УДАЛЯЕТ ОТ НАС ДРУЗЕЙ ЛИБО ИХ СЧАСТЬЕ, КОГДА ОНИ В НАС НЕ НУЖДАЮТСЯ, ЛИБО НАШЕ НЕСЧАСТЬЕ, КОГДА МЫ В НИХ СЛИШКОМ НУЖДАЕМСЯ…
Найду, залюблю до смерти! Бойся!
Люди, своей грубостью, заставляют других себя не уважать
Мы две разные плоскости,
Вода разной плотности,
Пытаемся как-то плыть,
Уплыть…
Пытаемся все быстрей,
В сознании быть острей,
Найти своей жизни нить…
Исчезнуть быстрей, чем быть
Уходи дверь закрой так,
Чтобы осталась пустота
Чтобы я мог помечтать,
Снова один. Прости…
Над моей пропастью там
Во ржи играет труба…
Только потеряв, мы понимаем, что любили. Только потеряв, мы умоляем нас простить. Только потеряв, виним себя за то, что не ценили. И лишь потеряв, мы учимся любить
Женщины как яблоки. Самые вкусные висят на самой макушке дерева. Мужчины не хотят лезть на дерево за вкусными яблоками, потому что они бояться упасть и удариться. Вместо этого они собирают упавшие яблоки с земли, которые не так хороши, но зато доступны. Поэтому яблоки на макушке думают, что с ними что-то не так, хотя на самом деле ОНИ ВЕЛИКОЛЕПНЫ. Им просто нужно дождаться того человека, который не побоится залезть на макушку дерева…
Позитивное отношение - это ваш пропуск в лучшее будущее.
… она всегда была немного кошкой…
… она любила спать и молоко,
… и под перчаткой каждая ладошка
… скрывала пять изящных коготков…
… когда в больших глазах ее блестящих
… луна свой отражала свет слегка,
… она казалась кошкой настоящей,
… готовой для внезапного прыжка…
… она спала калачиком под пледом,
… а иногда и вовсе не спала…
… но каждый день назло дождям и бедам
… была непринужденно весела…
… не каждый мог ее погладить шерстку,
… иной, кто часом мимо проходил,
… трепал за ушком… но мечтала кошка,
… чтоб кто-то добрый кошку приручил!
… пушистый снег ей волшебством казался,
… а шоколад - лекарством от разлук…
… к рассвету нежный сон ее касался,
… во сне ей снилась пара теплых рук…
… она от скуки затевала игры,
… но вскоре уставала и от игр -
… так часто под шикарной шкурой тигра
… скрывался кот облезлый, а не тигр…
…Мерцает светом лунная дорожка,
… чуть слышен звук шагов ее в ночи,
… однажды навсегда уходит кошка,
… которую не смог ты приручить…
он за тебя умрет!? он за меня убьет!!!
Он: - Хочешь, покажу фокус? Она: - Воспитывать будешь сам!
Когда устала страсть от слабости и боли,
Когда судьба сбылась помимо нашей воли,
Печальна и проста как заговор не гласный
Вечерняя звезда скатилась и погасла,
И нежный звездный прах нашедший наши лица
Стал солью на губах и пылью на ресницах,
Травой взошел вослед и люди стали выше
И различили свет пылающий над крышей…
- Ты туфли новые купила или опять в стрингах?
(удивление и немой вопрос в девичьих глазах)
- Ну злая какая-то… ругаешься… может жмет че то?
Надо непременно кого-нибудь сильно любить, чтобы пробуждаться по утрам не в тревоге перед испытаниями предстоящего дня, а от счастья.
«Послушай, сын, я говорю сейчас, когда ты спишь. Щека лежит на маленькой ручонке, светлые кудри прилипли к влажному лбу. Я тайком прокрался в твою комнату. Всего несколько минут назад, когда я сидел с газетой в библиотеке, меня охватила волна раскаяния. Я пришёл в твою спальню с повинной.
Я подумал о том, что был слишком строг к тебе. Я отругал тебя, когда ты собирался в школу, потому что ты едва ли коснулся лица полотенцем. Я отчитал тебя за то, что не чистишь ботинки, зло прикрикнул на тебя, когда ты бросил свои вещи на пол.
За завтраком я тоже нашёл, за что тебя поругать. Ты что-то пролил, глотал пищу большими кусками, клал локти на стол и намазывал слишком много масла на хлеб. А когда я спешил на свой поезд, а ты, уходя гулять, обернулся, помахал мне рукой и крикнул: „До свидания, папочка!“, я, нахмурившись, бросил в ответ: „Расправь плечи, не сутулься“.
Вечером повторилось тоже самое. Проходя мимо, я увидел, как ты, стоя на коленях, играешь в шарики. На чулках уже образовались дырки. Я унизил тебя при твоих друзьях, когда ты брёл впереди меня по направлению к дому. Чулки были дорогими, если бы ты сам платил за них, то был бы более аккуратным. Слушай, сын, что говорит тебе отец.
Помнишь, как попозже, когда я читал, сидя в библиотеке, ты робко вошёл и посмотрел на меня с какой-то болью в глазах. Я бросил на тебя взгляд поверх газеты, нетерпеливый и недовольный, что мне мешают. Ты нерешительно стоял в дверях. „Чего ты хочешь?“ - пробурчал я.
Ты, ничего не сказав, стремительно бросился ко мне, обвил руками мою шею и поцеловал. И твои ручонки сжались с любовью, которую Бог разжег в твоём сердце и которую не может притушить
даже пренебрежение. А потом ты ушёл, и я слышал, как ты поднимался по ступенькам.
И в этот момент, сынок, газета выпала у меня из рук и жуткий, парализующий страх охватил меня. Что же сделала со мной привычка? Привычка отчитывать,
выискивать ошибки, делать замечания. Это моя награда тебе за то,
что ты мальчишка. Это не потому,
что я не люблю тебя, а потому, что слишком многого жду от ребёнка. Я оцениваю тебя мерками своих лет.
А в тебе, в твоём характере так много хорошего, замечательного, искреннего. Твоё маленькое сердечко похоже на огромный диск солнца, встающего над дикими холмами. Я увидел это в твоём внезапном порыве, когда ты подбежал и поцеловал меня перед сном. И сегодня больше ничего не имеет значения, сынок. Я пришёл в темноте к твоей кровати и, пристыженный, встал на колени.
Это недостаточное искупление. Я знаю, что ты не понял бы все то, что я сейчас тебе говорю, в часы бодрствования. Но завтра я буду настоящим отцом. Я буду твоим закадычным другом, буду страдать, когда ты страдаешь, и смеяться, когда ты смеешься. Я прикушу язык, когда с него будут готовы сорваться нетерпеливые слова. И буду повторять как заклинание: „Это всего лишь мальчик, маленький мальчик!“
Боюсь, я представлял тебя взрослым мужчиной. Теперь, когда я смотрю на тебя, сынок, устало свернувшегося в своей кроватке, я вижу, что ты всё ещё ребёнок. Еще вчера мать носила тебя на руках, и твоя головка лежала у неё на плече. Я требовал слишком многого, слишком многого.»
Какая разница, что там говорят у меня за спиной! Самое главное, что когда я повернусь, все будут молчать… ;)