Того, кто клянется всуе, - первым называют предателем.
Настоящая семья - это когда то, что не удается по отдельности, - удается вместе.
Нет слез и страха, боли
нет,
Ушли все чувства и желанья…
Немой вопрос, немой
ответ,
Осталось только ожиданье…
Судьбою всё предрешено,
Её уже не перепишешь…
Допит бокал, бокал с вином,
С последней, горькой каплей
жизни…
Copyright: Оксана Кряквина,
2015
Свидетельство о публикации
115 042 004 102
Уже не страшно
робкими шагами,
По центру города идти совсем
одной…
Уже не страшно обожженной
быть словами,
Уже увереннее заживает боль.
Уже не горько примеряться с мыслью,
С той самой мыслью, что гнала
когда-то прочь!
Наверное я просто
свыклась с жизнью,
Я свыклась с тем, что день
сменяет ночь.
Copyright: Оксана Кряквина,
2015
Свидетельство о публикации
115 042 005 974
Раньше меня волновало чужое мнение…
Потом я задумалась: «А почему меня волнует то, что скажут про меня другие? Всем должно быть наплевать, ведь это моя жизнь» и я перестала обращать внимание на мнение людей. Даже как-то легче стало…))
Я научился рассматривать свое положение больше со светлой стороны и меньше - с темной, и больше помнить о том, что я имел, нежели о том, чего мне не доставало, это приносило мне иногда внутреннее невыразимое утешение.
чем глупее женщина, тем больше нравится мужчинам
Восстание в лагере Бадабер: последний бой смертников
В 1983 - 1985 годах в небольшом кишлаке Бадабер на территории Пакистана, в 10 км южнее Пешавара и в 24 км от границы с Демократической Республикой Афганистан, находился лагерь афганских беженцев.
При нём был организован «Центр подготовки боевиков Святого Халида ибн Валида», где под руководством военных инструкторов из США, Пакистана, Китая и Египта проходили обучение будущие моджахеды, намеревавшиеся вернуться в Афганистан для продолжения сопротивления против контингента советских войск. Всего в лагере трудились 65 инструкторов по военному делу, преимущественно из Пакистана и Египта. Шестеро из них были гражданами США.
Сам учебный центр принадлежал партии Исламское общество Афганистана (англ. Jamiat-e Islami of Afghanistan), одной из самых влиятельных и крупных оппозиционных групп, противостоящих советскому влиянию в регионе в рамках операции «Циклон». Известно, что лагерь также пользовался негласной поддержкой пакистанских властей.
Лагерь вместе с военной базой занимал огромную площадь - около 500 гектаров. Помимо глинобитных домишек и палаток, там располагались шесть складских помещений с оружием и боеприпасами и три тюрьмы.
Сюда привозили военнослужащих Вооружённых сил Демократической Республики Афганистан и «шурави» (советских военнопленных), захваченных на протяжении 1983 - 1984 в Панджшере и Карабаге. До этого они содержались преимущественно в зинданах, оборудованных каждым бандформированием самостоятельно. Всего в Бадабере, по разным данным, насчитывалось около 40 афганских и 14 советских военнопленных.
Во время заключения любое общение с шурави и афганскими военнопленными было запрещено. Любого пытавшегося заговорить бичевали. Советских пленных использовали на самых тяжёлых работах, за малейшую провинность жестоко избивали; одновременно душманы склоняли пленных к принятию ислама.
Созрел план: захватить склад с оружием на территории лагеря и потребовать от руководства моджахедов встречи с представителями советского или афганского посольств в Исламабаде. Все знали, на что идут: некоторые в плену пребывали уже по три года, насмотрелись на зверства радикалов, поэтому обратного пути у них не было.
26 апреля 1985 года в 21:00, когда весь личный состав лагеря был выстроен на плацу для совершения вечернего намаза, группа советских военнопленных «сняла» двух часовых у складов артвооружения и на вышке, освободили пленных, вооружились захваченным на складах стрелковым, артиллерийским оружием и попыталась скрыться.
В распоряжении восставших оказались боеприпасы к спаренной зенитной установке и пулемёту ДШК, миномёт и гранатомёты РПГ. По другой версии - их основной целью был захват радиостанции с целью выхода в эфир для сообщения своих координат. Предполагается, что организатором восстания был уроженец Запорожья Виктор Васильевич Духовченко, 1954 года рождения.
Однако освободившимся не удалось реализовать своих целей, так как охрана была предупреждена о намерениях восставших. Узнав о происходящем, дежурный по учебному центру Хаист Голь поднял тревогу и принял все возможные меры по недопущению побега военнопленных. Восставшие были окружены в лагере и заняли оборонительные позиции в здании арсенала и на угловых башнях.
