На границе вишнёвый закат
обращается

в пулю;

но вода, превратившись в вино,

остается водой.

Я стою перед вами - в мокром тяжёлом пальто -
и на бледной щеке губами черчу поцелуи.
Под сгорающим небом ищет приюта гроза -
осыпаясь на улицы, реки, проспекты и плечи.

Под симфонии Шуберта в ноги спускается вечер.
Из трубы слышен рык

голодного старого пса.

Почему тишина - сутула, слепа и беззуба -
но вгрызается в горло - как крыса - отвратная боль!
И вода, превратившись в вино,

остается водой.

Я рисую квадрат - и прячусь в закрашенный угол.

И молчанием вашим можно взрывать города -
над моей головой начинается чёрная буря.

На границе вишнёвый закат
обращается

в пулю;

и рдяная вода течет из пробитого рта.