В памяти моей тот день,
Я помню всё, как в первый раз…
Аромат твоих духов
И блеск небесных милых глаз.
Не поверил судьбе
И думал, мне это снится…
Я растаял, как снег
На твоих ресницах.
Карман мал для чувств, рвутся нити кармана
Звуки застыли, не сложившись в слова,
Сердце заходится рабочим барабаном,
Я рассыпаюсь как мелочь из кошелька.
Родственники поэта гадают на капучино,
Журналисты подливают кипяток спекуляций:
Все же сам или нет? Каковы причины?
Вот вам десерт для дальнейших манипуляций.
Небо вращается, не успеваю привыкнуть,
Руки не слушаются, иногда голова
Из сердца Поэта как пять баксов не выкинуть,
И не вложить его как десятку туда.
. К старости жажда жизни, как это назвал классик, возвращается вновь, когда понимаешь, что каждый день, каждый восход, каждый упавший лист, каждое дуновение ветерка может стать последним. И вот-вот в твою дверь постучится костлявая с косой… Только сейчас и начинаешь по-настоящему ценить то немногое, что имеешь, и то многое, что когда-то по глупости растерял в этой своей нелепой погоне, которую принимал за существование, - друзей, любовь, свои привязанности… Себя самого, в конце концов…
Она была красивою и юною,
Такой чистой, как капля росы.
Её душа переливалась струнами,
Она верила в знаки и сны.
В её глазах тонули очень многие,
Камнем вниз их тянуло до дна…
Дрались за неё демоны и боги, но Неприступной осталась она.
Казалось, что расставлены все точки, и Что сценарий написан давно.
Пока в её глазах небесной красоты
Не зажглась ярким светом любовь…
Теперь облака между нами, с тобой не поговорить.
Ты знаешь, как больно, мама, одной по земле ходить.
Как хочется мне до озноба прижаться к рукам твоим,
Тебе рассказать о взрослой, о первой моей любви.
Как холодно и одиноко, как страшно решать самой,
А мне на мгновенье только услышать бы голос твой.
Любовь словно дождь подступает, мне с ним хорошо молчать,
И если ты слышишь, мама, скажи, что ему сказать.
Самое сложное - это быть любимой. Не любить.
Дети принимают любовь как воздух, как молоко.
Но взрослые, взрослые научились бояться ясности, бояться наготы.
Взрослый вдруг болезненно ощущает себя самого и задается вопросом: кто это осмеливается утверждать, что он меня любит?
Кто это уверяет, что он знает меня настолько хорошо, чтобы любить?
Гораздо легче любить человека, изливать на него свою любовь, как воду из кувшина, кружка за кружкой, чем принимать любовь, наполняться любовью другого человека, чужого человека, который с каждой минутой становится все ближе и роднее…
Он может уйти, ничего не сказав
Не пригибая спины, голову не клоня.
Подумают: вот он ушел, ему на всех нас плевать,
А он с разрывом на сердце, будет в душе рыдать.
(Бr)
Чувство меры не знает.
..когда падала звезда, нужно было непременно успеть закрыть глаза и не позволить себе загадывать, потому что желаний было столько, что становилось страшно - вдруг с ночного неба осыплются все точки…
Наколдуют зарницы тепло. Чтобы пальцы согрелись, не зябли.
Ветры, ветры надуют с югов крошки соли морской.
Я хочу, чтоб следы оставались минутно. Чтоб взгляды
Были чуть выразительней, чаще, с душой.
Воооон, на небе, узор мириадами всплесков огней.
Где достаточно места любому, что горький иль сладок.
Я хочу, чтобы каждый не сведал, как это «ничей»,
И гадалка сулила добро, поглядев на осадок.
Верить, чувствовать, жить.
Поднимать, подниматься.
-ты уйдешь?..
-а.можно остаться?..
Миллионы людей решили избегать чувствительности. Они стали толстокожими, и только для того чтобы защититься, чтобы никто не мог причинить им боль. Но цена очень велика. Никто не может причинить им боли, но никто не может и сделать их счастливыми.
