Любимый - это человек, который чаще всего открывает кошелек не для того, чтоб достать деньги, а чтобы посмотреть на вашу фотографию.
Tак надоело терять людей… Hужен кто-то, кто придет в мою жизнь и скажет: хочешь, не хочешь, я остаюсь…
«Мужчины не знают, как относиться к женщинам. Или нас воспринимают как сексуальные обьекты, или нами пренебрегают».
Интересная особенность: негры традиционно лидируют в беге, а белые в стрельбе.
А у вас не бывало такого, что читая цитаты и комменты некоторых авторов, появляется желание перечитать Фрейда или Корнеги? Или, как минимум, пойти и умыться? Странно, люди умные и рассудительные пишут иногда с употреблением идиоматических слов, что зачастую бывает «в тему» и читается спокойно, потому как остроумно и юмор «легкий». К какой категории отнести авторов, которые тут цинично высмеивают физические недостатки, инвалидов, людей, пострадавших не по своей воле зная, что им не ответят? Слово ТРОЛЛЬ не в полной мере передает внутренний мир таких авторов. А они гордятся черной своей душой, злым языком (не путать с острым), хвастают своей циничностью и хамством. Умный совет - не обращай внимания. Но если мы перестанем обращать внимание, то и сами превратимся в троллеподобных. А я не хочу. Не хочу терять своего лица, не хочу глумиться над жизненными принципами и моральными устоями. Можно поставить за эту цитату + или -, Мне от этого не будет ни жарко ни холодно, просто подумайте и задумайтесь - ведь я права. И если кто-то из прочитавших перестанет оскорблять других, прикрываясь красивым ником и качественной аватаркой, или хотя бы попытается понять - какая разница между юмором и цинизмом - троллей станет меньше и воздух станет чище.
Кто занялся познанием себя, тому некогда замечать за другими. Осуждай себя и перестанешь осуждать других.
Задайся вопросом и попытайся на него ответить. Одновременно мысленно
прислушайся, как ты начинаешь врать самому себе.
Зачастую выиграли вы или проиграли это совсем не важно. Сыграть в шахматы с Каспаровым это в любом случае большое удовольствие.
А мне вот нравится смотреть «Камеди клаб», «Камеди вумен»,"+100 500″, «7 кадров», «Интерны» и «Реальные пацаны»…
Но самое интересное не в этом., а в том, что…
Мне еще нравятся Задорнов, Жванецкий и даже Гоголь, Булгаков, Коэльо, Дж. Лондон, А Толстой, братья Стругацкие и масса других совершенно положительных авторов…
А вот пафосные конформисты, погрязшие в своих маленьких закрытых мирках, мне очень не нравятся…
И, может быть, юмор ниже пояса и несет за собой некую пошлость, но эта пошлость позитивна. (хотя я и не согласен, что в этих передачах только такой юмор. Нормальный там юмор.)
И мне очень жаль людей, у которых секс случается по большим праздникам раз в полгода…
И основную причину их ненависти к пошлости, сексу и юмору я вижу в большой личной боли и трагедии их жизни, по поводу отсутствия в ней этих вещей…
Пока Мы все в новогоднюю ночь смотрели «Камеди Клаб», Президент по «Первому» каналу рассказывал друзьям, каким удачным был этот год, и как еще лучше будет в следующем…
Иногда кажется, что главная проблема в том, что каждый хочет любви. Но на самом деле проблема в том, что каждый по разному понимает любовь.
Ипотека сделала бессмысленной отмену крепостного права 1861 года.
Есть люди настолько далёкие от всего, что их близко ни к чему нельзя подпускать.
- Я слышу дождь… Ты слышишь?
- Я даже вижу его, - я чувствую его на ладонях как и град, шепнула она.
- Может, именно это люди называют: «начать все с начала». Может, именно это нам сейчас необходимо - закрыть глаза и снова их открыть. В конце концов, может тебе вновь влюбиться в меня?
Тишина… Тишина, раздраженная треском сигареты и успокаивающая ритмом осеннего дождя. Тишина, заставляющая тосковать и блуждать в потемках лабиринта собственной души. Тишина сквозь темноту, которой пробивается крик чувств, крик любви, борющийся с гордостью, гневом и просто человеческой глупостью, способной разрушать самую сильную и чистую любовь во вселенной…
- Может, ты позвонишь? - сквозь тихий плачь, тихо крича от тоски, очень тихо и по-детски наивно спросила она.
Уже очень давно, и, наверное, слишком долго, она задавала один и тот же вопрос, когда разговаривала с ним в своих мыслях об осеннем дожде. И не было такого расстояния, которое бы помешало разговаривать с ним, и времени столько не было, что бы забыть его и не пожалеть о той самой великой человеческой глупости, что развела их в одно мгновенье, разрушив вечность чувств. А он, он казался ей почти реальным, и голос его был будто-то настоящий, как и дыхание подобно свежести из открытого окна. И может, она бы поверила, но… тишина, предательски напоминала об осеннем одиночестве.