Однажды, распахнув окно,
Ты позови меня, послав призыв Луне.
Где будешь ты, мне это всё равно,
Явлюсь к тебе я с розой, на коне.
В окно твоё я тенью проскользну
И приколю тебе на грудь цветок.
В почтении колено преклоню,
И всё скажу, что ранее не смог.
Мы проведём всю ночь наедине.
Она промчится, как единый миг.
А на рассвете, когда будешь ты во сне
В заре растаю я, как мой растает стих.
Я растворюсь в мелодии зари,
В ней прозвучит мой лунный позывной.
Его, проснувшись, не забудешь ты.
«Эй, Gemini, приди, побудь со мной!»
Лед в моей душе растаял.
Я спешу к тебе опять
Не затем, чтобы заставить
Полюбить меня, обнять…
Я спешу сказать: «Спасибо,
Что была в моей судьбе!»
И безоблачного неба
Пожелаю я тебе.
Я свою ошибку понял:
Вместе нам с тобой не быть.
Сможет, видно, только дружба
Нас с тобой объединить.
Ну, а если не желаешь -
Я уйду с улыбкой прочь.
Заждались меня, ты знаешь,
Звезды и подруга ночь.
Но, мне все же, интересно,
Хоть и невелик уж спрос:
Ты, попав на мое место,
Как поступишь? Вот вопрос!
Тебе пять лет. Тебе ещё не спится.
И ты в окошко устремляешь взгляд -
Вишнёвых туч густую вереницу
Вдоль горизонта выстроил закат.
Ты точно знаешь, всё предельно просто,
А наша жизнь зависит лишь от мам,
Покуда в луже можно сделать остров,
Покуда в холодильнике зима.
И ничего не предвещает бедствий,
Но город, погружаясь в темноту,
Твоё невольно сокращает детство
С остатками заката наряду.
Здесь рыбы плывут головами на север,
А реки текут от восхода луны,
И в ночь с понедельника на воскресенье
Мы неизлечимо друг другом больны.
Какая досада - враги околели!
Какая отрада - не сдали свои…
Две нежных окружности белых коленей -
Печать бесконечности первой любви.
В глубоком запое и разум, и совесть,
Я думаю сердцем, а вижу душой.
Когда-нибудь мы обретём невесомость,
Но станет прочнее невидимый шов.
В глубоком запасе отвага и вера,
Шагаю на ощупь с пустого крыльца.
Мне вряд ли дано финишировать первым,
А если и первым - скорее, с конца.
Не бойся ненужности собственных песен,
Не майся, не кайся, родился - живи.
Но только однажды становится тесен
Спасительный кокон, хоть хрупок на вид.
Я в этой глуши даже Богом не узнан,
Стареющим солнцем завещан тебе,
Давно между нами не грубые узы,
А небо - седое, как древний Тибет.
Оно неслучайно становится близким -
Оно растворяется в нашей крови…
Качаются ветки и падают листья
В преддверии снега, реви - не реви.
Здесь птицы летят без оглядки на север,
Сгущаются краски и гаснут огни…
А в ночь с понедельника на воскресенье
Мы, сбросив покровы, остались одни.
Говорит ему, говорит ему, говорит: Барселона вчера в пух и прах разнесла Мадрид, На Таганке митинг, народ третий день стоит, Снегопадом накрыло город, в окно сквозит, Я простыла, пью молоко, я хриплю, ты слышишь?
На помойке нашла кота, ему говорит, Накупила сосисок - он мордочку воротит, На спектакль ходила - про Еву и про Лилит, Выдыхает ему себя - не хочу - бери, Обретает форму, характер, привычки, ритм, Обрела покой - но об этом ведь не напишешь.
Рассказала свой сон - ей снится она парит, За спиной - крыло, оторвано, серебрит, Он в руках ее держит как спичку- она горит, И не помнит ни прошлых страхов и ни обид, Утихает, почти не чувствует, что дрожит, Он ладонь разжимает - а там уголек остывший.
…Мы сидим на кухне. Чайник всё не кипит. Сигарета тухнет, песенка - на репит. За окном погасли последние фонари, Он слегка остраняется и говорит - «замри», Тьма зрачка растекается в плавленый лазурит, Абрис взглядом очертит - запечатлеть внутри.
