Картину Карла Павловича Брюллова «Последний день Помпеи» знают даже те, кто бесконечно далек от искусства, а иметь в своих фондах хотя бы один его рисунок - честь для любого музея. Все картины Брюллова - это удивительное путешествие по страницам жизни великого мастера. Мы вспоминаем, как создавались полотна, снискавшие художнику мировую славу…

Так получилось, что попав двадцатилетним юношей в страну, которую по праву называют «колыбелью современной цивилизации», Карл Павлович Брюллов настолько привязался к Италии, что и свой последний покой он обрел на одном из кладбищ Рима.

Многие полотна известного живописца являются отражением итальянских мотивов. Достаточно вспомнить «Девушку, собирающую виноград в окрестностях Неаполя» (1827 г.) или «Итальянский полдень» (1827 г.).

«Итальянский полдень»

(Государственный Русский музей)

Будущий живописец рос в творческой семье - его отец Павел Брюлло был академиком орнаментальной скульптуры, и все семеро детей в семье так или иначе занимались искусством. Но именно слабому и болезненному Карлу выпала самая счастливая судьба. В 10 лет Карла приняли в Петербургскую академию художеств, в стенах которой он провел 12 лет.

В 1822 году он заслужил пенсионерскую стипендию на четыре года для себя и брата Александра. Перед отъездом в Италию они добавили к родовой фамилии букву «В» и стали Брюлловыми.

Италия пленила молодого художника, он увлекся жанровыми сценами из быта местных жителей. В 1827 году он попросил невысокую плотную молодую итальянку быть его моделью для небольшого этюда.

Из него впоследствии родилась картина «Итальянский полдень», ставшая парной написанному четырьмя годами ранее «Итальянскому утру». Тогда же были написаны сходные по колориту «Праздник сбора винограда» и «Девушка, собирающая виноград в окрестностях Неаполя».

«Полдень» стал причиной разрыва Брюллова с Императорским обществом поощрения художеств - на выставке в Петербурге картина вызвала скандал, а критики назвали модель несоразмерной.

«Я решился искать того предположенного разнообразия в тех формах простой натуры, которые нам чаще встречаются и нередко даже более нравятся, нежели строгая красота статуй», - отвечал критикам автор.

«Портрет графини Ю. П. Самойловой, удаляющейся с бала с воспитанницей Амацилией Пачини»

(Государственный Русский музей)

Графиню Юлию Павловну Самойлову Брюллов повстречал в 1827 году на званом вечере. Дочь генерала Палена и Марии Скавронской, она в тот год разошлась с мужем, флигель-адъютантом императора графом Николаем Самойловым, с которым прожила вместе всего два года.

После разрыва Юлия Павловна уехала в Италию, в Милане вошла в местное высшее общество, окружила себя художниками и покровительствовала искусствам.

Брюллов был покорен ее средиземноморской красотой, грацией, умом и независимостью. Долгие годы она оставалась для него художественным идеалом, близким другом и дамой сердца.

За несколько десятилетий он написал не один ее портрет. На полотне 1842 года ее красота предстает во всем великолепии на фоне пышных карнавальных интерьеров. А ее пестрый наряд словно напоминает о милой сердцу художника Италии, откуда родом, кстати, были дальние предки графини.

«Последний день Помпеи»

(Государственный Русский музей)

Очарованный Самойловой, Брюллов в 1830 году предложил ей отправиться вместе осматривать развалины Помпеи и Геркуланума. Археология была тогда в моде, потому что в 1828 году произошло очередное извержение Везувия.

Работу над новой картиной Брюллов начал по заказу мецената Анатолия Демидова и даже не подозревал, что картина станет пиком его карьеры. Создание шедевра заняло три года. За это время Брюллов изучил массу литературы о древней катастрофе и побывал на раскопках, где сделал ряд эскизов пейзажа.

Известно, что на полотне изображена часть улицы Гробниц, которую художник писал стоя спиной к городским воротам. Остались десятки, если не сотни эскизов с фигурами людей, которых он старался изобразить максимально эмоционально. В левом углу он написал себя - художника, спасающего рисовальные принадлежности.

Также на картине трижды «упоминается» графиня Юлия Самойлова: женщина с кувшином на голове в левой части полотна, разбившаяся насмерть женщина на мостовой в центре полотна и мать, привлекающая к себе дочерей, в левом углу.

Полотно выставлялось в Риме, где получило восторженные отклики критиков, после чего было переправлено в парижский Лувр. Эта работа стала первой картиной художника, вызвавшей такой интерес за рубежом.

