Как мысли «достают" -
Неведом им покой.
Что есть-
Добро,
Что-
Зло
Так трудно объяснимо.
И для себя найдёшь
Ответ всегда лишь
Свой
Ведь человек-
Разумен,
Он -
Не «быдло»,
Не «скотина».
Идёшь порой,
У чувств на «поводу».
И это-
И опасно, и-
Прекрасно.
И твёрдо знай,
Что трудности-
«На время»,
А будущее-
Счастливо и Ясно.
Все могут многое
Менять-
И место пребывания,
И собственное мненье.
Лишь от себя-
Никак не убежать,
И трудно задавить в себе
Сомненья.
В «развилке» чувств
Находишься порой-
И знаешь, и уверен-
Только-
Всё же.
Все же.
Чего не знаешь-
Вызывает страх,
Как в летний зной-
«Холодный» пот на Коже.
Сомнений ржавчину
С мыслей своих
Сотри.
Есть цель-
Её добейся всё же.
Всего лишь-
Действуй
И удача-
Впереди.
Оставь сомнений-страхов
Ложе.
Прости, я слишком много пожелал -
В любви к тебе всегда быть человеком.
В наш дерзкий век я дерзко возмечтал
Быть впереди, а не плестись за веком.
Готовя для тебя столь редкий дар,
Ни в чем любви не ставил я границы.
Но кто стремится к Солнцу, как Икар,
Тот должен быть готовым и разбиться.
И вот лежу, изломан меж камней.
Оборваны мои пути-дороги.
Целую тихо землю… Ведь по ней
Идут твои стремительные ноги.
Ну что ж… Одна иди своим путем.
…Еще не раз мы встретимся на нем!
Куда мне деть твое «Прости»?
Повесить в рамку над кроватью,
Носить под стильным черным платьем,
Или оставить взаперти?
Куда мне деть твое «Прости»?
Вливать по букве в рюмку с водкой,
Убить чугунной сковородкой,
Или развеять с конфетти?
Куда мне деть твое «Прости»?
Добавить в новый гель для душа,
Подать под соусом на ужин,
Или в косички заплести?
Куда мне деть твое «Прости»?
Тушить десятой сигаретой,
Вложить в вечерние сюжеты,
Или потомкам донести?
Куда мне деть твое «Прости»?
Свернуть конвертом аккуратно,
Разлить по чашкам в аппаратной,
Или в святыню возвести?
Куда, куда его нести?
«Прости» - твой гимн, и жизнь, и кредо,
И упование победой…
Серое небо при тихой погоде,
Ягод краснеющих горький запах.
Осень неслышно всегда приходит -
Рыжая кошка на мягких лапах.
Смотрит прищуренным желтым глазом,
Рыжий хвост задерет повыше,
И пожелтели все листья разом,
И зашуршали, как в страхе мыши.
Кошка играет с ними, гоняет,
Нюхает ветер, пушистит шкуру,
Осень цвета меняет - линяет
Кошка, из рыжей становится бурой.
Только хвостом махнет, убегая,
Кошка-осень. Но с первым снегом
Крадучись, кошка придет другая -
Голубоглазая с белым мехом.
Не верь.
Не бойся.
Не проси.
Имей терпенье
И храни молчанье.
Увидишь-
Сбутутся тогда
Твои заветные
Желанья.
Кот открыл глаза, -
Солнце в них попалось.
Кот закрыл глаза, -
Солнце в них осталось.
Может, потому
Две блестящих точки
Вижу я сквозь тьму
Ночью в уголочке.
Хранить, от самого себя скрывая, секрет,
и маяться бессонницей в ночи.
Курить. Писать.
И ждать, когда кривая сведёт,
а может быть, расставит «кирпичи».
Жить вполовину - в состоянии оффлайна,
дышать на полную, когда она в сети,
и чувствовать, как шёлковая тайна
скользит и открывается… почти.
Осознавать, как в этом смысла мало
и понимать, насколько всё всерьёз,
и хмурым утром в зеркало смотреть устало.
И на немой не отвечать вопрос.
Откуда быть ответам, когда всё так
в клубок переплелось?
И думать, глядя в ночь.
Лежать без света
и строить, строить, строить,
строить мост от, А до Б.
Рвать резко одеяло,
злясь на себя и глупые мечты.
В сон уходить прыжком,
как в горный слалом,
в надежде убежать от маеты.
Жить. Просто жить.
Принять как аксиому
всё то, что есть - а завтра будет день.
. Они, по сути, толком не знакомы -
он плюс она.
И общая мигрень…
Есть много «проклятых»
Вопросов.
Страшнее всех их-
Почему?