В 23 часа по приказу лидера ИОА Б. Раббани место боестолкновения было блокировано тройным кольцом окружения, составленным из 300 душманов и военнослужащих, бронетехники и артиллерии пакистанской армии. Раббани лично предложил восставшим сдаться, и пообещал сдавшимся сохранить жизнь. Но они ответили категорическим отказом и, в свою очередь, потребовали встречи с представителями советского или афганского посольств в Пакистане, а также вызвать на место происшествия представителей Красного Креста. Восставшие пообещали взорвать склад, если их требования не будут выполнены. Раббани отверг эти требования и принял решение начать штурм, который продолжался всю ночь.
К 8 часам утра 27 апреля стало ясно, что восставшие сдаваться не намерены. Во время штурма Раббани чуть было не погиб от разрыва гранатометного выстрела, при этом серьёзные осколочные ранения получил его телохранитель. Раббани решил закончить штурм уничтожением лагеря. В 8 часов утра начался артобстрел Бадаберы пакистанской тяжёлой ствольной артиллерией, после чего склад вооружения и боеприпасов взорвался.
Имеются различные версии о причинах этого взрыва. Согласно одним источникам, склад вооружения и боеприпасов взорвался из-за залпов реактивных установок. Последовавшая затем серия взрывов уничтожила лагерь Бадабера. Трёх контуженных оставшихся в живых оттащили к стене и взорвали ручными гранатами. По другим источникам, восставшие сами взорвали склад, когда исход боя стал уже ясен. По версии Б. Раббани, склад взорвался из-за попадания выстрела РПГ. После чего погибли все пленные и охранники, остававшиеся запертыми внутри склада.
Огромную силу взрыва подтверждают свидетельские показания:
- Произошёл мощный взвыв. Ракеты взрывались и разлетались в разные стороны… Что я увидел на месте взрыва… это были пальцы в одной стороне, рука - в другом месте, уши - в третьем. Мы смогли найти в целости лишь тело Кинета и половину тела ещё одного пленного, которую оторвало и отбросило в сторону. Всё остальное было разорвано на куски, и ничего целого мы больше не нашли. (Гулям Расул Карлук, в 1985 году - командир учебной роты в лагере Бадабера).
- Раббани куда-то уехал и некоторое время спустя появилась пушка. Он отдал приказ стрелять. Когда орудие выстрелило, снаряд угодил прямо в склад и произошёл мощный взрыв. Всё взлетело на воздух. Ни людей, ни здания - ничего не осталось. Всё сравнялось с землёй и повалил чёрный дым. А в нашем подвале буквально произошло землетрясение. Раббани сказал: «Выгоните всех из подвала, пусть они сюда подойдут». И он нам сказал: «Давайте, соберите всех. Всё, что осталось от ваших земляков.» А останки здорово разбросало. Мы их приносили по кускам и складывали в яму. Так и похоронили… Моджахеды с автоматами стоят: «Давай-давай, быстрее-быстрее!» Мы ходим, собираем, плачем. (Рустамов Носиржон Умматкулович, узник лагеря Бадабера)
В докладной записке СВР уточняется, что подавлять восстание Раббани помогали силы регулярной армии Пакистана: Информация о героическом восстании советских военнопленных в лагере Бадабера подтверждается имеющимися в нашем распоряжении документами Госдепартамента США, материалами МГБ Афганистана, показаниями непосредственных очевидцев и участников этих событий со стороны моджахедов и пакистанцев, а также заявлениями руководителей вооруженных формирований Б. Раббани (ИОА), Г. Хекматияра (ИПА) и других…
Район восстания был блокирован отрядами моджахедов, танковыми и артиллерийскими подразделениями 11-го армейского корпуса Вооружённых сил Пакистана. Против восставших были применены РСЗО «Град» и звено вертолётов ВВС Пакистана.
Радиоразведка 40-й армии зафиксировала радиоперехват между их экипажами и авиационной базой, а также доклад одного из экипажей о нанесении бомбового удара по лагерю. Лишь совместными усилиями моджахедов и пакистанских регулярных войск удалось подавить это восстание. Большинство из восставших пало смертью храбрых в неравном бою, а тяжело раненые добиты на месте.
Согласно документам Генерального штаба ВС СССР, погибло более 120 афганских моджахедов и беженцев, ряд иностранных специалистов (в том числе 6 американских советников), 28 офицеров пакистанских регулярных войск, 13 представителей пакистанских властей.
База Бадабера была полностью уничтожена, в результате взрыва арсенала мятежники потеряли 3 установки РСЗО «Град», свыше 2 млн. патронов, около 40 орудий, миномётов и пулемётов, около 2 тыс. ракет и снарядов различного типа. Погибла и канцелярия тюрьмы, а с ней и списки узников.
