Так часто мысли — мироздания
Приходят в разум мне,
Что величайшие создания
Все мы, на всей земле.
Так часто к Богу обращаюсь,
Чтоб ОН мне дал ответ,
Как жить на свете не боясь,
Услышав слово «нет»?
Мои вопросы получают
Всегда один совет:
«Лишь только вера, нас спасает
И дарит нам свой свет».
Святая вера оставляет
Нас на земле большой
И продолжаем жить мы в счастье,
Подаренным судьбой.
Потоки мыслей затмевают
Вопросами своими,
Но я иду своей дорогой
Все ж не плененный ими.
Я остаюсь здоров и жив
В добре, заботе Бога!
Все исполняются мечты,
Вокруг чудес так много!
Так часто мысли — мироздания
Приходят в разум мне,
Что величайшие создания
Все мы, на всей земле.
Не знала женщина богатства
Любви и легких в жизни дней,
Но хорошо все отзывались
О доброте ее, о ней.
Трудом нелегким и упорным
Она губила дни свои,
Чтоб прокормить детей любимых-
Они так медленно росли.
Но пролетели быстро годы,
И братья стали уж взрослей,
Нашли друзей себе, работу,
И жизнь казалась веселей.
А мать в душе благодарила
Немые вечно небеса
За то, что с ней ее родные,
Дающие радость сыновья.
О чем мечтали братья днями?
Конечно о своей любви,
О теплоте, о той заботе,
Что мог им дать покой семьи.
И вот, однажды, полюбили
Одну красавицу они
И за нее могли б спокойно
На смерть ужасную пойти.
Они не знали, что любили
Вдвоем красавицу мечты.
Они не знали, что однажды
Она сожжет им две судьбы.
И каждый день она играла
Любовью молодых людей
И постепенно поедала
Всю их любовь, как черный змей.
Прошли года, они узнали
Всю правду искренней любви.
Прошли года, они узнали
О лжи любимой, страшной лжи.
Но поделить ее не в силах
Их души были и сердца,
А дева та в душе смеялась,
Что вот, вот так, она нужна.
И что в итоге получилось?
Они сошлись в бою огня
И уходить от битвы этой
Ни одному уже нельзя.
И ночью поздней вышли в поле
Сражаться на смерть за любовь,
Уже забыв, что были братья,
Что в венах их родная кровь.
И лишь луна могла увидеть
Безумство родственной вражды,
А темноту все освещали
В глазах их злостные огни.
Они забыли в битве смертной
Про мать больную, что ждала
Двоих детей своих на праздник,
Что беспокоилась она.
Ведь в этот день на свет явились
Ее родные сыновья.
Ведь в этот день они родились
И улыбнулись небеса.
А в этот миг они сражались,
Не зная жалости в душе,
А в этот миг они свершали
Ужасный грех в своей судьбе.
Так получилось, что в минуты
Ужасной битвы двух людей,
Два тигра самку все делили
В безумстве призрачных ночей.
И бой вскипел ужасной злобой-
Два тигра дрались за любовь.
Она и у зверей бывает
И проливает так же кровь.
И на земь пал от рук родного
Убитый на смерть брат один.
Да, он погиб, но почему-то
Он слезы боли уронил.
И на земле в ночи лежал он
С улыбкой на своем лице,
А на глазах застыли слезы-
Он охладел давно уже
А мы вернемся к битве тигров,
Что продолжалась в эту ночь,
Летело мясо в этой схватке,
Летела, брызгала их кровь.
Ну, почему-то звери эти
Остановились, разошлись,
Ведь, у одной, одной тигрицы
Когда-то в прошлом родились.
Совдеповское время, невыездное. Работал у нас в НИИ инженер с какой-то еврейской фамилией, скажем, Херзон. Тихо делал свою работу, и голоса его никто никогда не слышал.
И вдруг задумал уезжать. Событие. Срочно собирается профсоюзное собрание. Выступают разные лидеры, типо, предатель Родины, страна тебя взрастила, сцуко, идеологически воспитала. А наш Херзон сидит, голову повесил, и видно всем, что мучается парень, не в себе. Еще бы, ведь ему объясняют, что с его отъездом все покатится под откос к чертовой матери, весь мир во всем мире, ебать его гнилые кости.
Когда клиент дозрел, согласно расчетам президиума, ему предоставили слово.
«Товарищи!» — сказал он, и многие удивились тому, что он вообще может говорить. «В этот исторический момент меня обуревают сложные чувства. Во-первых, я счастлив, что слышу всю эту хуйню в последний раз…»
Зал аплодировал стоя. Договорить ему не дали. А Херзон просто хотел сказать, что, во вторых, его ожидают многочисленные проблемы и трудности, с которыми неизбежно сталкиваются все переселенцы, и надеялся на прощение и сочувствие.
Человек, который «заигрался», не думает об ответственности. До «взрослости» не дорос…
Замкнулся даты этой круг,
Приметы мне без разницы.
Сердечко мужа спас хирург,
Тринадцатого в пятницу.
Зеркальный мир стал настоящим,
В котором раньше жил,
Когда не знал я о тебе,
Когда я не любил.
