Я стала грубой? Извините.
Жестокой? Жизнь ведь такова.
Суровый все-таки учитель,
Но объясняет не шутя.
Кому не нравиться, извольте,
Держите мнение в себе
Пусть я груба, но в этой роли
Я не прогнусь не перед кем.
Суров учитель - горький опыт
И от того я лишь сильна,
Что я вставала от падений,
Хоть вдребезги душа была.
Пусть мое сердце огрубело,
Пусть мои фразы коротки,
Но, чтобы в жизнь играть умело
Не нужно заключать пари.
Не жди, что в жизни будет каждый год
И каждый день - отрадой и наградой.
Несчастьем может оказаться радость.
Закатом обернется вдруг восход.
Но как бы жизнь за горло ни брала,
Ты стойким будь перед бедою черной.
И голову не вешай обреченно,
Как ни были б горьки твои дела.
И, наконец, последний мой совет:
Ты не один на свете проживаешь,
Не делай для других людей вовек
Того, чего себе ты не желаешь.
Порою брызги на стекле -
Отнюдь не дождь, но чьи-то слёзы.
Надежда шепчет о тепле,
О том, что вьюги и морозы
Ещё вдали… А за окном
Мерцают в лужах отраженья.
И лист оранжевым пятном
Застыл на ветке без движенья.
Сентябрь. Играет саксофон
Осенний блюз. Звучат октавы…
А впрочем, осень - только фон
Тому, в чём оба мы не правы.
Усталый дождь твоё окно
Холодной трогает рукою…
Как часто, чувствуя одно,
Мы говорим совсем другое…
Дальний лес меняет свой убор
С летней зелени на золото осеннее…
Горький дым костров…
Промокший двор…
Вновь с утра холодный дождик сеет…
Ты уютный мой, ты мой теплый,
Ты родной, словно старый дом,
Взгляд твой нежный и голос томный,
Обними же меня, мой сон…
Так прижаться к тебе приятно,
Раствориться в тебе сполна,
Единения тел не надо,
Я душой достаю до дна…
Не властна жизнь над ней,
Не властен мир.
Она даруется на миг
Тому, кто избран будет ей.
Перипетии каменного века,
Суровость окружающей среды
Все время вынуждали человека
Бродить по свету в поисках еды.
Сыны земли, чтоб снизить капзатраты
При этих нескончаемых бегах,
Не строили роскошные палаты,
А жили в портативных шалашах.
Когда олени, главная их пища,
Переселялись в новые места,
То предки, демонтировав жилища,
Спешили от оленей не отстать.
И вот по тундре двигалась лавина
Из древних homo sapiens земли!
Дома тащили женщины на спинах,
А рядом налегке мужчины шли.
Такое разделенъе дел домашних
И в наше время здравствует-живет:
У женщины в руках авоськи-башни,
А муж домой с газеткою идет.
В отличие от наших древних предков
В больших домах оседло мы живем,
Но до сих пор случается нередко,
Что держится на женщине весь дом!
Местная анестезия - капля мартини, лёд
Я запираю двери - здесь никого не ждёт
Ни этот тихий вечер, ни мой бродяга-кот,
Да и сама я, знаешь, просто устала от…
Долькой лимона солнце завтра растормошит.
Кажется, исчерпался снов про тебя лимит
В этом молчанье вязком ты мне такой чужой…
Выпьем за то, что было? Чин-чин, далёкий мой.
А хочешь… я Тебе открою Тайну…
Один такой малюсенький секрет…
Знай… люди не встречаются случайно…
Случайностей, поверь мне в жизни нет…
Не веришь? Ну тогда послушай…
Не бойся: я Тебя не обману…
Представь Себе, что существуют души…
Настроенные на одну струну…
Как звезды в бесконечности Вселенной…
Они блуждают сотнями дорог…
Чтоб встретиться когда-то непременно…
Но лишь тогда, когда захочет Бог…
Помолись о нищей, о потерянной,
О моей живой душе,
Ты в своих путях всегда уверенный,
Свет узревший в шалаше.
И тебе, печально-благодарная,
Я за это расскажу потом,
Как меня томила ночь угарная,
Как дышало утро льдом.
В этой жизни я немного видела,
Только пела и ждала.
Знаю: брата я не ненавидела
И сестры не предала.
Отчего же Бог меня наказывал
Каждый день и каждый час?
Или это ангел мне указывал
Свет, невидимый для нас?
Я от души тебя прощаю
И я за все благодарю!
А после… просто потеряю,
Но я назад не поверну.
Сквозь годы горестной разлуки
В себе несла твою любовь,
Казалось, адовые муки,
Безумная! Вскипала кровь.
Несла любовь… Но только пепел
Остался на моих руках,
Ты сам себе противоречил,
Сломал меня, а сказка - прах.
Иди, держать тебя не смею,
Ты будешь счастлив, позабыв.
И я когда-нибудь сумею,
Найду покой, тебя простив…
Оставайся мечтой, это будет, наверное, лучше…
Все случайно, и ты мой чудесный, несбывшийся случай,
Иллюзорный герой, мной придуманный в стылую осень,
Сильный, смелый и нежный, прекрасный и очень везучий…
Я тебя сочиняла из снов и стихов карамельных,
Рисовала так тщательно, словно боясь ошибиться…
И поверила в сказку свою так легко, беспредельно,
Будто вдруг пересечься могли два пути параллельных,
И успела в героя рисунка беспечно влюбиться…
Мой волшебный мираж, невозможный и недостижимый,
Ты не стал для меня новой, чистой и светлой страницей…
И пора бы мне нынче опомниться, остановиться…
Оставайся таким же, прекрасным и очень везучим,
Иллюзорным героем, исчезнувшим в дымке осенней…
Сладкий сон, мой чудесный, несбывшийся случай,
Оставайся мечтой, это будет, действительно, лучше…
Прощаемся. Коснись моей щеки
в последний раз. На улице так пусто.
Остались в прошлом нежность и тепло.
Чуть грустно.
Прощаемся. Уставшие глаза
я отвожу. И все слова излишни.
Всевышний не нажмёт на тормоза.
Так вышло.
Прощаемся. Мир снова упрощен
до схемы «книга-ноут-вечер-тёплый плед».
И вроде даже я жива еще.
Но нет.
Прощаемся…
Ее приговорили к расставанию.
Пожизненно. Без права апелляции.
Не дав сказать и слова на прощание,
Ее везут на счастья ампутацию.
Ее приговорили к безысходности,
К немой тоске и боли между ребрами.
Закончился у радости срок годности.
Ее мечты выбрасывают ведрами.
Ее приговорили. Наказание
Заслужено. Останется на печени
Рубцами, как узор, ее признание.
В попытке стать собой была замечена.
Я сильная, и слабая! Я … Женщина!
И по своим законам … я живу…
Душа моя, как море … переменчива,
Коротеньких путей … я не ищу!
Я светлая, и тёмная! Я … Женщина!
И за Любовь на муки … я пойду,
И с горем я, и с радостью повенчана,
И я очаг семейный … берегу!
Я робкая, и смелая! Я … Женщина!
Но Душу не открою … никому,
Смешная я … немного сумасшедшая,
Я грохот волн люблю, и тишину!
Я нежная, и страстная! Я… Женщина!
То львица, то котёнок, то лиса,
Наивностью и Мудростью… подсвечена
Я очень… очень…очень хороша!