Когда вечер приходит и мы вдвоём,
Я хочу, чтоб так было вечно,
Чтоб заботы остались все в дне былом,
И обнявши тебя за плечи,
Когда ты засыпаешь под звук ТВ -
Нежно гладить твои ресницы,
Наблюдать за тобою и гадать:
Что же тебе приснится?..
А потом растолкать и спросить: «Ты спишь?»,
Так невинно с усмешкой щурясь.
Слушать ветер с дождём и шорох крыш,
От тепла и любви зажмурясь.
А затем провалиться в беспечный рай,
Где так много тепла и света…
И с утра, чуть открыв глаза, звонить:
«Я скучаю… Ты скоро?.. Где ты?»
О лес! Божественный и свежий,
Еще таил в себе тайну бытия
Любовника - Юношу младого
с колчаном полным стрел
Ждала Диана, на закате бледнеющего дня.
Потускнев, дневное никнет солнце,
Лишенное лучистости своей
И вот возлюбленный спешит уже
на встречу,
Обуреваемый тысячи страстей.
А между тем, на холм непринужденно
Взбирались жрицы дружною толпой
И пели гимн, Диану восхваляя,
И Ангелы порхали над землей.
Copyright: Энжела Полянски 2014
Свидетельство о публикации 114 040 708 481
А в Питере пахнет небом, дождем, вековым гранитом.
И ветер с Невы нещадно насквозь продувает свитер.
Идешь растрепуще-счастлив. Каналы, мосты, проспекты…
Но помнишь зачем-то, милый, - т е б я. И гадаешь: с кем ты?
Скучаешь ли?.. Ждешь ли?.. Впрочем, не дать слабину инстинктам,
Ведь град на костях и крови, из камня, по лабиринтам
Своим под тяжелым взглядом угрюмых домов проводит
Не плачущих над судьбою, а тех, кто железной плоти.
А как он мосты разводит! - играючи, торжествуя.
Я даже дышать боялась… Лишь «я по тебе тоскую»
Стучало в висках набатом… Разводит мосты и сводит -
Знакомо, не так ли, милый? Нас этот процесс заводит.
Куда бы ни шла - ты следом. Ты дышишь мне в спину сзади.
Твой образ в глазах прохожих и в водной зеркальной глади…
В тебя утекают строки, как воды Невы в каналы.
Я слишком тебя р е в н у ю…
Я так без тебя устала…
Под твоими ладонями сердце плавится.
Под губами горячими - тело бесится.
Я от страсти сгораю… И не останется
Ни меня, ни любви, ни шального месяца,
Что кружил нас с тобой, в ароматы кутая.
Я доверилась снам и своим фантазиям…
И я робко пошла между строчек… глупая,
Отдалась за слова /вот уж безобразие…/
Как хочу я шептать: «Мон ами, до скорого»,
Как хочу я сгорать под ж и в ы м и ласками…
Но опять в сердце снег. Отчего-то холодно.
А от чувства повеяло просто сказками…
Осень-осень, ты что со мною сделала?
Расплескала золото лесов,
Ключи от дивных красок мне доверила,
Окунула в позолоту снов.
Осень, ты мне сердце растревожила,
Подожгла костер моей души -
Словно по весне проснулись, ожили,
Зазвенели ручейки любви.
Осень! Ты как пламенная женщина
Подожгла листву своею страстью.
Осень! Ты мне сердце растревожила,
Опоила мою душу счастьем…
Пробежаться бы под дождичком звенящим
Или взвиться в голубую высь,
Ветерком чарующим, пьянящим
По траве седеющей пройтись…
Милый мой, какое это чудо -
Осенью… влюбиться без ума
Я молю свою златую осень,
Чтоб тебя… вот так же подожгла…
устать. чтобы забыть…
работать. чтобы не думать.
и вновь держать…
приклеенной…
улыбку на лице.
и снова тишина,
пустых, холодных комнат.
и сложно разобрать.
слова на том конце.
в душе опять сумбур.
и трубка телефона.
молчит…
опять ни кто не ждёт,
опять ни кто не вспомнит.
но утром вновь.
улыбка на лице
а душу снова рвёт.
она не может…
помнит. надежда умерла.
и слёзы. сквозь улыбку…
на лице…
Как радостно знать что людям ты нужен,
Как сложно, как сложно себя превозмочь.
Порою наш путь, вам всем, кажется ложен,
но всё очень просто: нам надо помочь…
Помочь, и понять. И простить эти муки,
что гонят нас вдаль по ночному шоссе.
Себя превозмочь, и, сгорая от суки
на тормоз нажать, и не мчаться «на Все»
Запомни, Братишка - на свете есть люди,
которым ты нужен, кто любит и ждёт.
Поймите Родные - есть разные судьбы
и Байкера ждите - он скоро придёт…
Я дымом стану сигаретным,
Когда обидишь ты меня…
И растворюсь в закате бледном,
На склоне сумрачного дня…
Теперь, ищи меня по свету…
Броди, ты странник без любви,
И песню сочиняя эту
Скажу: - Ты вздох в моей груди…
Как хорошо, что у меня есть ты,
Мой компас, мой будильник, мой костыль,
Моя страховка и моя прописка.
Ты - мой учитель, ты - мой деканат,
Мой «Отче наш» и мой «иди ты на»
На Бейсике и древне-аравийском!
Не будь тебя, ну кем бы я была?
