Никогда не бойся сделать выбор,
Начиная с чистого листа.
Из любой беды найдется выход!
Все, на что решишься — неспроста.
Помни: после сделанного шага,
Будет в пользу результат любой.
Все, что нынче выберешь — во благо,
И всегда — победа над собой!
Будь как будет: ничего не бойся.
Только прежде — думай головой.
Хуже, если б не пытался вовсе,
Этот шаг и выбор — только твой!
Опыт жизни — вот твоя награда.
И себя за выбор не кори.
Пробуй, ошибайся, если надо.
Действуй! И судьбу свою твори!
«Лошадь, не надо.
Лошадь, слушайте —
Чего вы думаете, что вы их плоше?..»
«Хорошее отношение к лошадям», В. Маяковский.
Я
вычисляю
твой айпишник
и
запускаю
систему «град»,
хочешь —
могу и в окно
булыжник
да у дверей
маршем
строить солдат.
Я
выбираю
Камю и Гессе,
Сартра
и «Тошноту»
напрокат,
коли
не девочка-поэтесса,
а полководец,
ведущий
в ад.
Я
предпочту
бмв мерседесу
и
апперкот поцелуям —
назад!
Если
ты все еще
ждешь
принцессу,
то
запахни поплотнее
халат:
флаг тебе
в руки
и электричку,
где
на конечной
напишут:
«Багдад».
Выброси
эту
дурную
привычку —
не признавать,
что ты —
виноват.
Думаешь,
сложно
найти отмычку,
не рубануть
снизу вверх
под дых,
или
прикинуться
истеричкой
и нанести
сорок ножевых?
Как бы не стать мне
циничной
сволочью,
чтобы оставить
тебя
в живых
и вспоминать потом
с тайной
горечью —
скольких
имел ты
на выходных.
Я
посмеюсь еще,
ваше высочество.
Вы — уже нет.
Среди
глухонемых
каждый
венчает
свое одиночество
радостью,
что он —
не из слепых.
Copyright: Маргарита Мендель, 2017
Свидетельство о публикации 117052003906
От первой любви до последнего вздоха,
От тайных признаний до громких речей,
От мест, где спокойно и где суматоха,
От ярких рассветов до тусклых ночей.
От края до края, от моря до суши,
Сквозь строки, улыбки и искры кремня,
Я всюду с собою ношу свою душу,
Что носит и греет, и любит меня.
И кончики пальцев, боясь онеметь,
Целуют костёр, что им жалом пчелиным.
Мне лучше минуту звездою гореть,
Чем год мне за годом всё тлеть лишь лучиной.
Моей же реке теперь прямо вдаль течь,
Но вот, как обычно, пошло всё по кругу:
И в памяти больше тех сбывшихся мечт,
Похожих на птиц, не вернувшихся с юга.
И листья увянут и вновь зацветут,
И выпадет снег, но и тут же растает,
Несчастье как пряник, а счастье как кнут,
Я выйду отсюда в союзе с ветрами.
Покажется, будто, зажегся впервые,
И будто я с грустью в доме соседнем.
Пускай мне глаза все тот дым почти выел,
Но вспыхну сейчас, как в свой раз я последний.
Мы у людей видим лишь оболочки,
'На людях — всё хорошо и красиво.
Правда в домах — просыпается к ночи,
В час, когда маски снимают без силы.
В час, когда нет ни нужды притворяться,
Ни понимания, важно ли это.
Дом — наша крепость, семья же — богатство.
Но не везде чтятся эти заветы.
Вот, познакомьтесь, бухгалтер Наташа.
(Ну как бухгалтер? Два года в декрете).
В обществе мам — просто прелесть-мамаша,
Всё, что волнует её — это дети.
Дочка её, как принцесса, одета:
Бантик в косичке, все платьишки —чудо,
Знает основы она этикета,
Кушает только полезные блюда
(Мама же знает, в какой еде польза).
Мама на улице дочку целует,
Дует на ранки, достанет занозу,
Купит игрушку и в меру ба’лует.
Вроде, картина почти идеальна.
Мама Наташа добра и прилична.
Детская их прям над нашею спальней.
Слышу я их часов в 8 обычно.
Мама и дочка с прогулки приходят,
Тут начинается… В сторону маску!
«Песню» свою ежедневно заводит
(Как же исчадие злобы зевласто):
«Ты почему не доела, тупица?
Из-за тебя мне одни только траты!
Как залететь я могла умудриться?
А без тебя бы жила я богато!»
Или: «Отстань от меня! Я устала!
Нет мне с тобой никакого покоя».
Хлопнет дверь. Тихо (из-под одеяла?)
Звук приглушенного детского воя…
«Платье опять замарала, мерзавка?!
Дети как дети все. Ты ж — наказанье!»
Нет у нее ни одной доброй ноты.
С виду по ней никогда б не сказала.
Это сосед мой напротив, Виталий.
Вроде, директор он, крупная шишка.
