Благородная цель учителя - когда нибудь
Поменяться с учеником местами
Если уж погнался то догоняй
Иначе не стоило начинать
Пяльцы истинных желаний
Выбирают свой узор.
Иглы линий в поле длани
Ждёт придирчивый отбор.
Сумрак вылился на скатерть
Через грустные глаза.
Вздох на горе миг потратил,
Да умчался в небеса.
Рок диктует злыдня право
Ограничивать успех.
Подчиняйся, коль по нраву…
Ради чьих-нибудь утех.
Явью выскребленный повод
Из полона горьких дум
Разохотился бедово
Не пускать к душе беду.
Паутиновой канвою
Затянулся мир вокруг.
Вышиванье роковое
Не вмещает пялец круг.
Выпить море можно говорил Эзоп если убрать
Воду рек впадающих в него
Море проблем тоже легко решаются если
Убрать чужие, навязанные
Посулили, да обездолили…
Эка невидаль…
Горе ли?
Обобрали, да сильно высекли…
Дому велены
Выселки?
Задурили по само темячко…
Ох, и грязное
Времечко.
Солона слеза, да щека раба…
Толки разные…
Суть слаба.
В этом омуте лишь чертячий фарт…
Перекрашены
Масти карт.
Приспособиться, иль вернуть назад
Ошарашенный
Страхом взгляд?
Перед выстрелом злобы выстоять:
Было б надобно -
Смог бы я.
Быт расхристанный моралистами
Залит ладаном
По края.
Грусти-повести не добру писать…
Не спустить ли вниз
Небеса?
Грянет гром… авось загремит гроза…
Кабы верилось
В чудеса…
Постарели мои цари…
Новым лишен я.
Там, где тешились пескари
Нынче нет житья.
Пересохли ручьи надежд
На земле тщеты.
А к безнравственности невежд
Не по мне мосты.
Подловатостью не грешил…
Не гордился впрок.
Грезил часто в ночной тиши
Парой тройкой строк.
И болит в глубине души
Снов урочище.
То ли жив, то ль совсем не жил
В ладном скопище.
Сердце камнем прижал удел
К мукам совести:
Я с мечтами летать хотел…
Не сподобился.
Востроглазая маета
Примечает боль.
Увлеклась, видно, неспроста
Сыпать в раны соль.
Я и время травил тоской,
И на смех был дюж…
Но у подлости под пятой
Дух ослаблен уж.
Ой, ты, вольная колея,
Позови с собой…
Сам-то немощен. Я… не я Говорю с тобой?
Пескари на мели скребут
Плавниками твердь…
Соли съеденный мною пуд
Камнем был на треть.
Рост неудач верный знак, что они воспринимают
Тебя всерьёз, и разозлились не на шутку,
Твоя устойчивость раздражает их, а значит растёт.
Умный глупых ошибок не делает,
-только умные.
Наворожило мне прозренье,
Что буду ранен остриём…
Ни слова больше… но мгновенье
Пробило брешь в уме моём.
И сговорились чувства с нравом…
Я обречен… и вечность ждёт
Побед над духом обветшалым…
Какой уж тут души полёт.
Влачащий жалкую утробу
На паперть милости судьбы,
Не осмелеет клясться Богу,
Что к страху не пойдёт в рабы.
Хочу заштопать бреши смысла
Тянуть никчемность в храм небес,
Но руки, словно коромысло,
Плетьми свисают вдоль телес…
Вдовою юркнула иголка
В стогу досаду хоронить.
Стою босой на поле колком,
Держа потерянную нить.
Кругом «вчера», да «завтра» бродят,
«Сегодня» выдворив взашей.
И в в этом странном хороводе
Нет благовеста для ушей.
Искать ли колотые раны,
В стогу, примятом на косьбе?
Игла одна… и было б странным
Не вспомнить тут о ворожбе
Словеса разболелись к вечеру,
Искупавшись в обмане дня…
И удача опять не встречена,
И грехи тормошат меня.
А в реке ослеплённой солнышком
Отражения ищуд брод.
Нешто, с ними упасть на донышко?
Нешто снова желанье врёт.
Свистоплясовой трели происки
Тянут топнуть ногой хоть раз.
Занозили мне душу горести…
Да не ладится мой рассказ.
Что Пегаса седлать, что мерина
Не посмеющему скакать:
Птичьей пядью строка отмерена…
Хорошо есть, хоть птичья пядь.
Преступая границ дозволения,
Поневоле в изгои попасть -
Наказание иль преступление?
В масть кому-то… кому-то не в масть.
