* * *
Одежда чистая, и нет тут грязного.
Однако ж мы умом грязны;
Внутрь загляните — душа то залатана,
И черви лезут из дыры.
Лето 1993 года.
Гоните прочь людей которые стараются занизить вашу самооценку, самодостаточной личности это не нужно.
Я прежде видела сквозь тучи звёзды,
Меня за крылья небеса держали,
Я слышала о чём молчат погосты,
И их покой, усыпанный печалью.
Я в птичий хор вливалась голосами,
В лучах рассвета растворялась взглядом,
В жизнь прорастала крепкими корнями,
И всё родное было где-то рядом.
Летят года… И небо стало толще —
Глазам уставшим не пробиться к звёздам,
Не держат крылья мысли мои больше,
И голос птицами мой не опознан.
Стекают думы в сонную простуду,
Теряют силы признаки желаний,
И ждёт усталость мой азарт повсюду,
Мне открывая дверь в воспоминанья.
Я прежде видела сквозь тучи звёзды,
Меня за крылья небеса держали…
Я слышу всё, о чём молчат погосты
С покоем их, усыпанным печалью…
Нужно уметь зреть в корень произошедшего. Всё в этой жизни чему-то нас учит. А если вы считаете, что это не так, то плохие из вас ученики.
Герда:
— Осколки злые с неба упадут.
И сердце станет каменным однажды.
Мой Кай, ты мой
На несколько минут,
А дальше вечность
И ничто не важно!
В хрустальном замке
Всё застыло льдом.
И совершенны красоты законы.
В хрустальном замке —
Чувства не живут.
Но если в сердце камень,
Кай, ты дома!
Кай:
— Меня никто об этом
Не спросил:
Как я попал в плен
К Снежной королеве?
Но я забыл о тех,
Кого любил.
Осколок в сердце —
И оно не верит!
Королева:
— Хотелось просто
Чуточку тепла.
Но снова ничего
Не получилось.
И никому я не желала
Зла,
А зеркало к несчастью
Вдруг разбилось.
Я замерзаю
Посреди зимы.
Мне холодно
От вечности и скуки.
Ведь даже Кай
Цветные видит сны,
А для меня бесцветны
Красок звуки.
Пусть красота
Прекрасна и чиста,
Но инеем моё
Покрыто сердце.
И слово «вечность»
Значит — «пустота».
Ведь лишь растаяв,
Я смогу согреться…
Чтобы не обделаться, надо подышать спокойно. Всеми местами, которыми можно обделаться.
Спонсором страховой полис, с взятками ушёл поезд!
Молитвы покаяния могут вывести к самому себе истинному.
Быть спокойным и быть безразличным-не одно и то же.
Мы жизнью идём со своими делами,
На минуты порой прикасаясь телами.
Желанье, оргазм и желание вновь,
А где тут любовь? Отрада любовь?
Высокие чувства, как липкое тесто,
Им в печке любви не находится места.
Потому, отсырев в полутёмных углах —
Их в помойку бросают у нас на глазах.
И часто бывает, стыдимся признаться,
Что движет сознанием жажда еб@ться.
Лишь напряжение хлынет к ширинкам,
Вмиг предаёмся животным инстинктам.
Нежно и жестко, но все с нетерпением,
Кто-то на равных, а кто с угнетением.
Желанье, оргазм и желание вновь,
А где-то над этим витает любовь.
(28.03.18)
Всю жизнь прожив и то, не всякий знает:
Невинных шалостей на свете не бывает.
Коль тело с разумом порою не в ладу,
Грехи не замолить уже в аду!
«Доброе утро, — говорил Маленький Ангел, — это ленивое утро.
Когда ты не вскакиваешь от безнадёжного пения будильника, а ПРОБУЖДАЕШЬСЯ, неторопливо и с удовольствием.
Когда ты внимательно разглядываешь своё отражение в зеркале и улыбаешься себе Зеркальной, потому что и для этого у тебя есть минутка времени.
Когда ты ВКУШАЕШЬ завтрак, пусть даже и совсем обычный.
Когда даже утренний автобус обстоятелен и нетороплив.
Когда ты никуда не торопишься и никуда не опаздываешь.
Когда у тебя есть возможность пройтись немного, словно растворяясь в этой весне, не обращая внимания на детали и подробности, не думая ни о чём, впитывая солнечность и плывя куда-то по течению, с невидимыми и едва ощутимыми потоками воздуха, тепла, света…
Когда — неожиданно — получаешь волнующий привет от того, кто тебе просто дорог.
Доброе утро — это предвкушение тысячи добрых дел и доброго дня.
Добрых тебе утр!..»
Сегодня первый дождь после зимы, гроза и сегодня меня бросил мой родной человек.
* Наверное каждый ощущал такую боль, или может быть вы столкнетесь с этой болью очень скоро. Все мы проходим через это, и иногда это даже нужно.
* Знаете, это боль сильнее физической. Физическую боль можно обезболить лекарствами, уколами, а душевную нельзя. От душевной боли нету обезболивающего.
Вот вы только представьте, все у вас хорошо, прекрасно, ваш любимый человек рядом с вами, вам кажется, будто с ним вы проведете всю вашу жизнь, строите планы на будущее и так далее. Но в один день все рушится. Это как во время объятий нож в спину. Вы ничего не подозреваете, все вроде бы хорошо, вам нравится, вы ничего не подозреваете, вы верите этому человеку, но он втыкает вам нож в спину. Вы не понимаете из-за чего, что произошло. И потом вас просто ломает. Тогда слезы каждый день для вас-это уже привычка, ваш пустой, равнодушный взгляд-это нормально.
Я долго думала по этому поводу и по-мне нужно убить в себе эти чувства как любовь, привязанность
* Любви нет, может быть кто-то будет пытаться отрицать это, но когда они сами познают эту боль, они будут согласны со мной.
за очагом в каморке карло
пятнадцать женщин и мужчин
и дробный стук китайских швейных
машин
Степной ковыль колышет суховей…
На фронтовых полях — проростки хлеба…
Спасибо, дед, за то, что сыновей
Своих вскормила я под мирным небом!
Медалей нет за мужество и честь
У поколенья «без вести пропавших»…
Я знаю, дед, что ты лежишь не здесь,
Из-под небес глядишь на мир уставший…
Наш мир, уставший от локальных войн,
Пожарищ и природных катаклизмов.
Наш мир, когда-то сильный и большой,
Вдруг сжался под угрозой терроризма…
Страны ТОЙ больше нет! И знаешь, дед,
Историки продажные, как б**ди!
Но верю я, что СЛАВУ ТЕХ ПОБЕД
Мы никогда не отдадим! Ни пяди
На поруганье! И любить сильней
Мы будем жизнь, что подарили деды!
А павшие в Афгане и Чечне
Погибли, так и не познав победы…
Я знаю, дед, что здесь лежишь не ты…
Сегодня так у обелисков тесно…
Но чьи-то внуки принесут цветы
К подножию могилы неизвестной!
И в нашем поколении саднит
В фантомных ранах боль под орденами!
Величие и скорбь гранитных плит
Май укрывает свежими цветами…
ВСЕМ ПАВШИМ ЗА РОДИНУ ВЕЧНАЯ СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ!!!