Непонятно - кто полицейский, а кто - бандит, Надавить на больное - так, вроде бы, не болит. Невозможно тихо после локальных битв, Всё надеемся, что вот-вот нас с ним озарит -Телефон надорвался - она ему говорит, Говорит ему, говорит, переходит в крик… Он включает беззвучный и молча в меня глядит.
Тишина такая, что, кажется, заискрит.
любовь имеет добрые глаза,
в них радость отражается и счастье,
и ни по чём ненастье и гроза,
когда любви сопутствует удача,
парус чувства держится на мачте…
любовь не плачет горькими слезами
не издаёт, от боли дикий крик,
блестит всегда счастливыми глазами
когда она взаимна, для двоих,
когда её не топчут сапогами…
когда вся жизнь вмещается лишь в миг…
в полёте чувств, в безумной эйфории,
когда взаимный виден её лик,
то ни по чём все беды и стихии…
я люблю тебя.
тучи. ветер. шелестящий осенний лес. за кого ты уже в ответе под тяжелым плащом небес? «все пройдет - и огонь, и трубы», - говорили мне ["выпей чай"!]. на душе 43 простуды. на листе 45 начал. я люблю тебя. едет поезд от Калькутты и до Дели. рельсы, словно гигантский пояс, обмотали скелет Земли. за плечами - Москва и Дублин, боль колючая под ребром. ты кого-то целуешь в губы под звенящую песнь метро. по ТВ начинает Познер [значит время - почти что ночь]. едет поезд из Праги в Осло по плато из болотных почв. я люблю тебя.
бра и звёзды.
листья, ветер и небеса.
едет поезд из Фресно в Бостон
[в незнакомые адреса].
я уже не ловлю глаголы
на начало карандаша.
если ты разлюбил наш город,
как же я в нём могу дышать?
Ты подарил мне слово, Мудрый Поводырь,
Ты подсказал мне сказку, научил бояться.
А, значит, жизнь по-настоящему ценить,
Счастливым быть, а не в веках скитаться.
Ты показал мне музу, образ неземной,
Да нет, такой земной - натруженные руки,
Печальный взгляд с усталою негой,
Таящий в глубине сознанья скуку.
И в каждом дне рождается закат,
Моих стремлений и моих потерь.
Прошу лишь об одном, мой друг, мой брат
Пускай исчезнет прошлого святая дверь.
Ты дал мне жизнь сомнений и надежд,
С соленой примесью свободы и греха
А я хочу покоя, пусть и грешен,
Для старого больного старика.
Вырастай из меня, вырастай - как из старых, заношенных джинсов -
Из привычного «ятебялю», из стихов обо всём, кроме нас.
Это твой искромётный фристайл, это мой обязательный принцип.
Самый тёплый привет февралю / обнаруженный вдруг метастаз.
Вырастай из меня, вырастай - тонким прутиком, лёгкой былинкой.
К солнцу в небо упрямо тянись, нерешительно вниз не гляди.
Досчитай безразлично до ста и порви устаревшие линки.
Ах, какая свободная жизнь ожидает тебя впереди!
Вырастай из меня, вырастай - даже просто из чувства протеста.
Пусть в наушниках плачется Sting, и печаль непривычно горька.
Мы расставили всё по местам, но тебе недостаточно места.
А со мной невозможно расти - я достиг своего потолка.
Вырастай из меня, вырастай…
Заползаешь в такси, отрезаешь шлагбаумом день
И несешься по встречной в октябрь: бесшабашный и пьяный.
Город зябкими пальцами ночь натянул набекрень,
Растревожив толпу и по парам швырнув на диваны.
Закрываю глаза… Долбит в рёбра эмоций хардкор,
Дико мерзнут колени в прорехах изодранных джинсов.
Послевкусье дурацких желаний, похмельный минор -
Чертов микс из стандартных наборов и пафосных смыслов.
Ты любил меня так, что от губ оставался ожог,
Рвался голос в волокна, зависнув в дрожащей гортани.
Я хлебала тебя до озноба… /Над городом смог…
Словно выхлоп от наших затянутых в узел дыханий./
От желания сжаться в пружину в горячих руках
Раздирает нутро и скребет обезумевшей кошкой.
