Весь в слезах проснулся Петр Котомкин. От его всхлипываний завозилась и открыла глаза и жена.
- Что с тобой, Петя? Почему ты плачешь?
- Не знаю. Что-то страшное приснилось.
- Неужели кто-то из родных умер?
- Да нет…
- А может, тебе приснилось, что водка в нашем городе кончилась?
- Этого никогда не было и не будет, даже в самом дурном сне!
- Может, ты переживал во сне за голодающих детей Африки и других слабо развивающихся стран?
- А они что, голодают?
- Ну, тогда я не знаю. А может, тебе приснилось, что тебя ограбили? Прямо до нитки?
- Погоди, погоди… Уже теплее. Черт, неужели…
Петр Котомкин соскочил с постели и как был в трусах, побежал на балкон. Оттуда он вернулся со старым валенком, перевернул его и потряс. Из валенка ничего не выпало.
- Где?! - трагичным шепотом спросил Петр жену. Которая при виде валенка деланно зевнула и отвернулась к стенке. - Где, я тебя спрашиваю, моя заначка? Даже тут нашла, зараза!
И он зарыдал с пущей силой…
- Ну ладно, - погладила его по трясущейся голове жена. - Отдам. Половину. Потом. Если захочешь. И вообще, тебе это только приснилось. Никаких денег у тебя в этом дурацком валенке не было. Подумаешь, пятьсот рублей - разве это деньги по нынешним временам?