Сумрак ночи глаз не режет -
Не видать ни зги.
Но в душе всегда кромешен,
Болью ли, обидой взвешен -
Чужд и лишен в ней понеже…
Душу береги.
На продажу и обмены
Души не сдают.
А тела найдут арены…
Станут править перемены
Перечень свобод и пленов,
Ставок и валют.
Тьма души посеребёрна
Горсткою монет.
Вечно звёздная икона
Неба освящает лоно:
Мир и спящим, и бессонным…
Словно тьмы и нет.
И пирует мракобесье…
И плодится грех…
Города растут и веси,
Заросли гордынь и спеси…
Ой, как много в жизни месив,
Набранных наспех.
Бредни лжи в чертогах пира
Черпают добро…
«…Не твори себе кумира…
Не обидь больных и сирых…»
Но давно известен миру
Спрос на серебро.
В клети ночи сумрак точит
Безнадёги нож…
Бред реальности короче…
Но, порой, весомей… впрочем,
Я читаю между строчек:
Что ни слово - ложь.
Я не скажу тебе в ответ уже ни слова.
Не потому, что нет ответа. Просто не хочу.
Твоя реальность - без фундамента основа.
Ты не поймёшь сейчас того, что я скажу.
С тобой мы в разных измереньях. Что поделать…
Нет смысла выяснять всё это. Так произошло.
Верь, ночь не вечна. Вновь дождёшься ты рассвета.
Со мною… Без меня… Всё будет хорошо.
Человек постепенно теряет окружение, свой мир и всё становится чужим - чужая молодость, чужие мечты, чужие разговоры и дела… Может, это предусмотрено Богом, чтобы не жалко было оставлять этот мир, умирая…
Это дождь за окном стучит,
по дорогам, по лужам бродит…
бесконечность дождями с тобой говорит,
а мелодию скрипки душа выводит…
Мы слышим голос, нежный и живой,
в нем чистый звук с надеждой и улыбкой,
он завораживает, бьется как хмельной
и плавно тонет в океане зыбком…
Нам часто не услышать, не понять,
мы бежим, задыхаемся радостью,
и стараемся небо руками обнять,
нашу мудрость оставить старости…
Наше сердце восторгом горит,
крутит жизнь океанской волною.
одиночества остров в груди нашей спит,
но запомнит, что было с тобою…
А слова? слова не важны,
смыслом жизни завалены полки.
в них купаются люди, они ведь грешны,
или буря срывает надежные строчки…
Не верю в святость жителя земного…
Велеречивы лживые уста,
Когда иуду проклиная словом,
Себя равняют с чистотой Христа.
Возможно, для того седая давность
Нам в искушенье подала сюжет,
Чтоб каждый смог познать Христа гуманность,
Предательства оглядывая след.
А вечная, быть может, из историй,
Является, как ей не прекословь,
Одной из самых верных траекторий
Падений в зависть, что свила Любовь.
И важно знать: крест люду уготован,
И каждый со своим пойдёт в места
Судилища. Не знаю, право слово,
Чей тяжелей - иуды иль Христа?
Один, исполнив взятые обеты,
Святым вознесся, уважаем, чтим.
Другой же, выполнив задачу, светом
Был проклят, хоть предательством своим
Открыл нам святость. Каждый был помечен
Венком закланья. Истина - ж проста:
Иуда нужен был Христу не меньше,
Чем нам - сама история Христа.
И повторяться в жизни будет вечно
Двух мучеников показной урок:
Один был слабым сыном человечьим,
Другой - на землю снизошедший Бог.
Не святы мы. Скитаясь по дорогам,
Пересекаем суету времен,
И, приближаясь к выбора порогам,
Не знаем, чей нам крест определен.
А жизни переменчиво теченье,
И попадая в трудные места,
Мы принимаем разные мученья:
Когда - иуды, а когда - Христа…
Всю жизнь ищу я острова,
где никого не ждут.
они открыты всем ветрам,
там лишь березы по утрам
в озерах воду пьют…
Там никого никто не ждет,
там время медленно течет,
и защищает от невзгод
высоких сосен хоровод
и одиночества полет.
Там тишина - отшельник сна
мне создает земной уют,
а грязь, с безверием войну
не стерпят эти острова,
они от них умрут…
Обойдя пешком полмира,
понял,-трудно без мундиров.
Я нашел себе кумиров
в царстве взяток и вампиров.
У добра нет сроков - в царстве тишина.
жертвами пороков - власть давно полна…
не хватает только - хитрого, меня,
шобы царством править, шпорами звеня…
Способность к аналитическим размышлениям и способность к решительным действиям редко уживаются в одном человеке.
Даже стоя навытяжку, никого не трогая, человек является орудием судьбы.
Когда голос страсти перебивает голос совести, с последней можно договориться.
Идиот - это диагноз пожизненный, и никакое воспитание это не исправит.
О себе я говорить не любила, и виной тому была не скромность, а банальный инстинкт самосохранения.
Лучше кратковременное счастье, чем вечное нытье по поводу несложившейся судьбы.
Обожаю людей, нет, честное слово - так сильно обожаю, что некоторых бы придушила.
У кого два гроша в кармане, тот не задумается половину отдать. А у кого две тысячи, тот скорей удавится, чем тебе десятую долю отдаст.