Свежесодранной волчьей шкурой
расстилалась под небом степь,
И луна, озираясь хмуро,
…исподлобья сочила свет
на поля, на луга, на горы
…жёлтой патокой тишины,
а ветрА оголтелой сворой
рвали рощицы за штаны…
Два патрона… один - навылет…
Смерть - волчице…
Охотник - рад…
Сучье племя - собаки - взвыли,
нервной дрожью смирив азарт…
Дымом - кровь…
…преисподней - пасти…
Тушу - в сани…
…и перекур…
Много ль надо ловцам для счастья? -
пару-тройку звериных шкур,
да уйти
к потайной избушке -
слушать ветер в печной трубе…
По сто грамм…
Ну, а после тушу
освежовывать
на дворе…
Как вернЫ и точны движенья -
нож легко полоснёт живот,
пальцы быстро… без напряженья
между ребер скользнут
и вот
на ладони кровавым сгустком
сердце волчье…
- Ко мне, Дружок!
Хочешь мяса? Попробуй… вкусно…
На вот… ешь…Ешь, сказал… щщщенок!
И слюной истекая,
жадно,
торопливо
вгрызался пёс
в мякоть волчьего миокарда,
кровью вымазав теплый нос…
Вдруг незримо… в лицо убийцы
недоверчиво… с холодком
заглянула душа волчицы
Дрожь - по телу…
И в горле - ком…
- Что-то ветром подуло… чуешь?
Эй, Дружок… заходи-ка в дом…
Хрен с ней… с тушей… доосвежуем…
как-нибудь не сейчас… потом…
Поплотнее захлопнув ставни,
он не видел, как в лунный свет,
серпантином вплетался странный,
незатейливый, волчий след -
так Душа уходила к звёздам,
унося с собой тайный груз,
чтобы вечером зимним… поздним…
источать колдовскую грусть…
И с тех пор по ночам не спится
ни охотнику и ни псу -
голубые глаза Волчицы
льют с холодных небес росу…
Сколько вызрело полнолуний!
Сердце мается - вой не вой:
не забыть той Волчицы юной -
видно, душу, взяла с собой…