Накукует кукушка отшельница
Столько лет, сколько будет не жаль…
По дороге от чёртовой мельницы
Может быть, заплутает печаль.
С пепелицею травы помолвлены…
На мучнистой фате спит туман.
Ночью много прощений намолено…
И рассвет будет жизнью румян.
В лебеде голубиное пёрышко
Отыщу, да на счастье возму.
И слетевший на плечико скворушка
Мне споёт… я поверю ему.
Приласкает меня красно солнышко…
Вот и будет отрада душе.
Уродился я с буйной головушкой…
И другим, вряд ли, стану уже.
У кого правда тот и сильней
По этому выяснение правды не цель, а Способ получить власть
На самом деле к правде
Не стремятся, а используют её, часто
Подтасовывая- раздувая одно и Умалчивая о другом
Ищут кому чего не хватает
Мужчины фантазий, чувств и глупостей
Женщины логики, стабильности и направления…
Короче мужчины женщин, а женщины мужчин.
Еще в детстве, я прочел знаменитое стихотворение
Оно поразило меня красотой и невероятной поэтичностью. Не могу удержаться, чтоб не привести его полностью:
Горные вершины
Спят во тьме ночной,
Тихие долины
Полны свежей мглой.
Не пылит дорога,
Не дрожат листы
Подожди немного,
Отдохнешь и ты.
На протяжении многих лет я встречал похожие стихи у многих русских поэтов. Потом я понял, что это все перевод одного и того же стихотворения Гете, - которое он написал, возвращаясь с охоты сначала углем на двери, чтоб не забыть, а уж потом на бумаге:
Uber allen Yipfeln
ist Ruh
Yn allen Wipfeln
Sprest du kaum einen Hauch.
Die Vglein schweigen in Walde.
Warte nur, balde
ruhest du auch.
Это стихотворение настоящий алмаз поэзии. Но вот
Вот еще два перевода русских поэтов.
Перевод Валерия Брюсова:
На всех вершинах
Покой;
В листве, в долинах
Ни одной
Не дрогнет черты;
Птицы спят в молчании бора,
Подожди только: скоро
Уснешь и ты.
Перевод Иннокентия Анненского:
Над высью горной
Тишь.
В листве, уж черной,
Не ощутишь
Ни дуновенья.
В чаще затих полет…
О подожди… Мгновенье.
Тишь и тебя… возьмет.
Судить читателям, насколько эти переводы хороши.
В одном из литературных журналов, я встретил перевод стихотворения Гете японским поэтом. Затем, попался перевод с японского на французский, французским поэтом, и перевод немецким поэтом вновь на родной немецкий язык, на котором писал Гете.
При этом произошла сильная трансформация подлинника:
Stille ist im Hfvillon aus Gade.
Krahen fligen stumm
Zu beschneiten Kirschbaumen
In Mondlicht.
Ych sitze
Und weine.
Привожу подстрочник:
Тихо в нефритовой беседке,
Вороны молча летят
К заснеженным вишневым деревьям
В лунном свете,
Я сижу
И плачу.
И вот спустя десятилетия, после моего прочтения стихотворения Гете, я рискнул сделать свой перевод:
Из Гете
На вершине черной
тишина.
И за тучей черной
спряталась луна.
Спят в дубраве птицы,
замерли кусты
В миг, смежишь ресницы
утомленный ты.
Евгений Кащеев.
Спустя некоторое время, моя дочка Ольга Шефова, тоже сделала перевод этого стиха:
Перевод из Гете
Покоем объяты
Вершины вдали.
Простор необъятный
Для взора любви.
Дороги в дремоте,
Во сне тихий сад.
Лишь путь одинокий
Тревогой объят.
Звёздные дали делиться устали -
Август лишён звездопадов.
Духа запас оскудеет едва ли…
Только вот где ему рады?
В горсти полушки, на души - заплаты,
Чем не отрада для тела?
А для тщедушных надежды прокаты…
То ли не доброе дело?
Сутью злодейства манкирует совесть -
Гибкою стала, однако.
Утра проход сквозь рассветную прорезь
Отгородился от знаков.
Стали подмостками жизни основы…
Пьесы на них примитивны.
Мир в осознаниях разочарован…
Измельчена креативность
Рани не велено ярко рядиться:
Сны - оберег от реала.
И тяготятся улыбками лица -
Поводов к радости мало.
Дикое поле удачи преступно…
Грязны дороги к престолам.
Рвутся отросточки душ поминутно
Алчной рукой бутафора.
Всем, как положено, выдастся квота…
Каждому по иждивенству.
И обеспечено будет работой
Культовое духовенство.