Женские глаза - океан… и лишь от мужчины зависит будет он Тихим или Ледовитым
Это утро оказалось нехорошим. И стало оно плохим после моего звонка Ивану.
-Что нового, Иван? - спросил я осторожно в телефон. - Что врачи говорят?
-Все плохо.- ответил он и, помолчав, добавил. - Доктор дал две недели… а потом - конец.
-А как же процедуры, лечение…
-Бесполезно. - ответил Иван. - Спасибо за помощь, но бесполезно.
У Ивана был пятилетний сын Мишка - шепелявый шалопай и маленькая двухмесячная дочь. Имени у нее не было: врач сказал что придумывать имя бесполезно. Девочка была безнадежно больна. Причин болезни я толком не знал, да и не собирался знать: это ничего не изменило бы - малышка была неизлечима. Теперь я ступал по опавшим листьям и размышлял о неправильном устройстве мира.
«Вот, взять хотя бы этих бомжей и алкоголиков, - думал я, глядя на рваную старуху у церкви. - Творец дает им жизнь и способы существования, а маленькую невинную девчонку оставляет без помощи. Разве это правильно? Разве эта грязная старуха нужна нам более, чем маленький ребенок…»
-Дай рубль, -прервал мои мысли хриплый голос. - Рубль дай!
Рядом стояла облезлая нищенка. Протянув худую руку она заунывно тянула:
-Дай Фофе рубль…- блестела деснами попрошайка, - дай рубль.
«Иди к черту, - зло решил я. - Тут ребенку на лечение последние деньги отдал, так еще ты ноешь, тварь беззубая.»
Нищенка продолжала клянчить. Худая, в оборваном пальто, она прижимала загипсованую руку к животу, а здоровую тянула мне прямо в лицо. Руку ей, похоже, сломали подростки. Я слышал, что местные пацаны ради развлечения бьют Фофу до крови. Бьют безнаказанно, ведь Фофа - умалишенная и жаловаться не умеет. Соседи как могли лечили Фофу: мазали ушибы зеленкой, бинтовали раны и отгоняли от нее подростков. Тем не менее, зубов у женщины совсем не осталось, а вокруг глаз образовались синие круги.
Не из жалости, а чтобы отделаться от навязчивой попрошайки я сунул ей в руку мятую купюру и быстро вошел в церковь. Бесцельно побродил у алтаря и, словно в забытье, зажег свечу.
«Бог, -обратился я к тому, кого не существует, - забери к себе эту Фофу, но оставь жизнь дочери Ивана. Ей всего два месяца от роду и она хочет жить. А грязная старуха - просто грязная старуха. Никчемное существо. Мир станет лучше без нее.»
Спустя пару дней, в воскресенье, я пил на кухне чай. Жена пекла сырники и я поедал их со сгущеным молоком. Жена суетилась у плиты и доносила последние новости:
-Знаешь, в Старом Пассаже открыли детский зал. С клоунами и игровой площадкой… а кофе там - так себе. Но детей - море… Еще у церкви большую парковку делают… Кстати, помнишь ту безумную попрошайку, Фофу?
-Помню.
-Она умерла, - жена заботливо переворачивала сырники на шипящей сковороде. -Мальчишки избили ее так, что она скончалась. Наверно, в животе что-то лопнуло… Между прочим, в городском бассейне сейчас скидки - можем поехать после обеда.
Но я не думал о бассейне. Я думал о Фофе. И еще я заподозрил, что Он существует.
Через неделю позвонил Иван. Голос его звенел от счастья:
-Валдис, не поверишь, но врачи сказали, что Софийка будет жить!
-Какая Софийка? - удивился я.
-Дочь наша, София. - захлебывался телефон, - Мы ж ее Софкой назвали! А Мишка такой смешной: называет ее «Фофа-Фофа». Шепелявый ведь, букву «с» не выговаривает засранец. Вот ведь придумал - Фофа… А деньги я тебе верну. Ты не думай.
Но я думал не о деньгах. Я думал об удивительном строении мира. И решил, что меня обманули.
Когда мужчина хочет от вас секса, он сделает все, что пожелаете. Скажет все, что хотите услышать. И пообещает целую гору (ну и кучку в придачу). Надо научиться этим пользоваться.)))
- Как у вас с Сашей? - Отлично. У нас только одно разногласие. - Какое? - Я хочу регистрироваться в белом платье. - А он? - А он вообще не хочет!
Я переплыву моря и океаны, пройду горы и пустыни, перенесу стужу и зной, что бы наконец найти тебя и, оставшись вдвоём… разбить тебе голову, ублюдок!
Опять моя дочь завела разговор о моей личной жизни, сказав, что понятие я и брак, как-то не вяжется в ее голове. Что дескать это две вещи ну никак не совместимые.
Нет, я не противница семейных отношений, отсутствием мужского внимания тоже не страдаю, не говорю, что я супермодель, но привлекательности не лишена, но как только представлю, что с этим человеком мне придется прожить всю оставшуюся жизнь, сразу начинается паника… Ну не готова я пока еще делить остаток дней с кем бы то ни было… Вот и бегу я от них, как только заговорят о совместном проживании и не дай Господи, о браке.
Это мое первая проба в написании прозы…
Смотрю я на своих ровесников мужчин и мысли такие гнетущие в голову приходят… Чтож вы, дорогие мужчины следить то за собой перестали? Вроде только за 35 перевалит и уже брюшко висит… А о том, чтобы перед свиданием душ принять и вовсе забываете. А то еще и неповторимый устойчивый «аромат» вечного перегара… И идут с неоспоримой уверенностью, что они неотразимы, свет на них сошелся клином и являются «подарком судьбы» и никак не меньше. Наличие детородного органа еще не доказывает вашу принадлежность к мужскому полу. Нужно еще поступки мужские совершать.(Я не имею ввиду кулаком по лицу, бьет - значит любит, это не мой вариант). Например слово и дело у любого человека не должно расходиться, а у мужчины тем более.
Господи, так я никогда не решусь связать свою жизнь с кем-либо…
Интересно, живут же другие с такими… И ничего, даже вроде как любят и счастливы… Неужели видеть рядом подтянутого, чистого, пахнущего одеколоном, при этом не тунеядца, мужчину - слишком большие запросы? Такое ощущение, что женится хотят те, с кем встречаться никто не хочет, так сказать, последний козырь: «Женюсь!» Но вот пойдут ли за тебя это еще вопрос…
А цены себе не сложат… На иных смотришь и думаешь: «Нет, и даром не надь, и с деньгами не надь.»))
Вот такой трагически-комический ход моих мыслей…
Да простят меня мужчины, которые еще в единичных экземплярах остались на нашей грешной земле…
Каждый день без тебя-год, каждый вздох без тебя - яд, даже смех - как кинжал в бок. Тебя слышу - я жизни рад.
И любить тоже надо в меру…
Спорить с женщиной не только глупо, но и опасно для вашего сексуального здоровья
Разбита чашка, как не склеивай и нет больше пары.
Разобью-ка теперь и блюдечко…
Мужчина - царь! Мужчина-Бог! Но он всегда у женских ног…
- И сколько же у тебя людей-то в подчинении?
- Почти 3 тыс.
- Батюшки! Как же ты с ними справляешься? Трудно небось?
- Трудно с тремя, а когда трёх научишься организовывать, дальше число уже не имеет значения.
Умей принимать ты других недостатки, иль будут совместные узы не сладки.
Там, где требуют доказательства любви - нет доверия; там, где нет доверия - нет любви.
Люблю твою нелюбовь ко мне.