На свалке памяти я прошлое храню…
От ржавой истины до тлеющих страниц.
И в одиночестве на каменном краю,
Мне с ветром хочется ворваться в стаю птиц.

Сорвать огни небесно-светлых фонарей
И помечтать в тиши… допив с сиропом чай.
Полжизни я стоял у запертых дверей,
С холодным чувством, что и там давно не рай.

И струны рвал, да так, что в небе сам Господь
С дождём рыдал, стуча по гладкому стеклу.
Боясь, что я свою клинком испорчу плоть,
Забившись в мрачном, запылившимся углу.

И разрывая над камином черновик,
Сжигал всё то, что болью рвётся изнутри.
А на окне дрожал печальный лунный блик,
И ночь седая зажигала фонари.