Мешает что-то постоянно,
хочу быть форте,
но - пиано…
Вам сердце рвет тоска, сомненье в лучшем сея.
- "Брось камнем, не щади! Я жду, больней ужаль!"
Нет, ненавистна мне надменность фарисея,
Я грешников люблю, и мне вас только жаль.
Стенами темных слов, растущими во мраке,
Нас, нет, - не разлучить! К замкам найдем ключи
И смело подадим таинственные знаки
Друг другу мы, когда задремлет все в ночи.
Свободный и один, вдали от тесных рамок,
Вы вновь вернетесь к нам с богатою ладьей,
И из воздушных строк возникнет стройный замок,
И ахнет тот, кто смел поэту быть судьей!
- "Погрешности прощать прекрасно, да, но эту -
Нельзя: культура, честь, порядочность… О нет".
- Пусть это скажут все. Я не судья поэту,
И можно все простить за плачущий сонет!
Судьбой бывает недовольны,
считаем, большего достойны,
но что творим мы на пути,
помилуй Господи, прости.
Как это ни удивительно, но двойственность в природе человеческого ума намного сильнее, чем воля к самостоятельности и ответственности за собственную жизнь. В большей части простых решений люди не руководствуются памятью о поставленных себе целях - ладно бы больших, но часто даже малых. А предпочитают включать механизм «перекладывания ответственности». То есть - либо прямо спрашивают у кого-то совета, либо идут на поводу чьей-то концепции (научной, религиозной
Зачем?.. Оказывается, так уму проще не бояться ошибки. Именно не бояться - вот что важно. Не так важна для Эго ошибка, как страшно ее осознание, ведь для него это признание собственной слабости. Конечно, слабости не в физическом смысле. Ум не физический, он сущность более тонкого плана бытия. Того плана, где всем обитателям ясно, что из себя представляет Сила - личная сила. И насколько она ценна…
Как же работает механизм «перекладывания ответственности»? Да вы и сами прекрасно знаете это по себе! Поступок совершили сами, а руководствовались как бы кем-то или чем-то другим. Через какое-то время заметили результат (если хватило осознанности) или просто оценили - стало «лучше и легче» или «хуже и труднее» в жизни. В первом случае, инерционно порадовались, но не слишком сильно, потому как помним, что поступки не совсем наши. Во втором случае, спихнули вину на советчика (или объект подражания). Расстроились, но не так уж сильно, зато обиделись или разозлились на советчика/объект гораздо сильнее. Это стандартный случай - не обязательно, что у каждого должно быть именно так, но общий смысл думаю понятен.
И это демонстрация двойственности ума, его хитрости, как защитного устройства. Причем, защитного именно для себя самого в теле, для удержания своей главенствующей позиции в многомерной структуре ЧЕЛОВЕКА, которой каждый из нас является. Но имеет ли право на это главенство наш ум (Эго)? И нравится ли вам его методика, отнимающая столько вашей личной силы на все эти хитрости, подражания и страхи? Неужели не правильнее брать ответственность на себя, настраиваясь на безупречность в собственных глазах, и так шагать в неизвестное. С чувством готовности принять вызов и одинаково ровно отнестись к результату своих действий, как бы они не выглядели. Именно так вам никогда не придется ни винить окружающих, ни оправдывать самого себя. И с другой стороны, не нести на себе больше, чем нужно. Ведь если вы сами ответственны за свою жизнь, то признаете это же право в остальных. То есть, не соглашаетесь ни на какие обвинения со стороны. Так вы перестанете безпокоится, если кого-то «случайно приручили по их мнению», но и не позволите «удобнее усаживаться на вашей шее» не желающим становиться сильными самостоятельно.
Это все разумеется не значит, что вы перестанете взаимодействовать с окружением. Наоборот, вы сможете взаимодействовать наиболее эффективно. То есть делать добро, делиться своей любовью в ее безусловной форме, наполнять жизнь светом. Ведь теперь вы чаще будете оказываться впереди многих и естественно озарять путь догоняющим. Не держа факел в руке - нет! И не жертвовать собой, потрясая вырванным из груди сердцем! Факелом станете вы сами, будучи наполненные до краев своей же личной силой. Она и есть свет!
