Не будь жестоким, если что-нибудь у тебя просят; не будь смирным, когда тебя давят
-
Не будь слишком мягким — сомнут, не будь слишком жестким — сломают
В хрустальном бокале и вода вкусней кажется
В каждом сердце и жар, и холод
И мёд горчит, если его много
Награда целующему зад — кишечные газы
Горы разрушаются от землетрясения, любовь и дружба разрушаются от слова.
Не бояться, но опасаться, не уповать, но надеяться.
Обними меня, пожалуйста, покрепче, — шепотом попросила она.
После этих слов я понял, что никого в этом мире нет ближе ее. Людей всегда можно кем-то заменить, но ее я больше заменять не хотел никем и никогда.
Сожги меня. Пусть догорают буквы, страницы.
И глаза слезятся от дыма, которым я заполню твои легкие.
Вдохни последний раз, как первый.
А затем — сожги и себя
Альтруизм эгоизма, блаженная боль в одной упаковке зовётся любовь.
Полюбить! Снова? Заполняя одну пустоту другой, твоя чаша никогда не сможет наполниться. Только догорев, ты никого собой не обожжешь. Отсутствие нужного человека — душевный ад, мне это известно. Но только отсутствие может придать особый вкус каждому присутствию. Вкус момента. И одним моментом — вкус всей жизни. Сейчас тебе нужен покой и шоколад. Лишь когда ты обретешь душевную тишину, ты сможешь заново полюбить. Просто верь мне…
-
записки без почерка
Без цвета, запаха и вкуса скромняга в омуте притих.
Мало шептать о любви ночью, если утром от нее не останется и следа. Намного вкуснее готовить завтрак с мыслью, что впереди остывает и ужин. Утренняя страсть. А страсть, как и кофе — не теряет свой вкус, если его подавать горячим
Так много хотелось тебе сказать, чего ты никогда от меня не услышишь. Отпустить? Нет, я никогда тебя не держал и не в праве на это. Понять… Мне бы только тебя понять. Разве я прошу так много? Ты падаешь. И, падая все ниже, так отчаянно цепляешься за воздух. Ты летишь в самую бездну в надежде, что я прыгну за тобой. Если бы ты боялась разбиться… Я знаю, ты склеишь себя, соберешь по частям и яркой тушью скроешь от глаз то, что позволяла видеть моим. Свой дождь…
Если бы я знал, что твое тело принадлежит другому, я бы никогда не позволил к нему прикоснуться. Если бы я знал, что твои губы шепчут чужому, они бы навсегда остались немы. И руки… Эти до предательства горькие руки. Им место там, где оставляют свое сердце. А ты забыла их на мне…
Как ей повезло с тобой. Нет, пожалуй, не так. Что же она такого сделала, чтобы взять на себя чужой грех? Мой грех. Я ей желаю столько слез, сколько она любить будет чужого мужчину. Моего мужчину. Желаю мерзнуть ей столько ночей, сколько она тепла отобрала. Чужого тепла. И пусть ей будет не хватать столько тебя, сколько себя я отдала. Безвозвратно.
--
записки без почерка