Храни очаг, подбрасывая щепки.
Пусть все вокруг заковывает лед.
Храни очаг в цепях и тесной клетке.
Храни очаг, пока душа живет.
Храни очаг без прав и без надежды.
Не ты зажег, и не тебе гасить.
Храни очаг, и не устанешь прежде,
Пока устанешь двигаться и жить.
Храни очаг без поисков ответа.
Пусть без тебя чужой проходит пир.
Храни очаг, как горсть тепла и света,
Себя спасая и спасая мир.
Всем было так интересно думать о смысле жизни, что о смысле смерти думать было некогда, и когда та приходила, успевали подумать лишь одно - «Ну шо за западло?! Разве я не должен жить вечно?!»
Бывает трудно удержаться мне от мата,
Когда вокруг меня такие люди есть:
Они считают, что у них «ума палата»,
Ну, а на деле, там палата номер шесть…
Когда люди говорят одно, а проявляют совсем иное, я доверяю не их словам, а своему чутью.
Он скован в тягучей сонливости дней,
текущей по стенам квартиры в хрущёвке.
Он словно залипшая кнопка ''replay'',
и в мае в углу стоит пыльная елка.
Нависшее вымя густых облаков
вонзает в глаза его молнии-спицы.
И время проносится мимо него,
как кролик с часами мимо Алисы.
Он заперт. Он пленник тяжелой судьбы,
сплошных неудач и позорных провалов.
''Подняться'', ''ускориться'', ''если бы'', ''бы'', -
порывы опять глохнут под одеялом.
И ночью он шепчет в подушку: ''Господь,
Всевышний, Ганеша и Будда,
так, если вы есть, и во мне ваша кровь,
прошу, покажите мне чудо''.
И Бог улыбается краешком губ,
и крутит в ладонях своих папиросу.
Он мудр и стар, и немножечко груб,
и в сердце его антрацитовый космос.
Но пальцы его перемазаны в пыль,
волшебную звездную пыль с Альфераца.
Он любит усталых, неловких, кривых,
больных и озябших, и низшего класса.
И вот человек идет по мосту,
подошвы устало скрипят по асфальту,
и пар вылетает с обветренных губ,
и мелко дрожат занемевшие пальцы.
Но луч разрезает ночной небосвод,
и сыплется вниз белоснежная пудра.
А рядом стоит, усмехаясь, Господь.
И шепчет: ''смотри,
это первое чудо''.
Ступая все дальше в ночной тишине,
укутанный снегом и воющим ветром,
идет человек, тенью в свете огней
стальных фонарей, шагает к рассвету.
И где-то, на перекрестке дорог,
он видит бездомного, в порванной куртке,
за ним бежит пес, он промок и продрог,
и манит их сонность пустых переулков.
И этот бездомный, обшарив карман,
находит кусок зачерствелого хлеба.
Он делит его, съедая часть сам,
вторую - отдав псине тощей, облезлой.
И Бог произносит простые слова,
и голос его вливается в уши:
''смотри, это чудо под номером два.
Добро, что спасает погибшие души''.
И в шесть, человек заходит в метро,
проходит к началу пустого вагона.
И в сердце его, пусть чуть-чуть, но тепло,
и может, не так безнадежно и злобно.
На станции в поезд заходит народ,
и в серой толпе полусонного люда,
он видит красивый, смеющийся рот.
И Бог говорит: ''это - главное чудо''.
Любовь заползает под плотную ткань
и стаю мурашек по коже пускает.
И так человека находит мечта,
и злая тоска от него отступает.
И Бог говорит, голос льется с небес,
и Бог улыбается, добро и мудро:
''весь мир состоит из прекрасных чудес.
Ищи. И найдешь свое личное чудо''.
************************************************* *******************************************Научи меня так говорить - будто прясть,
чтобы нить оплетала твои запястья,
и тянулась к моим, становясь кандалами.