Моя реальность находилась
В стекле немых зеркал.
Я был затерян много лет
И про любовь не знал.
Но ты одним прикосновеньем
Все зеркала разбила.
Своей любовью неземной
Меня освободила!
И настоящий свет, живой,
Увидел я с тобой,
Вдохнув весенний аромат,
Подаренный листвой.
Я шел свободно по осколкам,
В которых раньше жил,
Не вспоминая ни на миг
Опустошенный мир.
Твоя улыбка и глаза
Меня освободили,
Вселили радость в душу мне
И в корне изменили!
Зеркальный мир стал настоящим,
В котором раньше жил,
Ведь повстречать сумел тебя
И веру воскресил!
Стихов таинственное время
Само вдруг наступило,
И снова начал я писать
О том, что будет, было.
Но для меня важно то время,
Когда лишь ты со мной,
Мне ничего дороже нет,
Чем голос слышать твой.
Я много времени потратил
Совсем напрасно, зря.
Плохих считая за друзей,
Что предали меня.
Им отдавал свое тепло,
Тихонько остывая,
Но ты пришла в судьбу мою
Любимая, родная!
Сейчас уже я не в плену
Запутанных дорог.
Ты охраняешь, бережешь
Мой дар в потоках строк.
Ты исцеляешь жизнь мою
От сеток цепкой лжи,
Наполнив все вокруг меня
Дыханием любви.
Стихов таинственное время
Само вдруг наступило,
И снова начал я писать,
Чтоб ты меня любила.
Видишь этот мир?
Видишь, какой красив он.
Ну мне не нужен такой,
Если тебя нет рядом с мной.
Я скучаю по волосам,
По губам, теплым, нежным рукам.
Я решил быть навеки с тобой,
И принял решение окончательно…
Почему раньше не родился.
Мир меня сейчас вовсе пугает.
Ведь в нем я не хочу тебя потерять,
Страх потери — проблем сбегает.
Без тебя как-то плохо внутри,
Без тебя сложно с дыханием.
Без тебя начал болеть,
Разорвал снова для стихов тетрадь.
Есть о чем мне писать, и петь.
Я затонул уже, родная,
В однообразной суете,
Я затонул, тебя не зная,
В неимоверной глубине.
Дышать в воде мне не хотелось
И не возможно просто было,
Я камнем шел совсем ко дну,
Когда меня ты не любила.
Никто не знал меня, родная,
Никто не думал разыскать,
Да я и сам не торопился
Со дна вселенной выплывать.
Мне надоели злые лица
Продажных низменных людей,
И, даже в вечной глубине,
Мне лучше было уж, поверь.
Но ты на дно ко мне спустилась,
Чтоб показать, как надо жить.
Меня любовью вдохновила!!!
Я снова стал к спасенью плыть!!!
Я за ладонь твою держался,
Смотрел в прекрасные глаза,
И потихоньку выплывал,
Ведь ты — любимая моя!!!
Хоть затонул уже, родная,
В однообразной суете,
Хоть затонул, тебя не зная,
В неимоверной глубине.
Я не ожидал в этой жизни,
Такую вот встречу,
Счастливой и случайной.
И с каждым днём тебе пишу.
Я мечтал о встрече с тобою,
Я встретил тебя в своей судьбе.
Я полюбил, и быть хочу,
И беречь тебя на Земле.
И хоть расстояние между нами,
Буду доносить ветром слова о любви.
Ты только улыбнись, скоро наша встреча.
Ты не плачь, пожалуйста, не хочу видеть боли.
Одно дыхание на двоих,
Ты замолчишь, я утону.
Мне не хватает рук твоих,
каждый раз взглянув скажу:
Как сильно я тебя люблю.
опять не принимают в нато
так там без вас полно говна то
Я злой, я потерян, как бродячая собака!
Как будто моя смерть близка.
Душа растерзана и мертв изнутри
Бога нет и никто не услышит молитв.
Я спрашиваю себя
спрашиваю вас, и задаю вопрос!
Каково это — жить настоящей жизнь, быть настоящим?
Не далеким, и одиноким.
А, чувствовать себя, и быть первым.
Я не боюсь умереть…
Я хочу знать!
Что будет после этого?
И что ждёт каждого!
Я вегетарианка. Исключение — рыба. Иногда — бифштексы. Обожаю бифштексы!
Тень в своих ног я,
Больше сердце не бьется.
Смертник уже на воле,
Охотиться за мной и не боле.
Смерть продолжает охотиться за мной,
Не оставляет меня, и пугает темнота.
Я пришел, и проиграл в жизни земном
И остался без ничего, всего лишь пустота.
Охота за головами, охота в темноте,
Этого не объяснить словами, так как я на высоте.
Я буду долго там, пока она не найдет меня.
Где небеса, я меняюсь по местам,
Я от неё километров сотня.
Моя тень стоит и время длиться,
Ну надеюсь я ошибаюсь.
Буду надеяться, что все измениться
Холодные дни, бесконечные мучение
Пройдут, и унесет течением.
Оптимисты — народ заразный.