Он - отражение древних смальт -
скалился с неба, врастал в асфальт,
розовых бабочек выдыхал -
хлопьями крови в пустой оскал
и проходил сквозь стекло витрин -
к счастью, целехонек… невредим…
уголь помешивал в топке глаз,
он - сам себе был угарный газ…
он - сам себя распинал и жёг,
каждое слово - электрошок…
взгляд его тёмен - силён и зол -
словно в затылок направлен ствол…
в чёрных зрачках холодела грусть,
он сам себя вырывал, как куст,
с корнем из почвы чужих садов,
он сам себе переплавил кровь
в черное олово… в битум… смоль,
он научился лелеять боль
и выходить прямиком в окно,
в чёрном и длинном до пят пальто…
но невзначай заключил контракт,
просто, не глядя… сто лет назад…
слишком уверен был… и не знал,
ЧТО по наивности подписал…
Душа моя-тебе я вновь шепчу,
Отрада сердца моего и мыслей
Мой кислород, тобою я дышу
Ты Богом данный мне мужчина.
Ты оберег и талисман,
Что ангелы на крыльях носят,
Спаситель, рыцарь и дурман
Сокровище мое, целитель.
Ты чудище и зверь лесной
Из сказки «аленький цветочек»
Стоишь и смотришь в стороне
Как я живу, дышу тобою
Колодец ты с живой водой
Мираж в пустыне жаркой очень
Мое снотворное, покой
Наверно я больна тобою.
Чувствует ли человек, что из-за него плачут?
Чувствует ли то, что за него молятся?
А может слышит, как его вспоминают?
Как имя его на запястье выводится?
А ты смог бы её отпустить, если б сильно любил,
Если б в ней, как во мне, каждый день вдохновение видел?
Если б искренне, глядя в глаза, о любви говорил,
Или если бы так беспощадно тогда не обидел?
А ты смог бы прожить без её милых глаз 10 лет,
Если б помнил о ней каждый миг, провожая то время?
Наблюдая с тоской столь любимый её портрет…
Ты же всадник, малыш, а она - твоё верное стремя.
А ты смог бы не думать о ней, когда рядом со мной,
Если б я тебя, милый, об этом не попросила?
Отвечаешь ты мне, как обычно, немой тишиной…
Ты был мною убит, а она тебя воскресила…
Таня Домарева
Украдкой, сразу душу наизнанку:
«Привет…» и не могу дышать.
Иду, в висках стучит, держу осанку,
Но хочется мгновенно убежать
Куда-нибудь и спрятаться за угол,
Выглядывая вскользь исподтишка.
И небо вдруг накрыло, словно купол.
К тебе не подойду - тонка кишка.
И страшно, и опасно, и… жалею…
Что больше не могу твоею быть.
Мне притворяться трудно, не умею
Я делать вид, что ты уже забыт.
Таня Домарева
Взглянуть в твои глаза мне разреши,
Почувствуй, сердце бьется учащённо.
Глаза ведь - это зеркало души,
А это значит, что твоя душа бездонна.
Таня Домарева
Мне сон не идёт.
И уж мысли не
Всё валиться с рук.
О тебе лишь мечты.
Упасть на колени.
Душу продасть.
За счастье одно - Тебя повидать…
Бывает так: сойдешь с ума… а остановка не твоя!
Так жалобно… несчастно… скрипнет дверь…
Шаги по лестнице… всё дальше… и всё глуше…
Себе твержу по-прежнему… не верь…
Ему не верь, что он тебе не нужен…
От одиночества… взорвутся Небеса…
Обоими проиграна… та битва…
А надо было лишь взглянуть в глаза…
Ничьи…
Эмоций выцвела палитра…
А стрелял - не думал, сколько крови выльет,
Сколько струн порвется от протяжных нот…
Только бы навылет, только бы навылет!..
Выйдет под лопаткой - значит заживет…
Если же застрянет - загниет, отравит,
Подогнет колени, раскалит виски…
Не промоют ливни, не залечат травы,
Никогда не станут облака близки…
Капсулу литую заряжая пылью,
Приставлял, не целясь, к правому плечу…
Только бы навылет, только бы навылет…
Вечно с этой болью -
Не хочу…
Я упиваюсь твоим электронным светом
На донышке своей тёмной большой квартиры.
Пожалуйста, дозвонись мне сквозь это лето
И укажи самые точные ориентиры.
Поскольку всё прежнее было немаловажным,
Но всё же забылось, стёрлось, искоренилось,
Мне жить бы в нагрудном кармане твоём бумажной
Цветной фотографией той, что тебе приснилась.
Мне быть бы тебе опорой, воскресным утром,
Любимой футболкой, солнышком в декабре.
Я просто дышу тем, что вдруг происходит чудо -
Ты есть. И ты ходишь со мной по одной земле.
оттого вся борьба, безнадёжные войны,
завершенные вало-
кордином во рту:
не бывать ничему положительно полным,
во второй половине храня пустоту.
Раздухарились черти всех мастей…
дождь третьи сутки душит как петля…
из тысячи негаданных гостей
лишь ты одна - сложней, чем жизнь моя…
очнулся дом от сучьей пустоты,
полощет бритвой чуть подтёкший взгляд,
и тапочки - на две таких, как ты,
тебя сейчас особенно стройнят…
клубится дым под приглушённый свет,
душа скулит как твой простывший зонт,
и что-то происходит в голове
от запаха ментола и Кензо…
и время понеслось куда-то вспять,
и линия колен как западня,
и мне впервые хочется молчать,
чтоб ты хоть раз услышала меня…
но ты спешишь и не глядишь в глаза,
ведь где-то там проблемы и дела…
пожалуйста, побудь хоть полчаса -
где на всю жизнь остаться не смогла…
Когда Бог хочет разбить человеку сердце, он дает ему больше ума.
Самое назойливое чувство - это чувство реальности…