По версии Б. Раббани, погибло всего 20 моджахедов.
Инцидент вызвал переполох среди Пакистанского руководства и афганских моджахедов. 29 апреля 1985 года генерал Мухаммед Зия-уль-Хак, президент Пакистана, принял решение засекретить всю информацию об инциденте. В период между 29 апреля и 4 мая место событий посетили губернатор Северо-Западной пограничной провинции генерал-лейтенант Фазал-Хак и лично Мухаммед Зия-уль-Хак, имевший тяжёлый и неприятный разговор с лидерами душманов. После этого разговора среди формирований Г. Хекматияра был распространён его приказ о том, чтобы впредь «шурави» в плен не брать, а при захвате уничтожать на месте.
28 апреля 1985 года, советское руководство также представило себе масштабы случившегося:
Согласно данным аэрокосмической службы, в СЗПП Пакистана взрывом большой силы разрушен лагерь подготовки моджахедов Бадабера. Размер воронки на снимке, полученном со спутника связи, достигает 80 метров. (из донесения Центра аэрокосмической службы, 28 апреля 1985 года)
Территория лагеря площадью в квадратную милю была покрыта слоем осколков снарядов, ракет и мин, а человеческие останки местные жители находили на расстоянии до 4 миль от места взрыва… В лагере Бадабер содержалось 14−15 советских солдат, двоим из которых удалось остаться в живых после того, как восстание было подавлено… (из сообщений американского консульства в Пешаваре в госдепартамент США от 28 и 29 апреля 1985 года)
9 мая 1985 года посольство СССР в Исламабаде посетил представитель Международного Красного Креста Девид Деланранц и подтвердил факт вооружённого восстания в лагере Бадабера.
11 мая 1985 года советский посол в Исламабаде В. Смирнов вручил президенту Зия-уль-Хаку протест, в котором заявлялось, что «вся полнота ответственности за случившееся возлагается на пакистанскую сторону». С протестом выступил и МИД ДРА. Однако никаких мер против Пакистана со стороны СССР в дальнейшем не было предпринято. Об этом заявлении 15 мая 1985 года со ссылкой на ТАСС сообщила газета «Комсомольская правда».
16 мая 1985 года постоянный представитель ДРА при ООН М. Зариф направил письмо на имя генерального секретаря ООН, которое было распространено в качестве официального документа Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности.
Лишь 27 мая 1985 года из материалов агентства печати «Новости» о произошедшем узнала широкая общественность СССР. Смысл сообщения - сугубо политический; в нём не было ни слов соболезнования родственникам, ни восхищения подвигом пленных, ни скорби об их трагической судьбе. Их гибель была использована как повод в очередной раз раскритиковать администрацию Р. Рейгана.
Многие годы факт восстания скрывался обоими правительствами Пакистана и СССР, пока не произошёл распад СССР. До 1991 года власти Пакистана отвечали на все запросы об инциденте отрицательно, ссылаясь на неосведомлённость. Они настаивали на том, что на их территории нет и не было советских военнопленных. Согласно Юсуфу Мухаммеду, офицеру пакистанской разведки (англ. Inter-Services Intelligence), инцидент «мог бы мгновенно выйти из-под контроля или привести к международной конфронтации».
Впервые официальный представитель Исламабада признал факт гибели в Бадабере советских военнослужащих в беседе с представителем российского посольства в декабре 1991 года. Это признание последовало лишь после того, как факт их участия в восстании ранее подтвердил Б.Раббани. В начале 1992 года заместитель министра иностранных дел Пакистана Шахрияр Хан официально передал имена шести участников восстания в Бадабере.
8 февраля 2003 года Указом Президента Украины «за личное мужество и героизм, проявленные при выполнении военного, служебного, гражданского долга» младший сержант Сергей Коршенко был награждён орденом «За мужество» 3-й степени (посмертно), а младший сержант Николай Саминь Указом президента Казахстана - орденом «Айбын» («Доблесть») 3-й степени («за отвагу и самоотверженность, проявленные при исполнении воинского и служебного долга, а также за подвиги, совершённые при защите интересов государства», посмертно).
Неоднократные обращения к российскому руководству с целью увековечивания памяти павших воинов и посмертного представления их к государственным наградам не нашли положительного отклика. В 2003 году наградной отдел Минобороны России сообщил Комитету по делам воинов-интернационалистов при Совете глав правительств СНГ, что процедура награждения за выполнение интернационального долга завершена в июле 1991 года на основании директивы заместителя министра обороны СССР по кадрам.
