- Фая Соломоновна, ви не против сегодня поужинать вместе?
- С удовольствием, Абрам Семэнович!
- Тогда у вас, ровно в семь!
- Я считаю, если уж быть толерантным, то во всем. Пусть тогда на иконах Богоматерь будет чернокожей, а младенец - еврей.
- Насчет младенца, ты не поверишь…
У нас на даче в пулемет
дождливый снайпер в окна бьет,
но, мы противимся ему
и ежедневно, по утру,
в калошах ходим с Дульсинеей по двору…
- Болтает болтун! Мне, Дуся, обидно.
ну да! Я в панаме и это - солидно,
умен, но под шляпою
мозг не отчетливо видно…
- Все слова, как пирожки,
ты мне, что-то для души,
если любишь, напиши,
подвиг чувства соверши…
- Дусь, я в темень, под луною
душу штопором открою,
и, усевшись под сосною,
докажу, что пьян тобою…
- Шо, когда чего напьюся?
нет, без мата обойдуся
и с тобой не разведуся,
просто я горячий, Дуся!
Ходили мы походами,
боролись с непогодами.
так что, Дуся, ты со мной,
как за каменной стеной…
Говорю тебе я сразу,
что люблю любовь-заразу,
покажу, держа штурвал,
как ревет девятый вал…
Когда с утра идёте на работу не стесняйтесь одеть футболку наоборот, вам от этого ничего не будет, а у народа настроение поднимется. Может на маршрутке и место дадут
Глеба Жеглова тошнило только от криминальных бабей, потому что он не знал слова «толерантность».
Язык улицы более понятнее чем говорят по телевизору.
Законы тоже, чем у правления
За убийство в себе раба государство заставит вас отвечать по всей строгости закона.
- А турки-то оказались братским народом!
- Но как умело они это скрывали!
В трубке довольно молодой и очень энергичный женский голос:
- Здравствуйте. А вот одноместный номер в «Самшитовой роще», если взять, то моего мальчика встретят в Адлере? Я не хочу, чтоб он там бродил один и самостоятельно добирался до места! И есть ли сейф где-нибудь, чтоб деньги и документы положить, а то он их потеряет.
- Разумеется, встретят, закажем трансфер, если найдём номер на ваши даты. И сейф прямо в номере есть. А сколько лет мальчику? *Собираюсь начать инструктировать по поводу разрешения на выезд от родителей для мальчика*
- Двадцать девять, ну, почти тридцать.
Занавес.
Приехал рыцарь в столицу государства взять в жёны одну из дочерей короля. Его встречает местная знать и трое принцесс. Он подходит к самой приглянувшейся, встает на колено, шлем свой снимает, а принцесса всё на его шрамы смотрит и говорит:
- Эти шрамы… Откуда они? Вы боролись с чудовищем?
Рыцарь на секунду задумался, а потом уверенным голосом ответил:
- Да, кота мыл.
Настроенье нулевОе,
ночь, кругом вода,
наверху луна…
щучье племя подо мною
не клюет, не беспокоет,
зря блестит в луне блесна…
После Интернета концерт юмориста, как поездка на родину.
Как же всё-таки меняются времена, раньше было - *Ах, какая женщина!*, а теперь *О боже, какой мужчина!*.
Жил по понятиям. Жить по закону совесть не позволяла.
Никогда не устраивайте истерику, лёжа на спине. Слёзы затекают в уши и становится щекотно и смешно. Я так уже три истерики сорвала.