Проводим конкурсы культуры,
определяя тембры голосов,
мы обменяем голос каждой дуры
на бабки сотни тысяч дураков…
Много болтавни внушает обманчивое
Чувство бурной деятельности
Брать ли на время
Бесспорное бремя
Сакраментальности нравов?
Стать клише… во всей красе…
Лишь бы, как все?
Время
Окрестит
Честью - по чести.
Лающей своре
Отдать поздаборье,
Если подвинется горе…
И остаться сиротой
В жизни пустой…
Выбор
Оплачен…
А что на сдачу?
Выстудить душу
До изнеможенья…
Стать для надсады мишенью…
И оставшуюся жизнь
Бросить на ножи
Страху,
Безволью…
Кому раздолье?
Глоткой лужёной
Не вооружённый
Вряд ли добьётся успеха.
Тихим шёпотом шурша,
Ради гроша
Встанет
Подспорье
Из подзаборья.
Осенних мороков причуды
Сродни вселенской ворожбе:
То мир меняется в тебе,
То сам откроешь мира чудо.
Белёных яблонь очертанья
На фоне золота листвы
Похожи с жертвами молвы
Что выставлены на закланье.
И так немыслимо крылато
Желанье выйти из толпы…
Жаль, что реалии скупы…
А дух, увы, в числе распятых.
Золой закатного кострища
Скрывает ночь секреты дня.
И счастье к омуту маня
Земля падений звёдных ищет.
В игле наитий нить прозрений…
На ткани жизни есть узор,
Которого не видит взор,
Лишь чует крыльев оперенье.
А время, выпотрошив смуты,
Оставит право выбирать
Осенней сутолоке рать
Для осознания минуты.
В себя вмещает шельма много,
В её владениях легки
И вести для души от Бога,
И от нечистого кивки.
Горят в огне сражений с верой
Грехов, отпущенных земле,
Любовь и страх, и чувство меры…
И нить прозрения в игле.
Проживёшь… неведомо: зря… не зря,
Может быть захочешь, тоской плодущ,
Прикорнуть под зонтиком купыря,
Да принять опеку дырявых кущ.
Тут тебе и саван лихих дождей,
Тут тебе и трав полевых кутья.
Будет и отдушинка от гостей,
И вопросов к жизни эпитимья.
В океане смысла двойное дно…
Золотая рыбка всего одна.
И её кому-то поймать дано,
А кому-то муть с непростого дна.
Отзовись ауканьем небесам…
Пробовал, хоть раз, делать так до сих?
Да пригладь до ровности чин и сан -
Их неплохо может украсить стих.
Поиграй строкой, завихрись умом,
Замудри промыслие спесью слов…
Всё своё отыщешь в себе самом,
Не своё отдай в чей-нибудь улов.
Потенциал от разницы
Что есть и чего достоин
И со временем уменьшается
Деньги универсальное средство
Разобщения людей
Обещалось, ох, как много…
Да сбываться не спешило.
Видно, чёрт, припрятал шило,
Для мешка подарков Бога.
Пились вина, лились тосты,
Под зачин желанных сказок…
Быбрав случай, чьи-то фразы
Волчья дочь вела к погосту.
Время слёзы, гореванья
Помелом сбирало в кучу…
Плеть порока хлещет круче
Чем щекочут оправданья.
Океаны, реки, стоки
Вод себе не избирали…
И к заначкам лжи едва ли Применимы жизни сроки.
Так и тащится тревога,
Судаком по Енисею…
Только ветер смуту сеет…
Всё, согласно воли Бога.
От никчемности стараний
Чудом выправить унынье
Мир остыл в желаньях ныне,
Опасаяь и касаний.
Для чего тревожит память
Свято-праведность заветов,
Если истины приметам
Правд земли, увы, не править?
Вейтесь песни дружной стаей
Над безвёсельностью лодок:
(Где им быть, как ни на водах?)
Мы о вёслах помечтаем.
Волю вымолить нешто праведно?
В небо плюнуть, да с тем плевком на дно?
Не спугнёт ли ива прибрежная,
С ветром в паре дурика грешного?
А царапнет вдруг? Да хлестнёт ещё?
Ну, какой у сирых быть может счёт?
Ведь прогнутся, коль припугнёт погост.
Да и небо будет всего-то в рост.
И губою заячьей и хвостом
Затрясут, найдённые под кустом.
Одиночеством не учёные
Станут пестовать мысли чёрные,
Да повадки тешить негожие…
Что уж тут для неба хорошего?
А земле и грозная речь сойдёт,
Чтобы от молитвы саднило рот.
До глубин души всяк ли пустит речь?
Мыслью согрешит… то бишь… иль сиречь.
Перемелет время любую грязь,
Да ещё и выдаст из грязи вязь.
Да такого вида, такой красы,
Что и грех - не в грех… Боже упаси.
Многоточий очередь долгая…
И молитва может стать оргией.
А на паперть ходят без устали
До явленья пустул на пустуле.
И на жалость просятся, бедные…
А монетки сойдут и медные.
Наплодили лада рваного
С безголовыми баранами…
А понюшка веры истинной
На семи ветрах расхристана.
Пересоленное варево
из объедков государевых
Перед челядью разложено…
Отказаться было можно ли?
Хочешь жить - живи по правилам,
Что б душа ни шепелявила.
И не смей желать по-своему:
Всё для лада рвани скроено.
Шелухи пустого семени
Не жалея для безвременья
Государи толпы потчуют…
Обрывая кожи клочьями.
Земли стелены погостами…
Жизни в борозды опростаны.
Боронят по чистой кровушке
Без сомнения в головушке.
И упрямы рьяно в глупости…
Да зато смелы в двурукости:
Так и хапают немеряно…
Если что-то кем потеряно.
И поминки за крестинами
Обеспечив магазинами,
Пьют и «упокой» и «здравицу»…
То… и то баранам нравится.
Овцам кажут спесь самцовую…
И о жизни судят солово.
На цепи, коль позолочена,
Терпят, словно приколочены.
К страху с измальства приручены,
Будто к маслицу уключины.
Даже если мечта накрывается медным
Тазом- не страшно, на медь во вторчермете
Сейчас хорошая цена
О! Искушение! Божественная сладость,
Но с привкусами дъявольских интриг.
И омут мутный… и святой родник…
Есть и куда взлететь… куда и падать.
Под страстной властью искушения нередко
Свершались преступления веков…
И подвиги снискали в нём альков…
И для потомков сохранились метки.
Из обожённых восхищеньем впечатлений
Слагались в строки нежные слова.
И чертовским фантазиям хвала
Лилась божественным благословеньем.
Во спасение души пестуй
Мысль о том, что ты -
Христова невеста.
Мне труднее - я по рожденнью жених…
Сатанею…
Вот и сник.
На страстной неделе был сдержан…
Без греха остыл…
Будто вовсе не жил.
Сердце билось… а по душе бил озноб…
Божья милость
Била в лоб.
Улетай отсюда дух светлый…
Здесь грязны дела…
И нечисты ветры.
За червонец многое предано здесь,
С плачем звонниц:
«Бог есть!».
На шелках кровавых слёз море…
Здесь права у всех
На личное горе.
Нарождённый в этой империи лжи
Пред иконой
Дрожит.
У чертей не скучно на мельне…
Даже омут их Сродни богадельне,
По сравненью с нашим бессилием здесь,
Где, как будто,
Бог есть.