В 2004 году Комитету также было дополнительно разъяснено: Минобороны не обладает информацией, которая раскрывала бы истинную картину трагических событий, происшедших в апреле 1985 года в лагере афганских беженцев Бадабера. Имеющиеся же отрывочные данные являются противоречивыми… В настоящее время, по прошествии 20 лет, трудно объективно оценивать те события и конкретные личные заслуги их участников…
По мнению
По состоянию на 2010 год, известны имена некоторых участников восстания:
1. Белекчи Иван Евгеньевич, рядовой, предположительно находился в лагере Бадабера. В плену лишился рассудка. Имя в плену: Кинет.
2. Варварян Михаил Арамович, рядовой, родился 21 августа 1960 года. Пропал без вести в провинции Баглан. Имя в плену: Исламутдин. Предположительно играл весьма неоднозначную роль во время восстания.
3.
4. Васьков Игорь Николаевич, рядовой, родился в 1963 году в Костромской области. Пропал без вести 23 июля 1983 года в провинции Кабул, захвачен группой Харакат; погиб в Бадабере.
5. Дудкин Николай Иосифович, ефрейтор, родился в 1961 году в Алтайском крае. Пропал без вести 9 июня 1982 года в провинции Кабул; погиб в Бадабере.
6. Духовченко Виктор Васильевич, моторист, родился 21 марта 1954 года в Запорожской области на Украине. Пропал 1 января 1985 года в провинции Парван, захвачен группой Мослави Садаши, г. Седукан, погиб в Бадабере.
7. Зверкович Александр Николаевич, рядовой. Родился в 1964 году в Витебской области Белоруссии. Пропал без вести 7 марта 1983 года в провинции Парван, погиб в Бадабере.
8.
9.
10. Коршенко Сергей Васильевич, младший сержант. Родился 26 июня 1964 года Белой Церкви на Украине. Пропал без вести 12 февраля 1984 года в провинции Бадахшан, погиб в Бадабере.
11. Левчишин Сергей Николаевич, рядовой. Родился в 1964 году в Самарской области. Пропал 3 февраля 1984 года в провинции Баглан; погиб в Бадабере.
12. Матвеев Александр Алексеевич, ефрейтор. Погиб в Бадабере. Имя в плену: Абдулла.
13. Павлютенков, рядовой, родился в 1962 году в Ставропольском крае.
14.
15. Рустамов Носиржон Умматкулович, узник лагеря Бадабера, свидетель восстания. По состоянию на март 2006 года проживает в Узбекистане.
16.
17.
18. Сайфутдинов Равиль Мунаварович, рядовой. Погиб в Бадабере.
19. Саминь Николай Григорьевич, младший сержант. Родился в 1964 году в Акмолинской области Казахстана. Погиб в Бадабере.
20. Шевченко Николай Иванович, водитель грузовика (гражданский). Родился в 1956 году в селе Дмитриевка Сумской области на Украине. Пропал без вести 10 сентября 1982 года в провинции Герат. Один из предполагаемых руководителей восстания. Имя в плену: Абдурахмон.
21. Шипеев Владимир Иванович, рядовой. Родился 11 сентября 1963 года в Чебоксарах. Пропал 1 декабря 1982 года в провинции Кабул. Предположительно погиб в Бадабере
Кладбище на Эвересте
Не рекомендуется просмотр впечатлительным
Вы наверное обратили внимание на такую информацию, что Эверест - это, в полном смысле слова, гора смерти. Штурмуя эту высоту, альпинист знает, что у него есть шанс не вернуться. Гибель могут вызвать недостаток кислорода, сердечная недостаточность, обморожения или травмы. К смерти приводят и роковые случайности, вроде замерзшего клапана кислородного баллона. Более того: путь к вершине настолько сложен, что, как сказал один из участников российской гималайской экспедиции Александр Абрамов, «на высоте более 8000 метров нельзя позволить себе роскошь морали. Выше 8000 метров ты полностью занят собой, и в таких экстремальных условиях у тебя нет лишних сил, чтобы помогать товарищу».
Трагедия, случившаяся на Эвересте в мае 2006 года, потрясла весь мир: мимо медленно замерзавшего англичанина Дэвида Шарпа безучастно прошли 42 альпиниста, но никто не помог ему. Одними из них были телевизионщики канала «Discovery», которые попытались взять интервью у умирающего и, сфотографировав его, оставили одного…
На Эвересте группы альпинистов проходят мимо непогребённых трупов, разбросанных то там то тут, это такие же альпинисты, только им не повезло. Кто-то из них сорвался и переломал себе кости, кто-то замерз или просто ослаб и всё равно замерз.
Какая мораль может на высоте 8000 метров над уровнем море? Тут уж каждый за себя, лишь бы выжить.
