Однажды прОлитой слезой
Хочу скатиться по щеке.
Щеке твоей, такой родной,
Когда ты шепчешь в полусне,
Как дорога тебе любовь,
Что для тебя я, словно сон.
В блаженстве тая вновь и вновь,
Мелодий тайных слышать звон…
Мы растворимся в темноте,
Оставшись тайной навсегда.
И во вселенной, в тишине,
Зажжётся новая звезда!
Спрятать колготки
Снова вещи находишь глазами,
Забежала всего на часок,
В коридоре споткнёшься о камень
На развилке волшебных дорог.
Я сегодня спокойный и кроткий,
Я люблю, я люблю, я люблю!
Взять и спрятать надёжно колготки -
Лягушачью одежду твою.
Оставайся со мной и увидишь:
Мы такие одни на века!
И тебя не утащит Горыныч,
И не выскочит Баба-Яга.
Ни одной претензии. Ни одной.
Моя птица, кто смел ограничивать взмах твоего крыла?
Кто успел донести, что пока ты стремилась вверх,
Я тихонько по клеточке здесь гнила?
Ничего подобного. Козни паршивых стай.
Мне не больно - не бойся, моя звезда.
ну, а то, что лежу на сырой земле -
поскользнулась случайно и выпала из гнезда.
Расскажи, как там небо? Свободен ли твой полет?
Перья красит то бронза, то бирюза?
Каково это: легким движением вдруг
Без стеснения облако разрезать?
Ну, какие обиды? Что ты! Полнейший вздор!
Я же знаю, что там у тебя дела,
Что случись между нами любовь «всерьез» -
Моя клетка на утро стала б тебе мала.
Как ты пахнешь свободой! Меня пьянит!
От чего ты растерянно злишься, я не пойму?
Почему, если боль свою спрячешь и замолчишь,
Виноватый поставит ее же тебе в вину?
Уже поздно. Рыжее яблоко катится над горой.
Моя мудрость истлеет около девяти.
Ночью каждая птица стремится к себе домой.
Я устала жалеть о тебе.
Лети.
ОН был пугающе красив
И молод. Да, чертовски молод!
Самовлюблен, велеречив
И излучал нездешний холод.
ОНА была не юных лет,
Но сердцем всё любви искала
И никогда не принимала
Вердикт, что шансов больше нет.
Бог, видимо, решил чуть-чуть,
Над этой парой посмеяться
И повелел им повстречаться,
В глаза друг другу заглянуть.
Но что-то есть в ней озорное,
Неуловимое такое:
Глаза так молодо горят!".
ОНА отметила: «Юнец!
Но сколько гонора и спеси!
А впрочем, приглядеться если,
Он лишь позер, но не глупец».
И был банкет, простой банкет,
По случаю какой-то даты.
ОН, молодой и неженатый,
В восторги женщин был одет.
ОНА сидела за столом,
И в эти игры не играла,
Но с удивленьем отмечала,
Что, где ОНА, там рядом ОН.
Потом с неё спросили тост,
Известной дате подходящий,
Тост краток был и очень прост.
Взяла бокал рукой дрожащей,
Волнуясь так, как никогда
Всю жизнь свою не волновалась,
Сказала громко: «Пью до дна!
(Здесь тишина образовалась),
Я пью за грешную любовь,
За радости ее и муки,
За встречи на краю разлуки,
За сердце лечащую новь!»
И так случилось, что опять
Глаза их встретились случайно,
Но в них уже плескалась тайна
И Божьей воли благодать.
Вдали от песен и гостей
До самой зорьки простояли.
Они часов не наблюдали
В завороженности своей.
И улыбнулись Небесам
Их лица, счастье излучая,
И сотню искренних осанн
За встречу Небу посылая.
Любовь их грешной не была:
В ней жили вера и надежда.
И платье было белоснежно,
И за плечами два крыла…
Приду к тебе опять, заманчивым рассветом.
Лучами солнца тихо, по щеке твоей пройду.
Зимой, весною, осенью и теплым летом.
Ты только позови меня и я всегда приду.
Я буду нежностью, в твоих руках горячих.
Я буду ярким пламенем, что на губах твоих.
Я часть тебя! Скажи-а как в любви иначе?
В любви все поровну и только на двоих…
Я хотела бы зайти немного дальше, чем этот дождь, -
запустить тебе ладони за воротник,
пробежать по телу каплями, вызвав дрожь.
Чтобы ты во мне прижился, но не привык
ни к моим губам, ни к пальцам в твоей руке,
ни к моим веснушкам, пляшущим на щеках.
Я хочу с тобой без зонтика, налегке, -
чтоб немного выйти за берега,
как река, как небо, как горизонт,
зачеркнувший синим дождём леса.
Я тебе - немного больше, чем кислород.
Ты во мне - немного шире, чем небеса.
Рассвет коснулся крыш, кустов сирени…
Окрасил ворот старого колодца!
В прохладе утра тают сновиденья,
Играя камышами у болотца!
Проснулись птицы! Пьет росу кувшинка!
Посплетничать собрались балаболки!
И сердце, на томительной пружинке
Твердит, что в глупых ссорах мало толку!
Мгновенья счастья нам отмерит время!
И точность их в единстве шестеренок!
Я верю, нам по силам это бремя,
Мой маленький потерянный зайчонок!
