Ты бросил розу красную на снег.
Из теплых рук упала, как разбилась.
Ей холодно, бутона лепестки порвались о сугроб.
Она любила. Ты ее берег,
Но жаль, недолго ваше счастье длилось…
Не виноват цветок что перестал быть нужным.
И умер на снегу холодном, одиноко — безоружным.
Передо мной билет… Волнение !
Опять в дорогу, слава Богу !
Уже частит сердцебиение…
Гостинцы, вещи. Как их много !
И «поскакали» в память мысли
по именам, по адресам…
Жизнь снова наполняет смыслом
по вечерам !
Жила беспечно и не роптала
о новых встречах я лишь мечтала.
За телефон! Звоню всем, всем
Друзья! Родные! Лето!
Я еду в молодость! на родину!
Вот мой билет!
Она доверчива, легка,
И ждёт, что будешь с ней навечно,
Конечно… очень дорогА…
Но сердце… нет, не безупречно…
Сомненья разбивают всё,
Покоя нет, тревожат мысли…
Боишься принимать полет,
С собой сражения… и числа…
Но, что поделать, жизнь порой
То дарит… больше отнимает,
И не ответит ни за что,
Кто верный путь определяет…
Нога об ногу, как слепой
Так бьешься, по стеклянной чаше…
А вдруг не та?-Вдруг не мое?
Но время убегает дальше…
Дыши… все по своим местам
Расставь… доска уже готова…
Не выбирай, не обещай,
Твоё придет, дождись лишь слова…
Copyright: Анна Новикова 14, 2018
Свидетельство о публикации 118070106960
Жадине всегда мало как и вору
Один не знает что делать… а другой куда делать
Имманетность зффемеров беллетрично лаконичного Адепта
В пространстве… испаряясь теряя коэффициент в массе альтруизма !!!
Когда рак на горе свистнет!
Рака в горы неси-рискни,
Свиснет рак, обретешь мечты,
А не свиснет, то сам свисти
У последней черты!
Я ползу на Гору Счастья,
Камни трутся о башмак,
Альпеншток забыл и снасти,
В пропасть улетел рюкзак…
Слева сердце беспокоит,
Справа — печень, всё — пустяк,
Ничего залезть не стоит
Мне на Гору даже так…
Доползу и загадаю:
Всех на свете понимать,
Понимания желаю!
Как его не пожелать?
А еще пусть в целом мире
Передохнет Скука,
Чтоб в пустой своей квартире
Не орать: «Жизнь-Сука!»
На Горе подставлю ветру
Кашлем сплюснутую грудь,
Буду чувствовать, как лето
«Начисляет» по чуть-чуть…
Как коленные суставы
Снегом больше не хрустят,
Как природные «забавы»,
В своем вихре закружат…
Час уже башмак на ветке,
Пятки гладят трАву,
Вне индустриальной клетки,
На Горе, без славы…
Я медленно и верно умираю,
Во мне кричат кусочки тела,
Я жадно кислород хватаю…
А до меня тут всем нет дела.
Постой, ты, жизнь — еще так рано,
Еще, совсем, я молодой…
Как похмеляются немного таном,
Ты тело оживи живой водой.
Я понял: много не успел;
Что в жизни — радости предел.
В молитве к Богу я хотел
Сказать, чтоб Дьявол не трендел.
И боль по каждому ребру,
И гири в голове висят…
Так, неужели, я помру?!
И пылью, прахом все грозят.
Нет! Встану я, назло врагам,
За жизнь начну хвататься,
За солнца свет, за цвет воздушных гамм,
За Бога я начну держаться.
И, если оторваться суждено:
Без жизни не боюсь остаться.
Но все же, хоть одной рукой,
За жизнь и веру буду я держаться!
24 июня 2014 года.
Как правило, не видя своего, чужое взором пожирают.
Я все чаще думаю, что не умею жить
с этой смуглой женщиной, зрящей себя шкатулкой
для предельно древней и беспощадной души.
Я смотрю ей в зрачки, как в дуло,
я вижу пули.
Иногда в ее лице проступает жуть,
острый профиль тогда почему-то похож на лезвие,
но она говорит:
«Относись ко мне, как к ножу.
Он всецело твой.
Но он острый, ты можешь порезаться».
Иногда мне кажется — именно этим ножом
ей когда-то случилось разрезать грудную клетку
и войти в мою грудь,
и устроиться там дождем,
и устроиться там на долгие десятилетия.
Я все чаще решаю не думать, что будет потом,
познавая ее мгновенно, предельно кратко.
Улыбаюсь.
Стираю темную кровь на живом.
Я беру свой нож и целую его рукоятку.
мир полон глубоко несчастных
не знающих о том мужчин
которые меня не встретят
и не полюбят никогда
герасим воспитал бобрёнка
и в каждом волжском городке
за деньги топит ежедневно
прилюдно в шкурке от щенка
Недостаток рожденного летать — отсутствие твердой почвы под ногами.
То был особенный день в её жизни… Она наконец-то добилась того, чтоб рак пополз на гору и свистнул… Собственно не оставив мечте ничего другого, как просто сбыться.
Публичный дом — место, где цветут пороки и увядает добродетель.
Я сильнее тебя, я смогла поставить точку.
Я сильнее тебя, через боль закрыла дверь.
Я смогу без тебя, хоть и кричу, что нужен очень.
Я смогу без тебя, хоть и не знаю, как мне жить теперь.
Я сильнее тебя, я смогла забыть твой номер.
Я сильнее тебя, не признаюсь, но за тебя молюсь.
Я смогу без тебя, я смогу, я знаю точно.
Я смогу без тебя, но боюсь, что я сорвусь.