я горел и горел закат,
полыхали дома и лица,
и, пытаясь тебе присниться.
я как будто бы шел назад.

и терзало мое нутро,
твои волосы и касанья,
я растил это расстоянье,
чтобы было чуждо твое.

чтобы тошно от этих рук,
и от голоса чарованья,
и родное твое дыханье,
стало в тягость как громкий звук.

я сжигал каждый сердца стук,
я горел, как горят знамена,
наблюдая заворожено,
как замкнулся порочный круг.

но когда мой огонь потух,
и смешались дымы с эфиром,
я в тебе обнаружил дыры,
о которых не молвят вслух.

я горел и горел закат,
мой огонь разжигали пуще,
не жалела засохших прутьев,
та, что мне не давала спать.