«Хорошо тебе со мной?» -
спрашиваю.
Солнце село за стеной
крашеною,

покатилось вниз вино -
градиною.
«Хорошо со сладкой, но
краденною.

Поцелуи в три ручья
смоешь с лица,
статуэточка моя,
сахарница.

Так в фарфоровой груди
раны на кой?

Хорошо, но уходи».

Странный такой.