Если так хочется доказать самому себе, что ты смертен, то тогда стоит попытаться побывать на Эвересте.
Скорей всего, все эти люди, которые остались лежать там, думали, что это не про них. А теперь они как напоминание о том, что не всё в руках человека.
Статистику невозвращенцев там никто не ведет, ведь лезут в основном дикарями и малыми группами от трех до пяти человек. И цена такого восхождения стоит от 25 т долларов до 60 т. Иногда доплачивают жизнью, если сэкономили на мелочах. Так, на вечной страже там осталось около 150 человек, а может и 200. И многие, кто побывал там, говорят, что чувствуют взгляд черного альпиниста, упирающегося в спину, ведь прямо на северном маршруте находится восемь открыто лежащих тел. Среди них двое русских. С юга находится около десяти. А вот отклоняться от проложенной тропы альпинисты уже боятся, могут и не выбраться оттуда, и никто их спасать не полезет.
Жуткие байки ходят среди альпинистов, которые побывали на той вершине, ведь она не прощает ошибок и человеческого безразличия. В 1996 году группа альпинистов из японского университета Фукуока поднималась на Эверест. Совсем рядом с их маршрутом оказались трое терпящих бедствие альпинистов из Индии - истощенные, заледеневшие люди просили о помощи, они пережили высотный шторм. Японцы прошли мимо. Когда же японская группа спускалась, то спасать уже было некого индусы замерзли.
Считается, что Меллори первым покорил вершину и погиб уже на спуске. В 1924 году, Мэллори с напарником Ирвингом начали восхождение. Последний раз их видели в бинокль в разрыве облаков всего лишь в 150 метрах от вершины. Затем облака сошлись и альпинисты исчезли.
Назад они не вернулись, лишь в 1999 году, на высоте 8290 м, очередные покорители вершины наткнулись на множество тел, погибших за последние 5−10 лет. Среди них обнаружили Мэллори. Он лежал на животе, словно пытавшийся обнять гору, голова и руки вморожены в склон.
Напарника Ирвинга так и не нашли, хотя обвязка на теле Мэллори говорит о том, что пара была друг с другом до самого конца. Веревка была перерезана ножом и, возможно, Ирвинг мог передвигаться и оставив товарища, умер где-то ниже по склону.
Ветер и снег делают своё дело, те места на теле, которые не прикрыты одеждой, обглоданы снежным ветром до костей и, чем старше труп, тем меньше на нем остается плоти. Эвакуировать мертвых альпинистов никто не собирается, вертолет не может подняться на такую высоту, а тащить на себе тушку от 50 до 100 килограмм альтруистов не находится. Так и лежат непогребенные альпинисты на склонах.
Ну не совсем уж все альпинисты такие эгоисты, всё-таки спасают и не бросают в беде своих. Только многие, кто погиб - виноваты сами.
Ради установленного личного рекорда бескислородного восхождения, американка Френсис Арсентьева уже на спуске пролежала обессиленная двое суток на южном склоне Эвереста. Мимо замершей, но еще живой женщины проходили альпинисты из разных стран. Одни предлагали ей кислород (от которого она первое время отказывалась, не желая портить себе рекорд), другие наливали несколько глотков горячего чая, была даже супружеская пара, которая пыталась собрать людей, чтобы стащить ее в лагерь, но и они вскоре ушли, так как подвергали риску собственные жизни.
Муж американки, русский альпинист Сергей Арсентьев, с которым они потерялись на спуске, не дождался её в лагере, и пошёл на её поиски, при которых тоже погиб.
Весной 2006 года одиннадцать человек погибли на Эвересте - не новость, казалось бы, если бы один из них, британец Дэвид Шарп, не был оставлен в состоянии агонии проходящей мимо группой из около 40 альпинистов. Шарп не был богачом и совершал восхождение без гидов и шерпов. Драматизм заключается в том, что имей он достаточно денег, его спасение было бы возможно. Он и сегодня был бы жив.
Каждой весной на склонах Эвереста, как с непальской, так и с тибетской стороны вырастают бесчисленные палатки, в которых лелеется одна и та же мечта - взойти на крышу мира. Возможно, из-за пестрого разнообразия палаток, напоминающих гигантские шатры, или из-за того, что с некоторого времени на этой горе происходят аномальные явления, место действия окрестили «Цирк на Эвересте».
Общество с мудрым спокойствием взирало на этот дом клоунов, как на место развлечений, немного волшебное, чуть абсурдное, но безобидное. Эверест стал ареной для цирковых представлений, тут совершаются нелепые и смешные вещи: дети приходят на охоту за скороспелыми рекордами, старики совершают восхождения без посторонней помощи, появляются эксцентричные миллионеры, не видевшие кошек даже на фотографии, на вершину совершают посадку вертолеты… Список бесконечен и не имеет ничего общего с альпинизмом, но много общего с деньгами, которые если и не двигают горами, то делают их ниже. Однако, весной 2006 г. «цирк» превратился в театр ужасов, стирая навсегда образ невинности, который обычно ассоциировался с паломничеством на крышу мира.