Ездит на «мерсе», его уважали
Все в доме, но, видно, сдали нервишки:
Деньги, клиенты, ответственность, стрессы…
Он расслабляется лишь с алкоголем.
Песни орёт громче мамы принцессы,
Несколько суток бывает в запое.
Он, вроде, мирный. (Подумаешь, гадит
На этаже и кричит благим матом).
С виду, приличный, воспитанный дядя.
Но маски сложно носить и богатым.
Это Петровы. Их слышно из кухни.
Каждый день драки, угрозы развода.
Чувства давно у них, видно, потухли,
Но друг от друга они не уходят.
То ли квартирный вопрос, я не знаю,
То ли все дело в работе совместной.
Их сослуживцы-то подозревают
Правду, как пара живёт, интересно?
Это Полина. Её муж заботлив.
Видно, что любит ее и содержит.
Он позволяет жене не работать,
Он и на людях, и дома с ней нежен.
Поля взаимностью платит исправно.
Мужу и грубого слова не скажет.
Слышать беседы их с кухни забавно
И неприятно бывает мне даже,
Ведь от соседей не скроется правда:
Муж на работу — любовник к Полине.
Утром яичницей пахнет на завтрак.
Вечером запах вина под маслины.
Правду невольно я слышу отлично.
В курсе про маски соседей теперь, но
Также наивны друзья из кирпичных.
Слышимость меньше ведь там, чем в панельных.
Я большая, я уже большая.
Я уже давно живу отдельно.
Я вопросы разные решаю
И совет могу дать, в общем, дельный.
Я во всём похожа на большую.
Я для незнакомых уже тётка.
Но девчонку в гольфиках смешную
В зеркале сознанья вижу чётко.
Я жена и мать уже со стажем,
Только в голове одновременно
Существуют (как? — не знаю даже)
Тонны детских глупостей отменных
Вместе с чувством жизненного долга.
Хочется так часто мне на ручки,
Губки бы надуть… Но ненадолго:
Девочка потом получит взбучку.
(Та что в гольфиках от той, что повзрослела)
Тётям уже плакаться не гоже.
Прошлым тоже жить, увы, не дело.
Но порой хочу я стать похожей
На детишек добрых, беззаботных,
Из проблем — борьба лишь с манной кашей,
Из мечтаний — кукла или робот.
Но взрослеем мы и дети наши.
Каждый возраст важен и приятен,
Есть свои счастливые моменты.
Только в детстве мамины объятья
Вылечат разбитые коленки.
Мама ведь такая вон большая,
И совсем на ручки ей не надо.
Взрослые вопросы все решают
Так легко, — нам скажет наше чадо.
Просто, когда сказка папы на ночь
Вмиг от снов плохих избавит… В детстве.
Хочется, чтоб вечно были с нами
Эти чудодейственные средства.
Если машины времени не существует, значит, кто-то крутит время вручную.
Совесть работает на тех, кто работает на совесть.
А если бы в городе вдруг отрубились все сети,
На пару часов, но внезапно, без предупреждения?
Сначала, конечно, все злились бы, даже дети,
Долбя по значку «обновить», ждали б с тихим презрением.
И взрослые вмиг как без рук себя стали бы чувствовать,
Компьютер, планшет, телефон — ничего б не работало.
Настолько мы все прикипели к общенью искуственному,
Что час без сетей — уже выход из зона комфорта нам.
Но если с другой стороны посмотреть на исход ситуации,
Как много всего б в нашей жизни случилось приятного:
Гурьбой шли б детишки на улицу, надо ж общаться, и
Пришлось бы в реале играть, говорить им с ребятами.
А взрослые «мягкое место» поднять бы сподобились,
Прошлись бы немного, и размониторили головы.
Конечно, работа бы встала, проекты угробились.
Зато мы на что-то, возможно, взглянули б по-новому?
По-новому, то есть, по-очень-забытому-старому?
Ведь жили ж без всяких девайсов немало мы времени.
Меняется мир, и мы вслед за ним, подчиняемся Главному.
Но разве один только Путь лишь ведет нас вперед? Вы уверены?
А раньше девочки играли
В резиночку и в барби,
Теперь с надутыми губами
Снимают селфи в баре.
А мальчики в футбол гоняли
И собирали сотки,
По крышам гаражей скакали,
Травили анекдоты.
Теперь в контакте их общенье
(У взрослых точно так же);
Тот первый парень на деревне,
Чей подороже гаджет.
Стрелялки подавай по сетке!
Не интересно — в прятки.
А раньше ведь стреляли детки
По банкам из рогатки.
Носили мальчики портфели
Девчонкам после школы.
Теперь романтика — в постели
Без лишних предысторий.
Ответ увижу в инстаграме:
В кого ж такие дети?
Чего ж не брать пример им с мамы,
Что вечно в интернете?
Кому за двадцать пять — пп-шки,
Помладше — фитоняшки,
С ребенком поиграть нет спешки,
Запощу-ка себяшки!
