Паршивое настроенье,
Изредка режет живот.
Не радует даже печенье,
Не лезет оно просто в рот.

Извилины так завернулись,
Что масло из них выжимай.
А в мыслях пустоты надулись,
Не лопнули, так, невзначай.

Куда не смотрю — всё пустое,
Или набито не тем,
Дырявое, или сырое,
Похоже на ветошь совсем.

Пишу я, и изнемогаю…
Терпенье перешло уж в хронизм.
От дома вестей издыхаю,
А здесь какой-то тупизм.

И тупо лежу, и встаю я,
Когда позовут на еду…
И, опять, на кровати дремлю я,
Или в сон, ненароком, уйду.

Почти отменили лекарства,
Но я этому вовсе не рад.
Я от этого постоянства,
Попадаю в лежачий ад.

Я не хочу стать животным,
Тем, что в клетке годами живет.
И с отвращением рвотным,
Терплю, но не плюю в потолок.

Я не знаю, уж сколько осталось,
Бултыхаться мне в этом борще?!
А, как выйду, вздохну, чем осталось;
Позабуду об этом вообще.

23 июня 2013 года.