Зачем вы так ленивы, поезда,
Когда к исходу близятся разлуки?
Шлагбаумы, заламывая руки,
Кричали вслед:
- Куда же ты, куда?
Нелепым им казался мой побег,
Ведь возвращенья срок ещё не вышел,
Ведь осени узор ещё не вышит
На берегах оставленных мной рек.
И город мой совсем меня не ждал.
Он с поездом, наверно, сговорился.
Один не ждал -
другой не торопился,
Но я уже вступила на вокзал.
О, беспокойный августовский сон -
Его тревогой был мой путь навеян.
Как этот август был самонадеян,
И как сегодня жалок и смешон.
Мой город мне как будто незнаком.
Твой голос так звучит чужо и странно.
И только осень рыжим языком,
Как верный пёс, зализывает раны.
на несчастье чужом, говорят, не построить счастья.
этот древний закон вездесущ и неумолим.
и когда меня будет от ревности рвать на части,
ты почувствуешь это с другого конца земли.
нет, ничто не забыто! и в сердце моем, не скрою,
ты остался неизлечимой сквозной дырой…
но не верь, что на этом нельзя ничего построить…
я молюсь за тебя, мой несбывшийся - так что строй.
бойся его. будто гибели неминуемой.
возраст такой, что светиться бы и цвести…
если вдруг сбудется это твое «верну его!» -
что от тебя останется к тридцати?
стоит взглянуть - сразу вспыхиваешь мгновенно, и,
если захочет, в два счета дотла сожжет.
ты представляешь, как любит тебя Вселенная,
раз от него настойчиво бережет?!
и мы сидим - глаза напротив глаз…
и ты на этой встрече главный спикер.
ты снова налегке, я вновь «на пике»,
шепчу себе: «терпи… в последний раз…»
мой ласковый родной гипнотизер,
как ты захочешь, так и отвечаю.
ты мне сказал: «прости меня за все…»,
и я тебе ответила: «прощаю…»
и там, где след оставили ножи,
в момент срослась невидимая кожа…
любовь простит, когда и бог не сможет…
от всей души, родной, от всей души…
а это значит, вся твоя вина,
как счет игры, настройки телефона,
обнулена, мой свет, обнулена…
как я… как эти два прекрасных года…
и мы с тобой сидим, смеемся, пьем…
и ты глазами рвешь на мне одежду…
и каждым взглядом даришь мне надежду,
которая сожжет меня живьем…
и, словно измеряя глубину
и ширину моей душевной силы,
ты, уходя, сказал мне: «я вернусь…»
ты мне солгал…
…и я тебя простила.
* * *
Блестит обида возле глаз,
Должно быть всё иначе.
Опять её любви запас
Остался нерастрачен.
Не перешла ночных границ,
Страдая, недотрогой.
К другой ушёл прекрасный принц
Известною дорогой.
Понять в расстройстве не могла
В слезинках водопада,
Ну почему её тепла
За час знакомства надо.
Печаль стучала у висков:
Наверно, в самом деле,
Всегда у этих мужиков
Всё сводится к постели.
Я смотрю в твои глаза, молчу
Мне с тобой так хочется остаться
Просто быть и больше ничего
Просто знать и больше не бояться
Но я вновь мучительно боюсь
Зажимаю сердце в кулаке
Ухожу, надеясь, что вернусь
Словно на отчаянной войне
Я смотрю в твои глаза, молчу
Мне с тобой так хочется остаться
И не на минуту, даже миг
Не хочу с тобою расставаться
И не в силах я найти ответ
Нет, я не хочу его услышать!
Ты - мое дыхание и свет
Омут, брод, закат мой и рассвет
Да! Кричит мне сердце, в миг когда
Молча, я смотрю в твои глаза.
Не отпускайте тех, с кем счастлива душа,
Кто дарит радость просто существуя,
Быть может их прислали небеса
Для нежного земного поцелуя.
Не отпускайте тех, с кем очень хорошо,
Цените каждую совместную минуту,
Поверьте в них и всем чертям назло,
Любите просто каждую секунду.
Не отпускайте от себя людей,
Которым вы замены не найдете,
Оберегая чувства в ходе дней,
Души блаженство так приобретете.
Как тяжело любить чужого мужа,
Как боязно порой его коснуться.
На сердце лед, в душе мороз и стужа,
А в голове: «Когда ко мне вернется».
Как тяжело любить чужое счастье,
До крика, боли, головокружения.
Как преступление, а ты в нем соучастник,
Чужой семье ты горе, разрушение.
Как нелегко держаться, если рядом,
Как тяжело дышать одной в постели.
А в мыслях: «Лучше выпить с горя яду,
Чем вытерпеть мужское унижение».
___________________________________
Я, что скажу… Ты нос держи по ветру,
Подкрась глаза и губы ярко - алым.
Но никогда, ты слышишь, не верь бреду,
Что он семью ради тебя оставит
Люблю я женщин… очень, очень, очень!..
