Ложимся в чужую воду, стоим на своем песке.
Предсказываем погоду по волнам на потолке,
по бурям - в пустом стакане, по засухам слов - во рту.
Никто никого не станет угадывать за версту.
Никто никого не будет рукой выбирать со дна.
Посмотришь - как будто люди.
Послушаешь - тишина.
У многих сдавали нервы. Но вовсе не потому
Кому-то придётся первым глаза открывать во тьму,
Где бесятся боль и жалость - от голода и тоски.
Чужая вода, казалось.
Казалось, свои пески.
Не мы обретаем в плоти, но плоть обретает в нас -
Того, кто стоит напротив
и не опускает глаз.