Свои мечты в сырой подвал зарою,
на pur l’amour надежды хороня…
У гастронома встретила героя.
А может принца, только без коня.

Стоял, прижав к столбу свою сутулость.
Стекала кровь из шрамов боевых.
Внезапно сердце сильно встрепенулось -
любовь меня ударила под дых.

Он рассказал, что пострадавший в драке,
что ничего не помнит голова.
И защитил меня от злой собаки
породы жуткой - чихуахуа.

Сказал, что с детства обделён любовью
(мой честерфилд задумчиво куря),
Что сам - отменно крепкого здоровья,
что в предках были три богатыря…

Пылая страстью в гости пригласила,
пришила с брюк оторванный карман.
Чтоб поддержать его мужскую силу -
до часу ночи стряпала лагман

и остальные афродизиаки
(одна три года! Чтоб - наверняка) -
блины, котлеты, муссы, кулебяки
(пока в дому не кончилась мука)

Он, напитавшись, лёг под одеяло.
Шепнул, икая: «Я тебя люблю»
(ногами так изысканно воняло,
как камамбером или дором блю)…

Пропали даром пирожки с малиной.
И скормлены зазря мясные щи.
Не получилось песни либидиной.
Либиды нет, хоть с лупою ищи…

Молчит неделю женская природа
(сейчас ей точно лучше помолчать)
Пропал запас продуктов на полгода,
и ложки мельхиоровые, ммммать!