- Ну, теперь огорчи меня чем-нибудь, - вздохнуло Облако, - мне сейчас надо как следует огорчиться.
- Огорчиться?! - удивилась Лоскутик.
- Ой, какая ты скучная! - нетерпеливо воскликнуло Облако. - Ну конечно, огорчиться, а то как же? Тогда я заплачу - и пойдет дождь.
- Но я не хочу тебя огорчать! - взмолилась Лоскутик. - И мне не нужно этого… ну, твоего дождя. Я не знаю, какой он.
- Кончай болтать! - нетерпеливо громыхнуло Облако. - Давай огорчай!
- Но я не знаю, как, - растерялась Лоскутик.
- А все равно. Ну хотя бы скажи: «Я тебя не люблю!»
- Я тебя не люблю… - послушно повторила Лоскутик.
- Что?! - Брови Облака поднялись и сошлись на лбу уголком. Облако моргнуло, слезы так и потекли из глаз. - Я так и знало, что все кончится плохо. Но я надеялось… Думало, мы на всю жизнь…
Облако взмыло кверху. Лоскутик попробовала удержать его за ноги, но ухватила только мокрую пустоту.
- Постой! - крикнула Лоскутик. - Ты же само сказало, чтобы я это сказала!
- А ты бы не говорила! - гулко всхлипнуло Облако, поднимаясь еще выше.
- Имей совесть! Я же не знала, что ты огорчишься!
- Нет, знала. Я же тебе сказало… о… огорчай… - Голос у Облака стал похож на эхо, ветер нес его куда-то мимо Лоскутика.
- Так я же понарошку сказала! Не по-правдашнему!
Но Облако не отвечало. Оно вытягивалось, таяло. Оно больше не было похоже ни на Лоскутика, ни на Мельхиора, так - на кучу белых перьев, выпущенных из перины и не успевших разлететься в разные стороны.
Чтобы не видеть этого, Лоскутик закрыла лицо руками. Она упала на сухую грядку и заплакала, кашляя от пыли.
- Что ты! Что ты! - послышался виноватый голос.
Лоскутика с головой накрыло что-то туманное, мокрое и тоже всхлипывающее.
- Фу! От сердца отлегло. А то, как ты сказала «не люблю», я чуть не испарилось. Есть на свете слова, которые нельзя говорить даже понарошку. Наверное, это и есть как раз такие слова.
«Лоскутик и Облако»