Накрапывают краски дождём весенним наспех,
на дом и на качели, смычок виолончели,
на всякий род занятий, на брюки и на платья,
на грусть и расставанье, на встречи и признанья,
на день и год недели, на песню колыбельную
накрапывают разом… И всё меняют сразу.
Звуки играют в фантики - кому поцелуй первый?
А я стою как на паперти: подайте мне звуки-перлы.
Обычные ноты - мимо летите, блестящие - рядом,
смогу я тогда милые королевские шить наряды.
Над пальмами и над елями в стаи сбивайтесь, звуки,
летите ко мне - спелыми, падайте прямо в руки.
Бывают минуты мнимые - их ливнями моет.
Минуты бывают длинными - одуванчиками через поле.
Липовые минуты - запах мёда,
бабочкой-однодневкой, «нет» вместо «да»,
в апельсиновой клетке - не поётся соловью, не дышится,
минутка к минутке - тысячи,
сплетутся черёмухой, чертополохом, холодный бок к горячему боку,
бок о бок - добрые, злые - любые минутки, любые…
Забытые, брошенные - в прошлое,
желанные в будущем - будут ещё.
Самые стоящие и настоящие - стойте рядышком.
Разный день - солнечный и дождливый,
день разносол, день пересоленный
ставлю на стол я - по справедливости.
себе и гостям - поровну.
Чтобы с ложки первый вкус различать,
чтобы радоваться до конца, до неба,
каждый день хожу я к рассвету встречать,
словно дня такого раньше не было.
На качелях времени раскачивайтесь - качайтесь,
душно если - значит, дни равнодушные,
вариантов дней в мешке времени - нескончаемо,
вытащить бы лучшие.