Если судьба что-то забирает, значит она пытается сделать так, чтобы мы заметели ту самую мелочь, ради которой стоит жить, и «тонко намекает», что старое давно уже нужно отпустить.
Если в жизни случается такое, что вы лишились всего, оглянитесь вокруг, судьба всегда оставит какую-нибудь безделушку, которая в скорем будущем изменит вашу жизнь.
Уходит лето и в дождях прощание. По нашим дням льют слезы небеса. По лету нашему, по редким и коротеньким свиданиям. Когда огнем пылали две души, сердца. А скоро осень. золотой поры очарование. Я так хочу чтоб наше лето было в нем. Что в золоте листвы продолжилось весны той начинание. Чтобы сердца от чувств светились пламенным огнем
Поздний вечер на аллее снега. Отблеск фонарей кругами в ноги бьет. Женщина, красивой пелериною укрыта. Печальною походкой по нему идет. Она одна, в глазах грустинка, слезы. Реснички припорошены снежком. Идет вдоль по аллее, с небосклона звезды. Кидают ей свое свечение тайком. Печальный силуэт красивой статью. Идет одна, снежинки кружат хоровод. И грусти шлейф за нею как подолы платья. И слезки на снегу. зимою обернувших в лед.
В определенный этап жизни мне не хватает кого-то конкретного.
Я не могу забыть о человеке, рано или поздно я вспоминаю его.
Кого-то я вспоминаю раз в месяц, а кого-то забываю лишь на час.
Эти люди уже не со мной.
У них новые увлечения, новые взгляды.
Они заменили меня.
Я не умею искать замену. Можно лишь найти схожих, но есть маленькое отличие… у вас с этим человеком никогда не будет тех общих воспоминаний, а значит и заменить вы его не сможете.
Люди, которые приходили в мою жизнь оставили свой след.
Кто-то оставил еле заметный след, как по песку, который смыла волна, а кто-то отчетливый, как на снегу.
В любом случае я благодарна каждому.
Харт Крейн - «Кармен из Богемы»
Вдоль комнаты зигзагами вертясь
с язычьем дыма сладких сигарет,
виолончель плаксивая, гордясь,
в анданте бед плетёт надежды бред.
Павлинам пламени курилен бы напитсья,
как женщинам, трясущимся с абсентом допоздна
в мерцаньи голубом Цирцеиной светлицы:
их карие глаза черны, голубовата их слеза.
Анданте вскачь сквозь слуха дверцы -
и гибнет в пламени рождённом в каждом сердце
А гобелен показывает палец
разрез растянет вот - и такты в тон намёку пали.
Павлинам пламени курилен бы напитсья,
как женщинам, дрожащим над абсентом допоздна
в мерцаньи голубом Цирцеиной светлицы:
их карие глаза черны, слеза синеет «я одна».
Зачистка… разрушенье… хор колышет
фантазий варварских застывший газ.
Пульсирует в ушах, а сердце выше,
и дивится в бойницы смертных глаз.
Кармен! Руками ферт и жаркий уголь вежд;
Лобзанье глаз и расколых надежд;
Кармен кружит - кружит музыка, тянет вглубь.
Кармен! испуг летит с пожаров пьяных губ.
Финал, стихая, оперяет брак
изломов крыл, Кармен рисуется сквозь мрак
шепчащих гобеленов в бурой старой бахроме,
и пьяницы долой, и лампочки бодает смерть.
А утром свозь туманы городских ворот
кибитка катит шатко, будто вброд
Но в грёзах лик её, Кармен жива…
стара, жёлта, бледна, как кружева.
Понимаете… дело всё просто в бестактности, в нашем неумении дать высказать своё мнение другому. Мы жадны до этого, жадны до того, чтобы выслушать другого. Замечали это? Это происходит всякий раз, когда мы слушаем человека, слушаем его рассказ, и тут же у нас в голове возникает собственная мысль, даже не важно по теме она или нет, но мы перебьём этого человека, выскажем свою мысль и напрочь забудем про то, что перебили и обидели собеседника. Так происходит всегда и везде. Это наше безкультурие, наша гордыня, аморальность, а по сути - наша погибель.