Весной 2006 года на Эвересте около сорока альпинистов оставили англичанина Дэвида Шарпа одного умирать посреди северного склона; стоя перед выбором, оказать помощь или продолжить восхождение на вершину, они выбрали второе, так как достичь самой высокой вершины мира для них означало совершить подвиг.
В тот самый день, когда Дэвид Шарп умирал в окружении этой хорошенькой компании и в полном презрении, средства массовой информации всего мира пели дифирамбы Марку Инглису, новозеландскому гиду, который за неимением ног, ампутированных после профессиональной травмы, взобрался на вершину Эвереста на протезах из углеводородного искусственного волокна с закреплёнными на них кошками.
Новость, представленная СМИ как суперпоступок, как доказательство того, что мечты могут изменить действительность, скрывала в себе тонны мусора и грязи, так что и сам Инглис стал говорить: никто не помог британцу Дэвиду Шарпу в его страданиях. Американская веб-страница подхватила новость и начала тянуть за ниточку. На конце ее - история человеческой деградации, которую трудно понять, ужас, который утаили бы, если бы не средства информации, взявшиеся расследовать случившееся.
Дэвид Шарп, поднимавшийся на гору самостоятельно, участвуя в восхождении, организованной фирмой «Азия Треккинг», умер, когда его баллон с кислородом отказал на высоте 8500 метров. Это случилось 16 мая. Шарп не был новичком в горах. В свои 34 года он уже восходил на восьмитысячник Чо- Ойю, проходя наиболее сложные участки без использования перил, что может и не является героическим поступком, но по меньшей мере, показывает его характер. Неожиданно оставшись без кислорода, Шарп сейчас же почувствовал себя плохо и тотчас же рухнул на скалы на высоте 8500 метров посреди северного гребня. Некоторые из тех, кто его опередил, уверяют, что думали, что он отдыхает. Несколько шерпов поинтересовались его состоянием, спрашивали, кто он и с кем путешествовал. Он ответил: «Меня зовут Дэвид Шарп, я здесь вместе с „Азия Треккинг“ и просто хочу поспать».
Новозеландец Марк Инглис, с двумя ампутированными ногами, переступил своими углеводородными протезами через тело Дэвида Шарпа, чтобы достичь вершины; он был один из немногих, кто признал, что Шарпа действительно оставили умирать. «По меньшей мере, наша экспедиция была единственной, которая что-то сделала для него: наши шерпы дали ему кислород. В тот день мимо него прошли около 40 восходителей, и никто ничего не сделал», - заявил он.
В противовес общепринятому мнению, большинство людей умирает на Эвересте во время хорошей погоды, а не тогда, когда гора покрывается тучами. Безоблачное небо воодушевляет любого, независимо от его технического снаряжения и физических возможностей, вот тут то его и подстерегают отёки и типичные коллапсы, вызванные высотой. Этой весной крыша мира знала период хорошей погоды, длившийся на протяжении двух недель без ветра и туч, достаточный, чтоб побить рекорд восхождений в это самое время года: 500.
При худших условиях многие не стали бы подниматься и не погибли бы…
Несколько дней спустя двух членов одной экспедиции из Кастилии Ла Манчи хватило, чтобы эвакуировать одного полуживого канадца по имени Винс с Северного седла (на высоте 7000 метров) под равнодушными взглядами многих из тех, кто там проходил.
Немного позднее был один эпизод, который окончательно разрешит споры о том, можно или нет оказывать помощь умирающему на Эвересте. Гид Гарри Кикстра получил задание вести одну группу, в которой среди его клиентов фигурировал Томас Вебер, имевший проблемы со зрением вследствие удаления в прошлом опухоли мозга. В день подъёма на вершину Кикстра, Вебер, пять шерпов и второй клиент, Линкольн Холл, вышли вместе из третьего лагеря ночью при хороших климатических условиях.
Обильно глотая кислород, немного более чем через два часа они наткнулись на труп Дэвида Шарпа, с брезгливостью обошли его и продолжили путь на вершину. Вопреки проблемам со зрением, которые высота должна была бы обострить, Вебер взбирался самостоятельно, используя перила. Всё происходило, как было предусмотрено. Линкольн Холл со своими двумя шерпами продвинулся вперёд, но в это время у Вебера серьёзно ухудшилось зрение. В 50 метрах от вершины Кикстра решил закончить восхождение и направился со своим шерпом и Вебером обратно. Мало - помалу группа стала спускаться с третьей ступени, затем со второй… пока вдруг Вебер, казавшийся обессиленным и потерявший координацию, не бросил панический взгляд на Кикстру и не огорошил его: «Я умираю». И умер, падая ему на руки посреди гребня. Никто не мог его оживить.