Ну, почему-
Всё в жизни так
Случилось.
И сколь не размышляю
Так и не пойму.
От Почему?-
Рождаются другие-
За что? и-
Как теперь же Быть?
И множатся вопросы
Без ответов.
Ответа -нет.
Но и вопросов-
Не забыть.
Привычка врать
Всем въелась крепко
«В кожу».
И слишком часто лжём-
И в чувствах и в Словах.
Поделать с этим
Ничего не можем-
В основе лжи-
Всегда обычный
Страх.
Страх -
Потерять.
Солгавши-
Сохраняем то,
Зачастую,
Что не стоит и Хранить.
Лжой жизнь заполнив-
И окружающих мы в ней
Подозреваем.
И путаемся
В лжи.
Ведь с нею-
Трудно жить.
Старый шут в колпаке с погремушками
Жадно смотрит слепыми глазами.
Он играет пустыми игрушками:
Верой, нежностью, болью и завистью,
Расплетает букет с незабудками
И катает по блюду горошины,
И смеётся так громко,
Как будто бы В его жизни так много хорошего…
Ищите в жизни позитив,
Умейте радоваться счастью-
Тогда, все ставки перекрыв,
Ложаться карты нужной мастью!
Замерзла? Дай, тебя
согрею!
Обнял ее, прижав к груди,
Губами жарко тронул
шею,
- Ты подожди, не уходи!
Ему хотелось защитить,
Вот так держать ее в объятьях,
Ласкать ее,
боготворить…
Погибнуть даже на распятьях…
Рукой пройтись по мягкой коже,
Поймать в ладонях
сердца стук,
- Как ты прекрасна, -
вздрогнул, - Боже!
Заметил он ее испуг…
- Обидел?
- Нет! - и улыбнулась,
Тебя колотит тоже
дрожь! -
Ко лбу губами
прикоснулась,
- Ты весь горишь! Ну, ты даешь…
Их губы вновь
соприкоснулись,
И нежность, страсть и глубина…
Мужчина с женщиной
проснулись…
А за окном уже весна…
В толпе на мокрой остановке
Стояла женщина одна
Ничем особым не видна.
Таким не смотрят в след мужчины,
Но в этот раз была причина;
Был рядом с ней, ни дать, ни взять.
Прекрасный принц - краса и стать.
От толкотни, своей рукой
Он ограждал ее покой.
За милой ревностно следя,
Прикрыл фуражкой от дождя.
Меж женщин шепоток прошел;
, Ну надо ж! Что он в ней нашел?!"
А ей, казалось нету дела,
Что на нее толпа глядела
В трамвай он подал руку ей.
Но, оглянувшись из дверей.
Как Жанна Д-Арк с костра людского
Она свое сказала слово:
, Когда делил БОГ красоту,
Я не смогла принять участье.
Проснулась я в минуту ту,
Когда делить он начал, СЧАСТЬЕ".
Ушел трамвай, мы вслед глядели,
И в ушах слова ее звенели.
, Проснитесь, женщины! К себе,
Не относитесь слишком строго.
Ведь счастье спит в любой судьбе.
Еще любви и счастья много.
Пока не разделенных БОГОМ
Волшебная скрипка.
.
.
Милый мальчик, ты так весел, так светла твоя улыбка,
Не проси об этом счастье, отравляющем миры,
Ты не знаешь, ты не знаешь, что такое эта скрипка,
Что такое тёмный ужас начинателя игры!
.
Тот, кто взял её однажды в повелительные руки,
У того исчез навеки безмятежный свет очей,
Духи ада любят слушать эти царственные звуки,
Бродят бешеные волки по дороге скрипачей.
.
Надо вечно петь и плакать этим струнам, звонким струнам,
Вечно должен биться, виться обезумевший смычок,
И под солнцем, и под вьюгой, под белеющим буруном,
И когда пылает запад, и когда горит восток.
.
Ты устанешь и замедлишь, и на миг прервётся пенье,
И уж ты не сможешь крикнуть, шевельнуться и вздохнуть, -
Тотчас бешеные волки в кровожадном исступленьи
В горло вцепятся зубами, встанут лапами на грудь.
.
Ты поймёшь тогда, как злобно насмеялось всё, что пело,
В очи глянет запоздалый, но властительный испуг.
И тоскливый смертный холод обовьёт, как тканью, тело,
И невеста зарыдает, и задумается друг.
.
Мальчик, дальше! Здесь не встретишь ни веселья, ни сокровищ!
Но я вижу - ты смеёшься, эти взоры - два луча.
На, владей волшебной скрипкой, посмотри в глаза чудовищ
И погибни славной смертью, страшной смертью скрипача!