Послушай, любимая…
Здесь много веков назад был город.
Хранимый богами, как хрупкий цветок
В ладонях горячих пустынь.
И ночь, африканская ночь -
Разливалась над ним аметистовым морем…
Город тысячи роз… город кипящей крови -
В венах моих - остыл.
И ты выходила в сумрак цветущих садов -
Истомно-легка…
И таял на коже нежнейшею лаской -
Лунный, прохладный свет.
Я рисовал тебе море… взмах белоснежных крыльев.
И, словно издалека -
Песни звучали…
Послушай, любимая - их отголоски во мне.
Но Боги ревнивы, ведь я их отверг - чтобы служить тебе.
И черное небо раскинуло сеть -
Как вытканный золотом шелк.
Но сколько под ним выгорало до тла -
Влюбленных, живых сердец.
А мне бы твоё от огня уберечь,
Но я так невпопад ушёл.
Я не был поэтом… всё больше молчал.
Не знал ни палитры, ни нот.
Как влить в одномерные строки -
Дыханье вселенной, и счастье своё и боль?
Пустые попытки - разгадывать знаки судьбы,
Решать за нее наперед…
Я просто подолгу смотрел, как ты спишь
И чувствовал - что живой.
Лишь - эхо, любимая… смутная горечь,
Ветром задует пламя твоей свечи.
Заставить мелодию неба звучать в тебе вновь -
Не сможет никто другой.
Был город… и память о нем -
Как стигматы… не вывести, не излечить -
Дольше тысячи жизней,
Сильнее, чем смерть - любовь…