Сверх того, Линкольн Холл, возвращаясь с вершины, стал чувствовать себя плохо. Предупреждённый по радио Кикстра, всё ещё находясь в состоянии шока от смерти Вебера, послал одного из своих шерпов навстречу Холлу, но последний рухнул на 8700 метрах и, несмотря на помощь шерпов, на протяжении девяти часов пытавшихся его оживить, не смог подняться. В семь часов они сообщили, что он мёртв. Руководители экспедиции посоветовали шерпам, обеспокоенным начинающейся темнотой, оставить Линкольна Холла и спасать свои жизни, что они и сделали.
Но в том же году был случай, когда люди остались людьми. В украинской экспедиции парень провел почти там же, где американка, холодную ночь. Свои спустили его до базового лагеря, а далее помогали более 40 человек из других экспедиций. Легко отделался - четыре пальца удалили.
«В таких экстремальных ситуациях каждый имеет право решать: спасать или не спасать партнера… Выше 8000 метров ты полностью занят самим собой и вполне естественно, что не помогаешь другому, так как у тебя нет лишних сил». Мико Имаи.
Приезжай и молчи со мной об одном
целый год, уместившийся в пять минут.
Все настолько прозрачно и решено, не признаться - самих себя обмануть.
Все настолько прозрачно, что видно дно теплой ночи, текущей по мостовым.
Приезжай и молчи со мной об одном - как со мной ощущаешь себя живым.
Над апрельской рекой сведены мосты. Путь блестит, как разглаженный, прям и чист.
Я не знаю, что делать, когда не ты - тот, кому мое сердце теперь стучит.
Подыши со мной рядом, послушай ночь - как все звуки, стихая, уходят внутрь…
Я хочу, чтобы ты перестал быть сном.
Приезжай. Не бросай меня здесь одну.
Знаешь ли ты, что будет, мальчик, высекающий искру на берегу? Твой отец на охоте, твоя мать собирает мед. Я смотрю на тебя сквозь солнце, я так тебя берегу - никто твоего дыхания не возьмет. Когда ты вырастешь, деревья станут высокими, облака будут кольцами дыма тянуться за горизонт, и откуда бы ты ни звал меня, я сумею издалека возвращаться на этот зов. Я не должен быть, не должен тебе мешать, я стою на краю, отгоняю седую смерть. Потому что весь мир твой, ойкумена, хрустальный шар выдуман, чтоб я мог на тебя смотреть.
Соловей, стал быть, разбойничек после смены по глухому лесу гулял, приключений себе на могучую попку искал, каждый куст шевельнул, в каждое дупло заглянул и таки нашел, придурок.
Ежик малый пьянехонький после пьянки с друзьями-пьяницами крепким дрыхом на лавке дрых:
- двести шестая часть первая ему снилась,
- новые носки снились и медаль к ним «За взятие Лукоморья», - папины алкогольные бредни по наследству снились,
- скорый поезд «Москва-Пекин» неизвестно зачем чудился,
- старые носки тоже страхом ужасным снились, будто один носок на голову ему напялился, а другой в углу дурень дурнем стоит, и немой вопрос у него в глазах.
Кряхтел во сне ежик, чего греха таить - пукал, даже сходил под себя немножко, чуть-чуть совсем, как только ежики могут.
Мирно спал, никого, кроме как себя за красный нос, не трогал, и зла никому не желал.
А Соловей, хрен косматый, не в колокольчик ему позвонил и не об тряпочку ноги вытер, а помойной рожей своей дверь ежикову с петель сорвал, шпорами ежиков порог своротил и в трюмо старинном непотребной своей дикостью отразился.
А ежик-то спал себе да храпел, и дальше бы спал, они, ежики, спать мастера, и лучше их никто не способен, а тут как-то он совсем разоспался, ажно лапоньки в подпол свесил, ажно ртом слюнявым пузырь намного больше себя самого выдул.
И в каморке у него тьма египетская стояла, а из подпола картошка глазками белыми во тьму глядела, и не собирался ежик раньше четверга просыпаться.
Но вот крикнул Соловей-разбойник в первый раз, топнул, присел, свистнул, хрюкнул, горку хрустальную потной ладонью с серванта сшиб:
- и приснились ежику сорок третий год и блиндаж заваленный, - хлястик от шинели приснился и поля под танками,
- треуголка в мазуте на башке отчаянной и гармонь, навылет пробитая, мертвая, сникшая, с кнопками стертыми и картинкой клеенной.