Только прошу, не принимайте написанное за философию и тем более за банальную мотивацию. Все здесь сказанное - почти учебное пособие, по которому вы можете научиться быть сильными. Выходить на поединок с миром в любой момент. Принимать любой его вызов и побеждать. И всегда один на один - вы, как разумная движущая Сила и мир, как Свобода возможностей ее приложения…
Актрисы дамы, и у всех
К игре имеется сноровка,
Хотя приносят им успех
Уборка, стирка и готовка.
Мир питает тебя, ты отвечаешь благодарностью)
У меня настойчивое желание потерять связь с реальностью. Впасть в того рода безумие, в котором не слюна капает с безвольного подбородка, но звучит музыка. Гремит, ликует, торжествует. Нет, не та музыка, которая плывет в уши извне, а та, что звучит изнутри, вылетает рывком из твоих собственных ушей, из рта, из глаз - всей силой разбивая твою дышащую грудь о тамтамы неба. В то безумие, заставляющее локтями ломать прибитые к коже доски привычек, повадок и поводков, паводком разливаясь вширь. В то безумие, когда ты снимаешь костюм, поднимаешься из-за стола, встаешь на стол и яростно орешь в стену. Или хохочешь посреди площади, задрав лицо к небу, потому что сердца коснулся жар крайней, предельной точки терпения. Безумие любить и ненавидеть - не оглядываясь, безумие непривычных действий или слов, безумие резко оголившейся, ставшей бессистемной жизни. Я хочу впасть в безумие, впасть в реки, впасть в руки. Я хочу выпасть из календаря и расписания остановок. Меня останавливает только понимание того, что обратной дороги не будет. Пока что останавливает. Пока что…
Не говорите мне о том, что они говорят обо мне… Скажите мне, почему им комфортно говорить это в вашем присутствии…
Сильный, даже когда уходит, - остается.
Прими несовершенство мира - и тогда тебя полюбит жизнь.
Легко списать все неудачи
На злые происки врагов,
Как ни крути, но это значит,
Что ты бороться не готов.
Мужчины - они, как Бог: достаточно в него просто ВЕРИТЬ и он сотворит, для тебя, чудо. А если чуда не происходит, значит вера твоя - ФАЛЬШИВА!
Ты - девочка другого мира
И свысока на все взираешь.
Твои неведомы кумиры,
И то, за что их избираешь.
Читаешь Толкина и Лема,
Стругацких, Роджера Зелазни…
Чтоб книжку подписал Нил Гейман,
Прошла немыслимые казни:
Проснулась раньше, чем обычно,
Часов на восемь, до рассвета,
И в Тель-Авив примчалась, лично,
К нему. Но несмотря на это,
Твои глаза - две синих льдинки,
Глядишь, как пришлый гуманоид,
И любишь рваные ботинки,
За то, что «были на Pink Floyd».
Ты носишь папины ковбойки,
Смеешься над девчонкой в мини,
И по-английски шпаришь бойко,
Пусть родилась на Украине,
Хотя, совсем не помнишь снега.
Себя определила русской.
Твое болезненное эго
С трудом справляется с нагрузкой
Нелегких будней эмигрантских,
Совсем не делающих скидок
На малость лет и ветер странствий,
Осевший в доме, будто выдох.
С косметикой совсем не дружишь,
Не носишь серьги и колечки.
Как кошка - никому не служишь.
Порою - нежные словечки
Ты вдруг посыплешь, как из рога,
Визжишь и лезешь целоваться,
А иногда ты - недотрога,
И грубо просишь не соваться,
И что-то на иврите пишешь
В дневник, с прилежностью Матфея.
Не веришь в посланное свыше,
Мала в объятиях Морфея,
Боишься темноты, взросленья,
Бескомпромиссности реалий.
Ты - из другого поколенья,
И снизойдешь ко мне едва ли.
Ну что ж, будь счастлива в Сезаме,
Храни полученное знанье,
И плачь лишь светлыми слезами,
А я - забуду заклинанье,
Не попрошу: «Сезам, откройся!»
И не ворвусь в него, не бойся.
Жизнь, движимая не любовью и великодушием, а ненавистью и завистью, - это не настоящая жизнь.
Он был старше ее, и в полеты не звал.
он любил свое небо, и измен не прощал,
он доподлинно знал. В этом мире из слов
слишком мало правдивых и нежных стихов…