Люблю я женщин, что греха таить…
Они непостижимы, между прочим,
Их просто очень хочется любить!..
Желанны и божественно красивы,
Прекрасны, как земная благодать,
И пусть всегда немножечко игривы,
Но в эти игры хочется играть!..
Весь мир - за поцелуй - пожалуй мало…
Им подарить бы множество миров!..
Лишь только бы всегда меня ласкала
Ладошка женская… я к этому готов!
На всё готов я и на всё согласен,
И баловать и нежности шептать,
Когда рассудок даже неподвластен
И ни о чём не хочется мечтать,
Лишь на волне безумных наслаждений,
Ловить губами сладострастный стон,
И пребывать в тумане заблуждений
Я навсегда, навек приговорён…
Люблю я женщин… очень, очень, очень!..
Люблю я женщин, что тут говорить…
Без сожаления все эти дни и ночи
Готов любимым женщинам дарить!
Когда мы счастливы, мечтаем, влюблены…
Конечно же нам снятся розовые сны…
Переживаем в них все будущие встречи…
И просыпаемся в поту, с полнейшею потерей речи…
И пора бы давно понять:
Нельзя
спать с тем, с кем не хочешь спать.
Можно есть их обиды и горечь,
Что они приносят вместе с уличной грязью
На своей старой обуви ночью.
Можно стричь волосы ржавыми ножницами.
Можно с открыти глазами с ними в одной кровати лежать, но Засыпая, не забывайте:
Нельзя хотеть спать с тем, кому все равно с кем спать.
И лгать, лгать себе, что чужой человек в вашей кровати поможет
Вам другого в себе унять-
Тоже нельзя. Но вас можно понять.
Только
Засыпая, не забывайте,
что заснуть с ним вы ночью не сможете.
И когда, брезгливо стряхнув с себя руку,
Вы уйдете в другую комнату,
Умирая от собственной скуки-
Не порежьтесь о свою сломанность, тропами
Вам знакомыми
Не уходите в себя.
Ведь когда чайник в четыре утра закипает,
Когда не спите, опускаясь до самого дна,
Вы вспоминаете
Человека, с которым хотели бы просыпаться.
Но вы понимаете,
Что
Хотите спать с тем, кому все равно с кем спать.
И снова себя ломаете,
Снова в себе убиваете
Человеческое лицо
Если б знать,
Заранее знать, как бывает-
Повторили бы все опять.
Но не стали бы губы кусая
Спать
С тем, с кем вы не хотите спать.
Паутиной печальной Реальность опутала сказку,
Неподвластна наивным стремлениям глупого сердца.
Неизбежной химерой ночной просочилась развязка,
От которой уже никуда и вовеки не деться…
Вместо манны желаний - тяжёлый осадок похмелья,
И клочками - зубастая боль, до разрыва аорты.
Сердца тщетный порыв пережжённой застыл карамелью,
Несъедобной почти, без надежды цветастых обёрток.
Леденец, четвертованный правдой беспечно-жестокой,
Разбросало по норкам мышиным, зверью на потеху,
В тёмной клети души, среди выбитых некогда стёкол,
Да по пыльным углам, где от чувства осталось лишь эхо…
Биться лбом о железную дверь и бетонные стены
Можно сколько угодно - в горшке не прибавится каши.
И сердечный огрызок в застенке останется пленным,
Между сотен наполненных ядом и горечью чашек…
Я соответствую всему!
С добром - я к доброму иду,
Я мщу всем мстительным подряд,
Не рад тому, кто мне не рад.
Кто верен мне, тому я верен,
А кто любезен - к тем любезен.
Всегда с приятными - приятен,
С опрятными, всегда опрятен.
Со злом я к злобному иду,
Кто понимает, тех пойму.
Кто в драку - с теми я дерусь,
Кто дарит мне, тем я дарю.
Ко мне с улыбкой - улыбаюсь,
Я в грустном, грустному признаюсь.
Что ожидают от меня,
То и творю, чтобы не зря.
Но лишь в одном всегда гадаю,
Любим ли той о ком мечтаю!
Здесь соответствие моё,
Зависит только от неё…
А ты могла бы жить среди домов,
вновь облаченных в саван и безверье?
играет снова флейта про любовь
над бесконечно-длинною постелью.
Весна и лето не коснутся душ,
(моя душа уже стара и плачет).
и забралась в отъявленную глушь,
и что-то за спиною снова прячет,
Ты отпусти ее на полчаса,
покажет жизнь на что способно время,
мелькают лица, годы, голоса,
а ты живешь сто лет еще не с теми.
Ты убеги. Не судят же больных.
В здоровье мало толка, если только
болеешь ты одна, но за двоих.
А сколько их двоих. О боже, сколько?
…Проснется он, мне незнакомый паж,
от поцелуев снова гематомы…
любовь непозволительная блажь,
но как нужны сейчас ее симптомы.
Ольга Тиманова,
Тот кто придумал фразу «Красота спасет мир» - ошибся. Потому, что ты пришла в этот мир, что бы покорить его.