Как серенькая рыба-камбала,
Лежала бы на дне под одеялом,
Не кушая отборных трюфелей,
Не посещая модных дефиле,
Не ведая высоких идеалов!
Но ты со мной, и я теперь мудра,
Теперь меня сваяли из ребра,
Ну, правда с небольшими косяками…
И ты меня допиливаешь сам,
Мой лобзик, мой тесак, моя фреза,
Моя коса, нашедшая на камень!
Красота привлекает, когда на грани,
В ней нельзя ни одну изменить черту.
Мне понравилась девочка в Инстаграме,
За ее ненавистную красоту.
Кто-то дарит ей часики да наряды,
Ей закачана в губы такая спесь,
Только что-то надломленное во взгляде,
Это самое лучшее в ней и есть.
Я конечно, чувствительная такая,
Мне порою мерещится всё не то,
Но Настасья Филипповна, насмехаясь,
Каждый вечер глядит из ее постов.
У птицы в горле
Хранится верность
Грядущим веснам.
**********
Я ходил без тебя в луга,
Я ходил без тебя к цветам.
Я смог без тебя сто тропинок пройти,
Я смог без тебя у ручья прилечь,
Я смог без тебя весь вечер нести
Тяжесть своих одиноких шагов.
Больше я так не могу -
Без тебя.
***********
Ветер, песок и море,
Вы друг другу
Назначили здесь свидание.
Стоит ли притворяться,
Будто встретились вы случайно?
**********
Ни движенья, ни ветра, ни птицы. Одна только ночь на земле.
Только отсутствие шума медлительно бьется во мгле.
*********
Вслед за нами придут другие.
Будет больше у них терпенья,
Больше ловкости и упорства.
И земля устоять не сможет
Перед их красотой и силой.
А поддержкой им будет песня
Та, которую
Мы сложили.
*********
Как относиться к словам?
Да так же, наверно,
Как к деревьям и травам,
К домам и дорогам - ко всему, что равнина
Раскинула перед твоими глазами,
Чем она манит тебя.
Пусть живут
Своей собственной жизнью,
Не надо их ни к чему принуждать,
Лучше их приручать потихоньку
И самому приручаться,
Дать им выговориться, но при этом -
Легко, без нажима, не вызывая у них подозрения,
Заставить их высказать больше.
Чем они сами хотят,
Больше, чем знают, -
Пробудить в них
Древние соки,
Оживить то густое и терпкое,
Что вложило в них время.
Жду,
Приди в такую погоду, чтобы
невозможно было отказаться.
*********
Невозможно
Писать стихи
Если влюблен;
И не писать
Если из месяцев - апрель.
*********
Каждый ли день настолько красиво это море?
Всегда ли выглядит небо таким?
Всегда ли настолько прекрасна
Эта вещь, это окно?
Нет,
Ей-богу, нет;
Что-то здесь не так.
Подари мне свою любовь.
Вместе с ней подари мне нежность,
Я хочу испытать всё вновь,
Не забудь подарить и верность.
Из всего я составлю коктейль
Буду пить небольшими глотками,
В мире лучшего нет, ты поверь,
Из любви, что мы сделали сами.
Твоя нежность не знает границ,
А руки ласкают так нежно,
Я хочу всю жизнь это пить,
По глоткам, чтоб хватило навечно.
Я просто хочу, чтобы ты был рядом со мною,
Касаться рукой твоих губ, когда захочу,
Чтобы наша разлука не стала меж нами бедою,
И просто женского счастья давно я хочу!!!
О сале.
Самое вкусное сало в своей жизни, а и пожил я немало, и сала наел с небольшой курган, так вот самое вкусное сало я ел в Италии. Итальянцы как-то удивительно хорошо и изящно заготавливают сало. Нет жлобоватости во вкусе, не появляется желание притащить к себе в избу учительницу и заставить её дансе плясать со слезами на бестужевских глазах. Вот ешь итальянское сало и просто нож из рук выпадает, до того на душе хорошо. Сало у итальянцев ждёт своего часа в таких мраморных специальных ступках, переложенное всем чем надо. Разницы в сале между стеклянобаночным и мраморноступочным по вкусовым ощущениям, понятно, нет. Но вот ощущение, что с мрамора ешь, перевалив Альпы, а впереди Рим… Это, да. На солнышко италийское смотришь, прищурясь. Просто Аларих, честное слово, Атилла с сидящим рядышком Гайзерихом и каким-то фино-угром в лосиных рогах. Сидим, болтаем ногами в рваных чувяках, все в найденном золоте на грязноватых шеях, молодые, не виноватые ни в чём. И смотрим на Италию. Счас подзакусим, рога на фино-угре поправим, и начнём спуск в долину, а там всё, что хочешь, даром и твоё. А что не твоё, то сгорит. Плюс бабы красивые и умелые. Плюс сокровища мировой культуры, удобные для переплавки в красивые слитки… Как, Аларих?! Да я в востроге, Гайзерих!
Бодрит итальянское сало, конечно. С баночным салом на хуторе ощущение грядущего триумфа не приходит. На хуторе сало ешь или в угаре, когда всё кончено. Или опасаясь налёта. Или на свадьбе,
И смотрит на тебя, седого красавца с медалью, понимающе и жалостливо.
А ты на детство своё смотришь и обещаешь, что никогда больше, что впредь… никогда, только добро и извинения, только улыбки и понимание. И так до следующей горбушки.