Другую щеку здесь не подставляют
Горит свеча, налитый кофе, стол огромный. А за столом лишь я… и никого .Была семья - ушла, остался дом холодный. И пустотой заполнилось жилье. Любил ли я? А может нет? Не знаю. Я где-то в буднях жизни потерял любовь свою. Теперь наверное я осознал и понимаю. Что жил не так, и в одиночку я сгорю. А может быть, а вдруг, случиться сказка. И в небе голубом увижу образ той. Прошу вас небеса явите мне подсказку. Ну пусть судьба предстанет предо мной. И чтобы вслед калитки скрип раздался. И вот: О*чудо в дымке воздуха явился силуэт. Юнна и хороша, я расстерялся. И я влюбился в этот юнный нежный свет. Весной то было судьбы послание. И вот с тех пор я в небесах. Едва взаимностью ответила - мое сознание. В безумстве разума, в пожаре вся душа…
Если надо объяснять, то не надо объяснять.
Услышать Женщину, когда она молчит…
Задача, непосильная для многих.
Но… Кто умеет Сердцем говорить,
Поймёт - перебивать её не стоит.
Что можно слышать в этой тишине?
Немой упрёк иль пылкое признанье?
Надрывный плач или весёлый смех?
Восторг, а может, разочарованье?
Услышьте то, о чём она молчит -
Душою, Сердцем, только не ушами.
Ведь к этой тайне есть свои ключи:
Она молчит,
но говорит… глазами.
Чем меньше девушек мы любим, тем больше меньше нам они…
РАСШИВРОВКА:
Чем меньше за девушкой бегаешь, быстрее нравишься ты ей.
(Лександр Сергееич Кукушкин)
А я по ягодке собрал счастливых дней
всего лишь горсточку в широкое лукошко,
жизнь - не варенье и всегда найдется в ней
того же дегтя маленькая ложка.
Пусть горсточка счастливых дней мала,
но тем она моей душе дороже,
что много раз боролась и ждала,
и верила, что хуже быть не может.
Но стоит мне в лукошко заглянуть,
на очень скудное послание от Бога,
откроется наглядно жизни суть,
нет, счастья не бывает слишком много!
Назад дороги нет. И ты чувствуешь это. Ты пытаешься вспомнить, в какой момент все началось и понимаешь, что началось все раньше, чем ты думал. Гораздо раньше. И в тот самый момент ты понимаешь, что все в жизни бывает лишь однажды. И как бы ты не старался, тебе никогда не пережить те же чувства снова. Тебе больше никогда не подняться на три метра над уровнем неба.
Ты кто? Душа? Привет старуха!
Ну что, страдаешь как всегда?
Так будет вот тебе наука…
Не быть открытою всегда…
Ты кто? Любовь? Ты что смеешься?
Любовь лишь дым… Не веришь? Да?
Ты лишь о душу вечно трешься…
Плетясь за ней сквозь все века…
Ты кто? Надежда? Здравствуй мука!
Все обещаешь в жизни сказки?
А что на деле? Лишь разлука…
И души спрятанные в маски…
Tы кто? Мечта? Скажи на милость…
Зачем мне грёзы, где реальность?
Зачем бессмысленно родилась?
Отодвигая лишь усталость…
Ты сердце? Да не лги, не верю!
Не может сердце так болеть…
Сейчас я пульс тебе измерю…
Ведь если бьёшься, нужно греть…
Собрав всех вместе, воедино…
Задам я лишь один вопрос…
Ну почему же счастье мимо…
Не задержавшись пронеслось?
Да, не хватает только счастья…
Но вот беда, без вас, без всех…
Внутри лишь горечь и ненастье…
И безразличья громкий смех!