И все ж неотвратима неизбежность-
В объятьях у мечты встречать рассветы!
Даря тепло души своей и нежность!
Ведь это же ЛЮБОВЬ, по всем приметам!
Ухожу от любви! С губ смываю её постепенно.
Забываю обиды и горькие слезы сушу.
Я на волю рвалась. Мне кололи её внутривенно.
А теперь пустота, и я просто свободно дышу!
Нежность слов и признаний пигментом впитались под кожу.
Как тяжёлый наркотик, теперь только с ломкой бросать.
Мне бы каплю смиренья, всё шло по другому, быть может.
Болью строчка сочиться в ожившую снова тетрадь.
Захандрила душа, просквозило её из окошка.
Растерялись слова. Бесполезно, зови не зови.
На бездомную жалость теперь претендует лишь кошка,
Невзначай оказавшись никчемной подменой любви.
А всего-то и надо в мятежную душу всмотреться.
Чтоб в глазах, малахитом причудливым, жили слова.
Но пустые упрёки не внемлют уж тремоле сердца.
И выходит, что ревность слепая, как прежде права.
Да! Не паинька! что ж, я могу быть и дерзкой и вздорной!
Ты попробуй без правки такую царицу принять.
Может будет честнее, в сердцах. обозвать, подзаборной,…
Не пытаясь простить, и побрезговав просто обнять.
Я бегу от любви и вернуться назад нет желанья.
Я кричу -, Не суди!, Но предательство в горле, как ком.
И о глухость и глупость разбились мои оправданья.
Что ж… пусть будет всё так! Только не пожалеть бы потом!
В одной семье, как будто чужестранцы,
Мы говорим на разных языках,
На поле брани мы не новобранцы:
Грыземся не на совесть, а на страх.
Не слышим и не слушаем друг друга,
Свою лишь уважая правоту,
И бегаем по замкнутому кругу,
Движеньем заполняя пустоту.
Затихли растревоженные птицы,
Молчание звенит, как тетива,
Я сохраню последние частицы:
Пусть, дорогой, Я буду неправа.
Когда ты молчишь и боишься ответить,
Я сердцем ловлю твоего ритма стук.
И я улыбаюсь… на целой планете
Ещё не встречала таких нежных рук.
Я мысленно к тёплой душе прижимаюсь,
Боясь это чувство, как птицу, спугнуть.
Об губы твои в сотый раз обжигаюсь.
Желая в глазах от любви утонуть.
Когда ты молчишь и боишься ответить,
Я слышу дыхания жар твой в себе.
И я улыбаюсь… На целой планете
К тебе так никто подойти не сумел.
Как я своей строчкой. вливаясь в сознанье,
Волнуя словами горячую кровь.
Не бойся меня. Воздух пахнет желаньем,
И привкус его носит имя - ЛЮБОВЬ.
Знаешь,
я без тебя не сумею,
Да и больше уже не хочу,
Я пыталась казаться сильнее,
Но увы, мне не всё по плечу.
С каждым днём только,
Веришь, больнее…
Эти раны не лечат врачи.
Столько раз говорила - «Сумею»,
Только сердце сдаётся в ночи.
Вновь
укутавшись грею ладони,
На холодных в тени простынях,
Сны с тобой, прибавляя агоний
Пробуждают под утро меня.
Знай, что я без тебя не умею,
И сложнее всё день ото дня,
Я тобой бесконечно болею,
Я твоя, бесконечно, твоя…
Зачем, зачем смеется небо,
Смеется небо надо мной?
Тебя скрывая раньше где - то,
Явило нынче предо мной.
Тогда, когда я цветом вишни,
Любуюсь уж со стороны.
Когда, увы, я осень жизни,
А ты ровесница весны.
Женский взгляд
Знаю, поздно или рано -
Кто укажет точно сроки? -
Ты утешишься романом
С новой женщиной нестрогой.
Научил летать высоко,
Пить глотками воздух свежий.
Отпустила я пророка,
Словно птицу из манежа.
Трудно жить сейчас без крыльев
И дышать машинным смрадом.
Двери в комнате закрыли.
Никуда лететь не надо.
Лабутены Любви
Наступили на сердце жестоко
Как клюют воробьи
И как будто ударило током
Я стоял и молчал
А глаза наливались слезами
Лабутены Любви
Раздавили меня и сказали:
Погодика родной
Ты кудаж со своими лаптями
Погляди на себя
В них ходить на базаре-вокзале
Будто я таракан
Не имею простого желанья
И разрушился план
Растеклось мозговое сознанье
Только кровь из ушей
И остаток тупого лобзанья
Лабутены прогнали взашей
До свиданья
Я лежал и курил и в глазах
от подошвы лишь пламя
Словно злой гамадрил
А вокруг ошалевшие лани
Почему мы боимся Любить обезьяны
Нарушаются все первобытные планы
Лабутены Любви
Привлекают вас только карманы.
Лабутены Судьбы
Протяните ко мне свои длани
* * *
Любимая влюбилась в молодого
Смотрела глупо на его подъезд,
Ловила от него простое слово
И каждый жест.
Рукой ласкала трубку телефона
Ждала от «мамы» целый день звонок,
А я спросил себя вполне законно -
А я бы смог?
Влюбиться в ночь в одну из тех красавиц,
В короткой юбке под вечерний бриз,
Зайти во двор, с подружкой обнимаясь
И развестись.