Приходится лицо держать,
Всегда уверенной быть, стильной,
Жизнь продолжает диктовать -
Что надо оставаться… СИЛЬНОЙ…
Задачи сложные решать,
Хотя решенье очень трудно,
И помощи ничьей не ждать,
Приходится всегда быть… МУДРОЙ…
И на завистников плевать,
Идти по жизни жёстко, твёрдо,
Не жаловаться, не стонать,
Ведь выживает только… ГОРДЫЙ…
Но как же хочется порой
Чуть - чуть расслабиться украдкой,
И просто быть самой собой,
А для тебя - РОДНОЙ и… СЛАДКОЙ…
Ну не хочу я сильной быть!
В разлуке даже неизбежной
Я так хочу тебя любить!
И оставаться твоей… НЕЖНОЙ…
Большинство людей похожи на падающие листья, они носятся в воздухе, кружатся, но в конце концов падают на землю. Другие же - немного их - словно звёзды, они движутся по определенному пути, никакой ветер не заставит их свернуть с него, в себе самом они носят свой путь и закон.
Я всегда твердил, что судьба - игра.
Что зачем нам рыба, раз есть икра.
Что готический стиль победит, как школа,
как способность торчать, избежав укола.
Я сижу у окна. За окном осина.
Я любил немногих. Однако - сильно.
Я считал, что лес - только часть полена.
Что зачем вся дева, если есть колено.
Что, устав от поднятой веком пыли,
русский глаз отдохнёт на эстонском шпиле.
Я сижу у окна. Я помыл посуду.
Я был счастлив здесь, и уже не буду.
Я писал, что в лампочке - ужас пола.
Что любовь, как акт, лишина глагола.
Что не знал Эвклид, что сходя на конус,
вещь обретает не ноль, но Хронос.
Я сижу у окна. Вспоминаю юность.
Улыбнусь порою, порой отплюнусь.
Я сказал, что лист разрушает почку.
И что семя, упавши в дурную почву,
не дает побега; что луг с поляной
есть пример рукоблудья, в Природе данный.
Я сижу у окна, обхватив колени,
в обществе собственной грузной тени.
Моя песня была лишина мотива,
но зато её хором не спеть. Не диво,
что в награду мне за такие речи
своих ног никто не кладёт на плечи.
Я сижу в темноте; как скорый,
море гремит за волнистой шторой.
Гражданин второсортной эпохи, гордо
признаю я товаром второго сорта
свои лучшие мысли, и дням грядущим
я дарю их, как опыт борьбы с удушьем.
Я сижу в темноте. И она не хуже
в комнате, чем темнота снаружи.
Ты свободен, ты вправе жить здесь и сейчас так, как тебе велит твое «я», и ничто не может тебе помешать. Это Закон Великой Чайки, это - Закон.
При всех я улыбаюсь
и весело шучу,
А лишь одна останусь, то в ночь опять кричу.
Вновь боль терзает душу,
Вновь хочется бежать,
Я ложь устала слушать, устала боль прощать.
Но не ищи дороги,
Назад дороги нет,
Тебе скажу при встрече,
Лишь легкое «привет»,
Скажу тебе «забыла,
Меня ты потерял,
Но я тебя простила,
За то, что ты мне лгал»…
Как много тех, с кем можно лечь в постель, Как мало тех, с кем хочется проснуться… И утром, расставаясь улыбнуться, И помахать рукой, и улыбнуться, И целый день, волнуясь, ждать вестей. Как много тех, с кем можно просто жить, Пить утром кофе, говорить и спорить… С кем можно ездить отдыхать на море, И, как положено - и в радости, и в горе Быть рядом… Но при этом не любить… Как мало тех, с кем хочется мечтать! Смотреть, как облака роятся в небе, Писать слова любви на первом снеге, И думать лишь об этом человеке… И счастья большего не знать и не желать. Как мало тех, с кем можно помолчать, Кто понимает с полуслова, с полу взгляда, Кому не жалко год за годом отдавать, И за кого ты сможешь, как награду, Любую боль, любую казнь принять… Вот таки вьётся эта канитель - Легко встречаются, без боли расстаются… Все потому, что много тех, с кем можно лечь в постель. Все потому, что мало тех, с кем хочется проснуться.
«Смотри на каждую утреннюю зарю, как на начало жизни, и на каждый закат солнца, как на конец ее. Пусть каждая из этих кратких жизней будет отмечена каким нибудь добрым поступком, какой-нибудь победой над собой или приобретенным знанием».
Когда я была маленькой, мне было похер на все… походу я не взрослею!!!
Помни чувства, забывай слова…
Быть взрослым человеком означает иметь на спидометре цифру «210», но разгоняться только до 60!
Быть без маски, не значит, быть незащищённым и с душой нараспашку… Быть без маски значит не быть двуличным, а быть самим собой со своими недостатками и преимуществами, не выставляя напоказ ни то ни другое… А если недостатки ущемляют интересы окружающих тебе людей, надо не скрывать их, а искоренять…
Я легко расстаюсь с прошлым и отпускаю его. Но как же больно добровольно отпускать тех, кто действительно дорог.
Непонятыми остаются только те люди,
которые либо ещё сами не знают, чего хотят,
либо не стоят того, чтобы их понимали…
Верят только в тех, кто верит в себя.
Мы оцениваем людей словно книжки.
Только мужчины мужчин - по содержанию,
а женщины женщин - по обложкам.