Зачем свое мне тратить время
На сказки, оригами?
Еще знакома не со всеми
Из блогов новостями.
Потом у взрослых разговоры,
(Опять же, все в соцсети)
«А мы вот в детские-то годы…
Не то что наши дети!»
Мы муж и жена, мы супруг и супруга,
Нас узами брака связали навек.
Я Богу молюсь, что мы есть друг у друга.
Мой самый родной на земле человек!
Пускай говорят — познаётся в сравненьи,
Я грех не повешу такой на себя.
Бывали и взлёты, бывали паденья,
Мы вспомним о прошлом совсем не скорбя.
На зависть подругам, мы есть друг у друга,
Когда ты не смотришь, любуюсь тобой.
На зло холодам, всем метелям и вьюгам,
В трескучий мороз нас согреет любовь.
Быть рядом с тобой, это женское счастье,
Спасибо, что вместе мы, здесь и сейчас.
Давай позабудем о всех разногласьях,
Сдержаться порой не легко мне подчас.
Зато не злопамятна в жизни ни сколько,
Ведь прожили вместе с тобой столько лет…
Бывает порой одиноко и горько,
Когда тебя рядом со мной долго нет.
Всё ярко волшебно у всех по началу,
Но быт разъедает, как ржа все мечты.
Жалея себя, я порой забывала,
Что тоже хотелось тебе теплоты.
Ты истину мне объяснил прописную:
-Не стоит стесняться нахлынувших слёз.
Что любишь меня, вот такую родную.
Такую земную ты любишь всерьёз.
Мы есть друг у друга и это так много,
С тобой научились мы снова летать!
Обнявшись шагаем одною дорогой,
На тех, кто завидует нам — наплевать!
Чем больше нам дают запретов,
Тем нарушать приятней их…
Татьяна НИК
А завидовать, зай, никому не надо.
Знаешь, зависть-то — очень плохое чувство:
Отравлять может разум сильнее яда,
На душе твоей делая сразу пусто.
Не считай никогда, зай, чужие деньги,
Ты не знаешь, как что и кому досталось.
Может, люди, вставали на четвереньки,
Может быть, просили, давя на жалость,
Ну, а может, пахали до пота градом,
Ты попробуй сама и всего добьёшься.
Но завидовать, зай, никому не надо,
А иначе ведь в желчи ты задохнёшься.
У кого-то фигура всегда красивей,
У кого-то дети всегда умнее,
Чей-то муж всегда побогаче сильно,
Кто-то лучше тебя вышивать умеет,
Кто-то асс в стихах, ну, а кто-то в прозе,
Ты ни в чём? — На себя лишь держи обиду.
Чей-то танец поистине виртуозен…
Никому из них только не завидуй.
Кто-то долго строит свою карьеру,
За престижем гонится и за славой,
А другой своему просто предан делу,
И к зарплате там интерес лишь слабый.
Кто-то смотрит мир, много разъезжает,
И гордится очень своей свободой.
Ну, а кто-то счастье себе рожает,
Растворяясь в семье своей год за годом.
Не должно быть весов, на которых просто
Твою жизнь с чужой помещают в чаши.
Свой успех «до» — сравни ты с успехом «после»,
Над собой лучше, зайка, работой чаще.
«ТАК МНОГО В МИРЕ КРАСОТЫ»
Так много в мире красоты,
И радости, и счастья,
Создать букет из доброты,
Нам можно в одночасье.
Мир снова будет совершенным,
И радует чаруя нас,
Красивым, нежным, несравненным.
Ласкает душу нежность фраз.
Так много в жизни светлых дней,
И радостных минут,
Я счастлива в семье моей,
Все дни в любви бегут.
— Дoрoгaя, хoчу купить сeбe удoчку.
— Нo у тeбя 28 удoчeк, 8 спинингoв, 3 лoдки, 3 ящика воблеров и других приманок!
— Их рeбятa и рыба ужe видeли…
«МЫ С ТОБОЙ НЕБЕСАМИ ОБВЕНЧАНЫ»
Мы с тобой небесами обвенчаны,
Звезды в небе нам светят в ночи,
Несравненная, милая женщина,
Твои губы нежны и сладки.
Нежной негой любви упоенные,
Мы душою летим в небеса,
И к Всевышней любви устремлённые,
Молим Бога — Пройдёт пусть гроза.
А тучи грозные надвигаются,
Чёрный ворон кружит и кружит,
Но в любви Божий мир искупается,
И Любовь всех нас заворожит.
И отступят тогда тучи темные,
Ворон в лебедя оборотится,
И проснутся к добру души сонные,
Каждый сердцем к любви устремится.
Мы же будем с тобою, любимая,
Жизнь в любви на земле прославлять,
Ты — красивая. И ты — счастливая,
Ощути любви всю благодать.
Несравненная ты, моя женщина,
И дана мне Всевышней судьбой,
Мы с тобой небесами обвенчаны,
Потому, живи вместе со мной.