Расслабся, детка - это жизнь…
Снова улицы мертвого города,
Лабиринтами слов несказанных.
Словно небо ногтями вспорото,
Словно тучи узлами связаны.
По асфальту стекая мыслями
В катакомбы цивилизации
Мы играем с чужими жизнями
От рождения до кремации.
Мы играем с чужими чувствами,
Иногда попадая в терции.
Тешим каменный разум искусствами,
Добавляя по вкусу специи.
Прикрываем нутро убогое
Фраз избитых сырой рогожею.
Быть как все
Иль хотя б как многие,
Чтоб не чувствовать яд под кожею.
Половым созреванием вечности,
Как герои дешевых комиксов,
Порадаясь своей беспечности,
Тонем в затхлом болоте комплексов.
Слишком скучные долгие проводы,
Не придумывающиеся поводы,
Не стыкующиеся доводы.
По руке оголенным проводом,
По душе нестерпимым холодом,
По вискам неподъемным молотом,
Босиком по мечтам расколотым,
Передавленным,
Перемолотым.
Слишком трудно свыкнуться с точками,
Где-то меж этажей зависли мы,
Между ребер стальной заточкою,
Между строк нерожденными мыслями.
Долгой ночью не спиться,
Холодно.
Подворотьями,
Переулками,
В грязных дебрях мертвого города,
Отдаваясь шагами гулкими.
Убегая от неизбежности,
Не оглядываясь обратно,
Неполученную дозу нежности
Смерть разделит с тобой приватно.
Снова улицы мертвого города…
Запах смерти,
Запах бессилия,
Запах зависти,
Запах голода,
Запах крови,
Запах насилия.
Наслаждаясь,
Пока мы молоды,
Анимацией чувств резиновых,
Доза радости в вену вколота,
Шприц наполненный,
Кол осиновый.
Мы вдыхаем гарь с нечистотами,
Наполняясь жизненной силой,
Растекаясь кровавой рвотою
По обхарканным грязным перилам.
Мы давно привыкли к обману,
Лицемерному состраданию,
Ковыряясь в душевных ранах,
Вожделенное истязание.
Прикрываясь чужими спинами,
Истекая вскрытыми венами,
Наши души стали витринами,
А мы сами давно - манекенами.
Мертвый город странно молчит,
Вглубь заходит серый туман.
Он не бредит, и он не спит,
И он помнит свирепый обман.
Город призраков мертв, пыль его
Никогда не осядет уже,
И не жаль ничего, никого,
Только холод в безликой душе…
Нет «правильно» и «неправильно»… есть только последствия твоих действий. Кто вообще решает, что правильно, а то нет???
Макияж, маникюр, эпиляции. Эх! А в детстве чтобы стать красивой, достаточно было надеть на голову бант!!!
- Пап, ты спишь? - Нет. - Я кушать хочу. - Я сплю. -))
Ночь, рыборазводческие пруды. Фарами бобик высвечивает мужика с двумя здоровенными осетрами в руках. Вылезают два охранника:
- Ну, залазь, мужик, щас протокол напишем, штраф, …
- Мужики, вы не поверите, я этих осетров с детства знаю. Выращивал их у себя дома с икринок, в баночке. Подросли, я денег собрал, купил им аквариум, каждый день с ними разговаривал, к свисту приучал. Потом здоровые стали купил им большой аквариум, приду вечером домой, свистну им - они из воды выпрыгивают, как дельфинчики, радуются, как родные, короче стали. А потом вон, какие здоровенные стали, пришлось в озеро выпустить. Но они-то знают, что я каждый вечер прихожу, свистну им, они выпрыгивают, радуются, и мы гуляем по-над озером. Но им долго нельзя, вон, видите, глаза уже красные становятся, я их в озеро кидаю, они поплавают, а потом я им свистну и они опять вылазиют - очень меня любят.
Хотите, покажу - и кидает их в озеро.
Стоит, в даль смотрит. Охранники:
- Ну, че, мужик, давай свисти.
- Зачем???
- Ну, как зачем? - А осетры?
- Какие осетры???
С тобою вечер провела…
Теперь смотрю, как на дебила…
Конечно, я бы не дала…
Но попросить-то можно было?!
А давайте, господа, коня в шампанском искупаем!
Да где же мы возьмем коня и столько шампанского?
Ну тогда, давайте, хоть кота пивом обольем…
Тихо-тихо…на вдохе… по призракам смытых мостов…
Лишь по чувствам… на ощупь… за тенью желания следом -
Я доверюсь объятьям осеннего ветра… без слов…
И душой обнажённой прильну к хлопьям первого снега.
Отраженьем на миг задержусь в небесах твоих глаз…
Каплей нежности … ночи ресниц обниму лепестками.
Ты почувствуй, как счастье крылами касается нас,
И срывается ввысь… утекая слезой за мечтами…
Рассыпая касания эхом разбитых оков,
По ладоням твоим растекусь угасающим светом…
И, скользнув в тишину от себя убегающих снов,
Я заплачу над тем, что уйдёт безвозвратно c рассветом…
Тихо-тихо…на вдохе… по призракам смытых мостов…
Лишь по чувствам… на ощупь… за тенью желания следом -
Я доверюсь объятьям осеннего ветра… без слов…
И душой обнажённой прильну к хлопьям первого снега.
Отраженьем на миг задержусь в небесах твоих глаз…
Каплей нежности … ночи ресниц обниму лепестками.
Ты почувствуй, как счастье крылами касается нас,
И срывается ввысь… утекая слезой за мечтами…
Рассыпая касания эхом разбитых оков,
По ладоням твоим растекусь угасающим светом…
И, скользнув в тишину от себя убегающих снов,
Я заплачу над тем, что уйдёт безвозвратно c рассветом…
Если на душе скребутся кошки - это не просто так: это они насранное закапывают…
Ночь лизнула темнотой в глаза,
Так котёнок лижет молоко.
Ветер вьёт над крышей облака
И стучится веткой об окно.
Дождь играет водосточный джаз,
За стеной храпит соседский быт.
Хлюпает на кухне время - кран,
Небо на простынке моря спит.
Где - то бродит близкий человек,
То в мечты зайдёт, захлопнет дверь,
То на фото мило подмигнёт,
То шепнёт мне тихо слово «ВЕРЬ!»
То сыграет нежность немотой,
То нажмёт судьбой на тормоза.
Попросту возьмёт меня с собой
И заставит верить в чудеса!
Молчание - золото… если, конечно, не свинство.
Я всё теперь приму наполовину.
И, на полсердца наложив печать,
На полувзгляд и полувыстрел в спину
Полуулыбкой буду отвечать.
Полуобман приму на полуверу,
Полуогонь приму на полдуши,
На полбеды отвечу полумерой
И буду скромно доживать в тиши.
Помилуй бог! Как просто и спокойно!
Не надо только принимать всерьез
Обиду, подлость, травлю или бойню,
А также мир надежд, ошибок, грез…
Я буду жить с полухолодной кровью
И ждать багряных листьев к сентябрю.
Я полупьян твоей полулюбовью
И полуверю в то, что говорю?
Это целое искусство достать жевачку из кармана незаметно, когда гуляешь в компании… -))
Я коза? В Зимбабве коза священное животное! Молись на меня абориген! -))