Когда вы открыты, погода бывает всякая; иногда пасмурно, иногда солнечно. Но если вы сидите, запершись в своей пещере, пасмурной погоды не будет, но и не будет солнца. Хорошо выйти наружу и танцевать на солнце - да, иногда будет грустно, будет пасмурно, а иногда - очень ветрено. Вышедшему из пещеры открываются все возможности, и в числе прочих - ему могут причинить боль… но это только одна возможность из многих.
Не думайте о ней слишком много, иначе вы снова закроетесь. Возможностей миллионы; думайте и о других вещах. Вы станете счастливее; в вас станет больше любви. Вы будете более открытым, и люди будут более открыты вам. Вы будете способны смеяться, будете способны праздновать.
Есть тысяча и одна возможность. Зачем выбирать только одну - ту, в которой вам могут причинить боль?
Спящая
Какую тайну пьет в пьянеющем цвету
Возлюбленной моей дыханье колдовское?
Какой наивный луч, свечение какое
Питает женщины уснувшей красоту?
Подобных недругов не знать я предпочту:
Непобедимых снов безмолвно дно морское, -
Ты в торжествующем растаяла покое,
В ненарушимую закуталась фату.
О тяжесть забытья и мрака золотого,
Ты жутким сном своим вознаграждать готова, -
Под спелой гроздью лань уснула у ручья.
Пока душа грешит, в аду ища защиты,
Ладонью заслонясь, живая плоть твоя
Не спит и потому глаза мои открыты.
Пер. А. Кокотова
День опять погас,
Будто бы для нас не было весны,
Словно были только сны.
За окном февраль - в нем твоя печаль.
Ты безмолвен. Жаль…
Ты опять не спишь, смотришь и молчишь,
Все слова немы, словно это и не мы.
Не моя вина, что время, как стена.
Ты безмолвен. Я одна…
С тобою, но одна…
Но я люблю всё, чем дышишь ты.
Я прощу все твои мечты.
Я с тобой. Каждый день твой с тобой
Я живу, если ты живешь, я умру, если ты уйдешь.
Я люблю. Я тебя люблю.
День опять погас.
С нами и без нас
Наступает ночь и уносит прочь
Раннюю звезду и мою беду.
Ты безмолвен. я в бреду…
Но я люблю всё, чем дышишь ты.
Я прощу все твои мечты.
Я с тобой. Каждый день твой с тобой
Я живу, если ты живешь, я умру, если ты уйдешь.
Я люблю. Я тебя люблю.
День опять погас.
День опять погас…
О Месяц, как бесшумен твой восход!
Как бледен лик твой, как печален он!
Иль даже там, где ясен небосклон,
Упорный лучник стрел не уберет?
В Любви немало ведал я невзгод,
И видно мне, что ты, как я, влюблен;
Твой облик - скорби полон, изможден -
Твое родство со мною выдает.
Товарищ по несчастью, молви мне:
Ужели верная Любовь глупа,
Ужели даже в горней вышине
Красавиц горделивая толпа
Любимой любит быть и мучит всех,
А Добродетель вызывает смех?
Пер. В. Рогова
Что-то я уже и не пойму
Может я люблю совсем не ту Может вновь ошибся в чувствах я Я бегу от мысли, от себя.
Только время ведь возьмёт своё
Кто-то сейчас несчастлив без неё
Встретиться с ней был бы просто рад
Боже, перед ними виноват.
И теченьем снова занесло
А любовь моя к тебе немая
Равнодушием причинял ей зло
Поняла… В моей душе другая.
Понила, и всё же без меня
Свою жизнь никак не представляла
Бред какой гуляю до утра
А она ещё вернее стала
Ненавидь, пожалуйста меня
Мы с тобой давно уже не пара
И прости… за то что иногда
В слезах сиротских засыпала.
Заглушить шум мыслей, может только тишина души.