Каждая порядочная женщина по утрам ищет на себе жиры. Это несложно. Как
правило, у всех в спальне напротив кровати стоит зеркальный шкаф. И первое, что ты видишь, сев на кровати - это лицо репрессированного
ослика Иа, и три складки на пузе. И, если ты проснулась солнечным летним
днём и в хорошем настроении - ты даже себя погладишь и радостно
заметишь: «О! Вот что секс животворящий делает! Прям килограммов пять
скинула! Какой прекрасный день!»
Но совсем другое дело, если ты просыпаешься хмурым осенним утром, когда
за окнами дождь, серость, и порывом ветра мимо твоего четвёртого этажа
проносит маленького худого дворника с лопатой. В таком же сером и омерзительном зеркале ты видишь тлен! Серая, старая, жирная баба,
похожая на старого шарпея в парике «а-ля Макаревич в молодости». И ты смотришь на себя и думаешь: «Господи. А ведь вчера у меня был секс. У тебя! У тебя, трёхскладчатый ты бегемот, был секс! Который мало того,
что уже не помогает похудению - так теперь ещё и наводит на размышления:
твой мужик он слепой или тайно сильно пьющий уже?»
И всё. И весь день потом идёт по пиZDе. Потому что ты начинаешь думать:
жиры - это от того, что ты их нажрала, или - огосподи, думать об этом не хочу - это уже возрастное? Потому что если нажрала - то это не страшно.
После сегодняшнего утреннего кино в зеркале - теперь и жрать-то не захочется неделю. А вот если это возрастное - то спасения уже нет.
Дальше будет только хуже: хоть жри, хоть не жри, хоть штангу толкай от Отрадного до Капотни. Потому что это не жиры. Это старческие
предмогильные обвислости! И ты, конечно, можешь ещё немножко похудеть -
как раз вот до того состояния, чтобы по утрам левитировать вместе с вашим дворником и его лопатой, но всё равно у тебя будут висеть три
складки на пузе! Не, если напрячься до покраснения морды - то не будут.
Но это опасно. Весь день так не проходишь, и контролировать себя от лишних звуков - трудно.
Нарыдавшись над своими складками, ты пристально вглядываешься в зеркало,
и обнаруживаешь там гораздо более страшную вещь: подмышечную пипиську.
Две. Под обеими подмышками. Гадкие, сморщенные, дрябленькие подмышечные
пиписьки! А подойдя к зеркалу поближе- можешь обнаружить ещё и просвечивающее розовое мяско под париком молодого Макаревича! И чётко
понимаешь: ты ещё и лысеешь! Ещё немного, ещё чуть-чуть - и ты превратишься в лысую старушку, крашенную хной, с маленькой фигушкой на макушке.
И это ты ещё спиной к зеркалу не поворачивалась! И не надо. Там всё ещё
хуже, ты и так это уже чувствуешь.
И всё. И жить уже не хочется. Потому что никто тебе не даст столько
кредитов на пластические операции. Потому что тебе уже очевидно: завтра у тебя вывалятся зубы, а послезавтра в почтовом ящике ты найдёшь повестку
о немедленной явке в собес, где тебе бесплатно выдадут клетчатую
коричневую телегу, шапку-кандибобер и крем Корега для зубных протезов. И дворника с лопатой взамен твоего мужика. Потому что мужик-то твой ещё
огого, хоть и слепой, и его отдадут какой-нибудь молодой и не лысой. А тебе на, вот, дворника. Теперь вот хлопай подмышками и взлетай.
И, сука, вот все эти мысли пролетают в голове секунды за две! Как старое
чёрно-белое страшное кино про вампиров. И единственное спасение от немедленного помешательства - это быстро подумать о том, что ты просто
много жрёшь. Это жиры! Это не могильные предвестники! Это всё шампанское
по субботам, и ящик сгущёночки в ПМС. И подмышками у тебя тоже жиры в шампанском. Никакая не пиписька. Бегом-бегом пешочком из Отрадного в Капотню, за однопроцентным кефиром, толкая перед собой штангу! И всё
пройдёт! И в пятницу ты ещё попрыгаешь у подружки на дне рождения под
песню Коко Джамбо, прям как 20 лет назад! Только зубы всё ж лучше рукой
придерживать в танце, от греха подальше…
Никогда не води меня в чертов дом моей памяти, странствующей изгоем. В общем прошлом, измученном и седом, дышит сад между Небугом и Агоем, дышит лестница, в судороге перил обессиленно бьющая свод чердачный. Кто позволил тебе у меня внутри все опять до боли переиначить? Никогда не трогай костра, камней, ни июньской воды, ни вина, ни женщин. Это все оставлено было мне - пыль времен и глубоководный жемчуг, было спрятано в книгах и сундуках, под заветным словом, холщовой тканью. Что ты знаешь о том, как звенят века, если вдруг касаешься их руками? Колокольчик, черненое серебро, лунный лик в покое оконной рамы и осколок, ложащийся под ребро - твоим именем, неисцелимым шрамом. Говоришь, но веришь словам с трудом. Не умею любить? Начинай сначала.
Никогда не води меня в чертов дом, где однажды вовремя промолчала.
не надо мерить свою жизнь годами, годы сами измерят вашу жизнь.
