И если этот Мир - суверенный убийца поневоле; если этот Мир льет кровь; и в этом Мире я несчастен не от того, что я не могу изменить этот Мир - это смешно, - но я несчастен оттого, что как человек, привыкший всегда быть на чьей-то стороне, я не могу сейчас быть ни на чьей стороне.
Я не уйду в отшельники, в столпники, монашеская келья не для меня: без близких и друзей мне день не сладок!
Но на чьей стороне я должен быть?
Абхазов или грузин?
Сербов или тюркских македонцев?
И вообще, на чьей стороне?
Даже не только в тех случаях, где стреляют, хотя, прежде всего - и в них.