую больше шума,
как чувствует телом глухой человек,
ты знаешь, как это мучительно трудно?
с судьбою своей расставаться на век.
и в мягких шагах, но едва ли знакомых,
искать твой привычный, приземистый стук,
я видел печальных и видел влюбленных,
которые прячут дрожание рук.
как прячут и душу, зашитую грубо,
хирургом без знаний, на скорую руку,
я помню последнее, хмурое утро,
и все, что мешали нам гулкие звуки.
и как же, однако, немыслимо странно,
я стал точно пуст абсолютно внутри,
но память меня возвращает обратно,
к твоей обветшалой, закрытой двери.
ледяными виденьями станет мой милый,
добрый друг мой родимый, вдали от меня,
ни в горах он пропал, ни погиб на равнине,
но ушел на меня злость свою затая.
и ушел, не сказав мне ни слова на память,
как глядела за ним сквозь кручины стекло,
и кричала, что, нет! никогда не заставить,
позабыть мне любимого друга того.
и промолвив не слышно, когда на рассвете,
без него стало утро чудовищным сном,
я люблю тебя милый, как будто на свете,
стал разлуки тот день окончательным днем.
но несказанных слов мне тебе не отправить,
как и не получить от тебе славных слов,
я надеюсь на девичью, слабую память,
и твое невмешательство в мир моих снов.