Научи меня так целовать, будто нами
управляют не деньги, не жажда и похоть.
Научи меня так обнимать, будто в кокон
крепко кутать тебя, и боясь шевельнуться,
слушать хриплые ритмы тягучего блюза,
наслаждаясь биением тихого пульса
под моим большим пальцем. Не строя иллюзий,
обещать себе верить в тебя до финала,
до последнего вздоха, до атомной бомбы.
И качаясь на волнах постельного жара,
прикасаться к твоим идеальным изломам
с восхитительным трепетом, гладить губами,
понимая, что мы совершенны лишь вместе,
понимая, что мы есть чистейшее пламя.
Научи меня быть беззастенчиво-честным,
не бояться суждения, слова, ошибки,
поцелуя в толпе, обещания, плача,
неумелости, смеха, широкой улыбки,
не бояться быть тем, кто считает иначе.
Превращая ''люблю тебя'' в слово-молитву,
твоей верой ведомым, всегда возвращаться
с обожженного поля бессмысленной битвы,
обнимая ладонями теплую чашку
черной байховой жижи с Луной из лимона,
целовать твои мягкие русые пряди,
прижиматься к коленям твоим, как к амвону,
обретая бессмертие в наших объятьях.
Практически идеален тот, у кого планка требований к себе выше, чем к окружающим.
В нашем обществе самый большой недостаток - нравственная чистоплотность.
Живи так, словно живешь уже во второй раз и при первой попытке испортил все, что только можно испортить.
Красота есть во всём, в чём есть - жизнь.
Посмотришь НТВ, сразу спокойно становится, наши менты - нас берегут… Встретишься в жизни с ними, падаешь с небес на землю…
вот же, смотри, как я собираю буквы.
(в тексты,
которые памяти не нужны)
если б могла - молилась хотя бы Будде,
чёрту ли Господу…
только бы без вражды!
вот же, смотри, мой мир. он сегодня шаток.
мне не хватает сил оставаться тут.
не понимаю, как вздумалось оплошать так -
те, кому мы так верили, снова лгут.
что рассказать? не город, а поле боя.
нужно сбежать отсюда.
но стоит ли?
мне так отчаянно нравится быть с тобою,
не предавай меня, слышишь?
не обмани!
я приезжаю. на полке билет на поезд.
много ли нужно для смелости… мыслить так,
чтоб о любви хватило идей на повесть?
чтоб эти чувства - не якорь на грудь, маяк!
если ты правда веришь, что мы причастны.
если действительно веришь в благую весть,
то я приеду скоро…
и хлынет счастье!
столько ютилось страхов, уже не счесть.
вот же, смотри, как тексты ложатся ровно…
мне опротивело прятать в страницах ложь.
мой новый мир не будет запачкан кровью.
просто тебе спасибо
за то,
что ждешь.
© Виктория Миловидова
Чтобы получать от жизни удовольствие, не будьте недовольны другими - будьте довольны собой!
За основы берем
Угасающий мир,
Если счастье познав
Не делился с другим.
Догорела свеча в Предрассветную ночь.
Кто-то может сказать
Что тебе не везет.
У фортуны уж свой по Мотивам сюжет,
Если ты не любил,
Значит просто не смел.
Не заштопать судьбу-
У путей нить тонка.
Не по правилам жил ты,
Погрязнув в долгах.
Проведя под итогами
Жизни предел,
Оглянись на ту грань
Что когда-то сместил.
Строим замки себе из прошлого.
Чувства каменные, как горошины,
В жизни наши ядом впиваются,
И истории мир повторяется.
За любовью, как тени бродячие,
Ходят судьбы наши забытые
По брусчатке моста холодного.
Счастье где-то осталось не понято.
Серость свода небес монотонная
Над потерянным тянется временем.
У истории мир повторяется,
Счастье где-то осталось не понятым.
Первые 10 минут после секса - это единственное время,
когда тебе кажется, что твоя жизнь удалась.
&