И заворочался ежик. И вздохнул. И одну шестую часть сна своего крепкого потерял.
А дурак приблудный в темноте кромешной плечиком откормленным развернулся - и прощай, телевизор ежиков, извини, Ангелина Вовк, память вечная тебе, «Сельский час».
И заплакал ежик во сне.
Лапкой маленькой в перьевую подушку вцепился, две иголки со звоном на пол упали, многострадальная печень под шкуркой расширилась.
И приснился ежику апрель-месяц.
- Сопла в дыму раскаленные и бормотанье ларингофонное,
- правая мачта вслед за левой медленно отошла,
- руки хлопотливые перед лицом носятся,
- тумблеры нажимают,
- под забралом улыбка испытанная потеет,
- со спины холодная струйка каплет,
- взгляд тоскливый через стекло вниз
- а там собаки, собаки, собаки в трусах футбольных с фистулами и в шлемах, две болонки по ковру к трибуне бегут с докладом, и не добегают, бедные, и наземь, дергаясь, падают, воздуху им не хватило, воздуху…
И застонал во сне ежик, и во сне ногами задрыгал, педальку тормозную ища, прекратить виденья желая, подушку тонкую насквозь слезой промочив и пальцем крохотным по полу бороздя.
Взреготнул Соловей, блин, разбойничек,
- жеребцом каурым заржал,
- копытами сорок пятыми расстучался,
- растопырил тело свое во все стороны и ручищи к ежику вытянул,
- и клюв свой нечистый на ежа разинул,
- и помоями в личико мелкое дохнул.
И сожрать ежа приготовился, изжевать его вместе с потрохом,
- вместе с горем и думой о Родине,
- вместе с колючками и песней маминой, вкупе с наволочкой, пером и любовью давней к подруге забытой в зимнем лесу,
- когда один только дятел поцелуям свидетель, и тот не стучит, а только глаз свой дебильный косит на то, что два ежа в клубке вытворяют,
- и глаз его дебильный верить себе не хочет…
Потому что отменно силен в любви ежик и весьма причудлив, и кто юннатом в уголке за ежами с детства приглядывал - тому не надо потом книжки листать и многоопытных друзей расспрашивать.
Ты только увидь однажды, как ежик с подругой за куст пошел, и окуляры подкрути, и глаза заузь, лейкопластырем пасть себе на время заткни, чтобы от восхищенного вскрика твоего у ежей настроение не упало.
И будет тебе, браток, зрелище, от которого кровь в жилах в обратную сторону понесется,
- а комочком ваты уши себе заткнуть не забудь, ибо вздохи и стоны ежиные даже траву краснеть заставляют, и цветочки в другую сторону отворачиваются,
- и тебе этого лучше не слышать, а то жена твоя угрюмым молчанием своим тебя до бешенства доведет…
А Соловей-то… Разбойник-то этот…
Не повезло ему.
Разбудил-таки придурок ежика.
Не то чтобы совсем проснулся ежик, но угловатое чудище возля кровати заметил и движением брезгливым прихлопнул.
И правильно. И поделом ему. Так и надо.
НЕХЕР ЕЖИКА В ЕГО ДОМИКЕ ТОРМОШИТЬ.
Многие думают, что они -активно живут. На самом то деле, большинство из них-активно суетятся… И лишь единицы-активно ЖИВУТ.
Переживу предательство и ложь,
Переживу и ненависть и злобу,
В одно болото дважды не войдешь,
А значит будут и другие воды.
Смахнув слезу, я молча
улыбнусь,
Не радуйтесь, меня вы не сломали,
Лишь став другой, к себе я, к прежней не вернусь…
Ведь подлостью - вы опыт мне
придали!
Copyright: Оксана Кряквина,
2015
Свидетельство о публикации
115 041 910 361
Не лезьте в душу мне, не надо,
И не учите меня жить,
Я говорить привыкла правду!
И вам меня не изменить.
Не нужно мне давать советов,
Вам опыт мой не по плечам,
Когда не радуют рассветы,
Когда не спится по ночам.
Когда нет сил уже заплакать,
Лишь стиснув зубы не кричать…
Когда уходит чувство страха…
И остаётся лишь молчать.
Когда не веришь даже в Бога,
Осознавая тяжкий
грех,
У вас ведь есть своя
дорога?
Ступайте, отпускаю всех!
Я улыбнусь вам на прощанье,
Дай Бог лишений
вам не знать,
Желаю вам не впасть в отчаянье,
Самим себя не потерять.
Copyright: Оксана Кряквина,
2015
Свидетельство о публикации
115 041 906 877