Мой город хрупкий, как снежинка,
Так назван издревле - Снежное,
Царица ехала тропинкой,
И любовалась красотою…
Вокруг поля, сугробов много,
Искрит в глазах пушистый снег,
Такое место, словно Богом
Притягивает на ночлег…
Не далеко стоит избушка,
Речушка около течёт,
Виднеется с холма церквушка,
И что-то манит всё, зовёт…
Старушка в проруби стирает,
А дед картину написал,
Царица сани открывает,
И смотрит, что он расписал…
Ей стало жутко интересно,
Что мог ещё дед написать…
Снежинки сыпались чудесно,
И на картинке благодать…
Подарок сделала старому -
Сняла с себя златую шаль,
Мазком черкнула по другому,
На санях укатилась в даль…
С тех пор рисунок от царицы
Висит, как герб на всех домах
Снежинка от императрицы -
Запала в души и в сердцах…
я не скажу тебе «люблю»
понимаю, оно тебе не нужно
и к ужину не тебя я жду
с другим я отдыхаю дружно
не тебя, уставшего с роботы,
я встречаю у порога
не с тобой семейные заботы
я разделяю снова
не тебе я нежно улыбаюсь
и пеку я торты, пироги
с другим, как все, порой ругаюсь
и «выношу» ему мозги
не ты меня страстно обнимаешь
и что-то шепчешь о любви
не ты по ночам меня ласкаешь
и дети тоже… не твои
не ты стал законным мужем
и не даришь ты мне цветы
стал в жизни необходим и нужен
другой, увы, …не ты
На самом деле у вас меньше друзей, чем вы думаете. Ведь настоящие только те, которые придут на помощь в трудную минуту и не покинут, когда тебе плохо. А все остальные - просто товарищи.
Нам о свободе грезить стыдно,
Ее у нас настолько много,
Что вседозволенность обидно
Скучает в уголке убогом.;-)
Жизни слишком много и жизни не хватает.
Пусть всё идет своим порядком
Иль беспорядком - всё равно!
На свете - в этом зданье шатком -
Жить смирно - значит жить умно.
Устройся ты как можно тише,
Чтоб зависти не разбудить;
Без нужды не взбирайся выше,
Чтоб после шеи не сломить.
Пусть будут во владенье скромном
Цветник, при ручейке древа,
Алтарь любви в приделе темном,
Для дружбы стул, а много - два;
За трапезой хлеб-соль простая,
С приправой ласк младой жены;
В подвале - гость с холмов Токая,
Душистый вестник старины.
Две-три картины не на славу;
Приют мечтанью - камелек
И, про домашнюю забаву,
Непозолоченный гудок;
Книг дюжина - хоть не в сафьяне.
Не рук, рассудка торжество,
И деньга лишняя в кармане
Про нищету и сиротство.
Вот всё, чего бы в скромну хату
От неба я просить дерзал;
Тогда б к хранителю-Пенату
С такой молитвою предстал:
«Я не прощу о благе новом;
Мое мне только сохрани,
И от злословца будь покровом,
И от глупца оборони».
Тонкий ковер, из прозрачного шелка…
Речку и берег украсил снежком…
Иней березку прикрыл этой ночью
Легкой вуалью серебряных снов …
Нежная дева стоит недотрогой,
Как на смотринах, блестит ее взор…
Косы ее растрепали немного
Плечи покрыли небесной росой…
Елки ревниво глядят на дорогу
Снег на их лапах по Утру воскрес.
Вещие вороны, каркают строго
Оповещая, весь ближний окрест…
Выткан ковер, из прозрачного шелка…
Речка и берег белеет снежком…
Осень в дорогу мостила полозья…
И по снежку…
Прогулялась тайком.
Я попрошу вас, в жизнь мою не лезть,
Сама найду я выход для решенья.
Меня ужасно раздражает лесть,
Советы и мораль без промедленья.
Прошу я вас, мне в душу не плевать,
И не сорите, вас не приглашали.
Устала я за каждым убирать
Тревогу, огорченья, боль, печали.
Еще прошу вас нагло мне не лгать,
Скрываясь за фальшивою улыбкой:
Я научилась ложь распознавать, -
Запомните, Вы были лишь ОШИБКОЙ.
Учись всегда прощать своих врагов,
Но никогда не забывай их лица,
Кто раньше был к предательству готов,
Тот может, как Иуда, оступиться.
Споткнувшись 1 раз, всю жизнь не хнычь,
Со всех сторон поддержку ожидая,
Ты Богу о проблемах не талдычь,
Решай их сам, надежду не теряя.
Невзгод не бойся, рук не опускай,
(Терпение - ориентир к победе),
Свои мечты в реальность воплощай,
За каждый свой поступок будь в ответе.
Меняя почерки и лица,
Листая вех былых зарницы,
Куда-то движется заря,
Как будто жизнь ей только снится,
Чудесный повод ей даря.
О чём-то потаённо-главном,
Она молчит, касаясь плавно
Земли надёжного плеча -
Ей только в радость трогать камни,
Лучами гладь их щекоча.
Меняя почерки и лица,
Рождая были/небылицы,
Куда-то движется заря…
Кто ушёл вчера, сегодня мне уже не нужен.
Жизнь - для удовольствия, не боле.
К этому приходишь, но не сразу.
И тогда все то, что против воли,
Понимаешь, делать не обязан.
И тогда от тех, кто не по нраву,
Неприязнь скрывать не видишь смысла.
Радуясь полученному праву -
Не уравновесить коромысло.
И тогда без драмы и опаски
На уже привычном маскараде
Ты вдруг появляешься без маски.
Не забавы для, здоровья ради.
Каждого, кто сам не свой и мрачен
Молнии прозрения ударят.
Жизнь для удовольствия, иначе,
Для чего тогда ее нам дарят?