Я давлюсь расстояньем в бредовых осенних стихах.
Ты меня выгоняешь из снов /то наивных, то пошлых/.
Ну да черт с ним, мне б просто к тебе, хлестким ливнем в окно.
Чтоб укрыть наши будни одним на двоих одеялом…
Только держат за горло сто тысяч болезненных «но»,
Чтоб о главном и важном я снова с тобой промолчала.
Ох, кровей во мне понамешано -
И славяне есть, и мордва,
И мещеры чуть-чуть отвешено,
Есть, возможно, и татарва.
По отцу - из Калужской области,
А по матушке - сплошь Рязань.
Люди тихие, жили в скромности,
В обе стороны - из крестьян.
В обе стороны - жили чувствами,
Не теряли своих корней.
И себя называли русскими
Независимо от кровей!
Эта русскость и мне завещана.
Нравы, облики, имена -
Много в каждом из нас намешано…
А Россия на всех - одна!
Copyright: Евгения Шарова, 2015
Свидетельство о публикации 115 051 307 436
мимолётные встречи,
случайные прикосновения…
хоть немного, но легче…
мимолётные встречи - везенье.
-пара фраз ни о чём
всё расскажут глаза,
блеск их виден за сто километров.
прикоснуться плечом,
что-то с рук отобрать,
вдыхать запах с дыханием ветра…
мимолётные встречи…
а случайные ль? - это навряд ли но зато, от них легче,
а душа, словно в платье нарядном.
-хочет петь и плясать,
либо ересь нести,
с реальности напрочь оторвана,
лишь бы рядом она,
ему с ней по пути
и не важно, в какую сторону…
Есть городок на огромной планете-
Ночью над речкой четыре огня.
Это отсюда давно на рассвете
Ты проводила в дорогу меня.
Вижу тебя побледневшей и строгой,
Скорбные руки и белый платок…
Тихо сказала ты мне на дорогу:
«Не остуди свое сердце, сынок!»
Припев:
Тихо река мне тогда повторила,
Чистое поле вдали повторило,
Веткой береза, качнув, повторила:
«Не остуди свое сердце, сынок!»
Эти слова позабыл я до срока.
Сколько промчалось снегов и дождей,
Сколко я встретил на дальних дорогах
Добрых людей и недобрых людей.
Все в этом яростном мире непростно.
Вот уж и мне забелило висок.
Вспомнил я вдруг обжигающе остро:
«Не остуди свое сердце, сынок!»
Припев:
Тихо река мне опять повторяет,
Чистое поле вдали повторяет,
Веткой береза, качнув, повторяет:
«Не остуди свое сердце, сынок!»
В небо я лез, замерзал я под снегом,
Еле живой выходил из огня.
Вот и зажглась запоздалая нежность,
Словно подснежник, в душе у меня.
Блудный твой сын, твой мальчишка упрямый
Ходит по свету в обмотках дорог.
Ходят по свету слова твои, мама:
«Не остуди свое сердце, сынок!»
Припев (тот же).
всё закончится, знаю, простецким полётом в бездну, нераскрывшимся - как и водится - парашютом. коль скажу, что люблю тебя, пошлым словцом не брезгуй, отвечай запасёнными фразой и парой шуток.
на последних секундах владеющий как мячом (и мнимым шансом сравняться) напорется на подножку, так и я, ощущая попытку отмстить никчёмной, проиграв, попаду - как обычно - из слов под нож твой.
мы расстанемся - ясно - вода этот камень сточит, всё забудется (первым уйдёт-то кто? я ли? ты ли?) жизнь начнётся по-новой. так, как и должна бы: с точек. только мы с тобой снова прощаемся с запятыми,
Я приду из далекого прошлого,
И к плечу прикасаясь могучему,
Прошепчу осторожно: «Хороший мой,
Не нашла я, наверное, лучшего!»
Я приду той далекою нежностью,
Что при мысли благой в душу селится,
Я вернусь к тебе доброму, прежнему,
Как к земле благодарное семечко.
Над твоей головою нечаянно
Наклонюсь я весеннею вербою,
Пропою тебе песню печальную,
Только ты не услышишь, наверное.
Copyright: Татьяна Сытина, 2013
Свидетельство о публикации 113 072 205 267