В 1834 году картина «Последний день Помпеи» получила золотую медаль в Париже и была отправлена в Петербург. Александр Тургенев говорил, что она составила славу России и Италии. А Александр Пушкин написал строки «Кумиры падают! Народ, гонимый страхом…».

Николай I удостоил художника личной аудиенции и наградил Карла лавровым венком, после этого его называли «Карл Великий». После открытия Русского музея в 1895 году полотно переехало туда.

«Всадница»

(Третьяковская галерея)

В 1832 году графиня Юлия Самойлова попросила своего сердечного друга написать портрет ее воспитанницы Джованины Пачини. В качестве сюжета художник выбрал конную прогулку: Джованина подъезжает на коне к дому приемной матери, у подъезда которого ее восторженно встречает одетая в розовое платье и зеленые туфельки ее младшая сестра Амалиция.

Известно, что Амалицию Самойлова взяла на воспитание от ее отца итальянского композитора Джованни Пачини. Джованина, кажется, не была ее родной сестрой - четкой версии ее происхождения нет.

Художник назвал свою работу «Джованина на лошади». В углу справа, изображена мохнатая собака, на ошейнике которой стоит фамилия заказчицы полотна - «Samoylova».

Надпись надписью, но так или иначе искусствоведы доказали, что прекрасная всадница вовсе не Юлия Павловна. Более поздние произведения Карла Павловича «Портрет графини Ю.П. Самойловой удаляющейся с бала с приемной дочерью Амалицией», а также «Портрет Ю.П. Самойловой с воспитанницей Джованиной и арапчонком» являются прямым доказательством того, что графиня имеет лишь косвенное отношение к девушке и девочке, изображенным на картине.

Прекрасные создания - это ее воспитанницы Джованина и Амацилия Пачини. Известно, что Амацилия - маленькая девочка, с восторгом наблюдающая за старшей подругой, была дочерью итальянского композитора, который являлся другом Юлии Павловны.

О главной героине шедевра известно мало. Одна из версий звучит следующим образом: настоящее имя Джованины - Кармине Бертолотти и она являлась дочерью Клементины Перри, которая в свой черед была сестрой второго мужа Самойловой. Известно также, что в Италии существуют гравюры с этой картины, считающиеся портретом знаменитой певицы Малибаран, сестры Полины Виардо. Такая вот получилась «Санта - Барбара».

Кем бы ни была прекрасная «Всадница» - Джованиной, Кармине или родственницей Полины Виардо - на картине прекрасная, юная и смелая девушка. Благородство лица и гордость осанки говорит о том, что не суть важно какой титул она носила при жизни, но в ее жилах точно текла «голубая» кровь.

В 1832 году картина была выставлена в Милане, в галерее Брера, после чего оставалась в собрании графини, которое было распродано в 1872 году, незадолго до смерти разорившейся Самойловой. В 1896 году «Всадница» была приобретена для галереи П. М. Третьякова.

«Вирсавия»

(Третьяковская галерея)

«Однажды под вечер Давид, встав с постели, прогуливался на кровле царского дома и увидел с кровли купающуюся женщину; а та женщина была очень красива. И послал Давид разведать, кто эта женщина? И сказали ему: это Вирсавия, дочь Елиама, жена Урии Хеттеянина», - написано в Библии.

До Брюллова русские живописцы почти не обращались к обнаженной натуре, а женские модели даже не ставились в стенах Академии искусств. Испытать новый жанр его вдохновили помпеянские росписи, увиденные им во время поездок по Италии.

«Вирсавия» посвящена библейской истории, в которой царь Давид отправил мужа красавицы на гибель, чтобы завладеть ею.

Александр Бенуа назвал «Вирсавию», написанную в 1832 году, «сладострастной и блестящей по краскам». Брюллов работал над ней несколько лет и едва не отчаялся, поняв, что библейская история не получилась - однажды он даже запустил в картину сапогом…

В незавершенном виде картину купил меценат, который позже передал ее в Третьяковскую галерею. Так она и осталась с непрописанными полупрозрачными кистями рук.

В 1835 году Карл Брюллов вернулся в Россию, чтобы занять должность профессора в Академии художеств. Его ждали несчастливый и короткий брак с ученицей Шопена Эмилией Тимм, новая встреча с графиней Самойловой и новые полотна.

В 1847 году он пережил тяжелую простуду и слег, а в 1849 по настоянию врачей уехал на остров Мадейра. Лечение не помогло, и в 1852 году художник скончался в небольшом городе недалеко от Рима. Он похоронен на кладбище Монте Тестаччо, римском кладбище для иностранцев-некатоликов.